Танкуоль и Костодер, стр. 88

— Каждый сам за себя, ребята, — прорычал Витторио и зашвырнул в бухту разряженные пистолеты. Пираты с тревогой смотрели, как их капитан вскарабкался на леер и прыгнул за борт вслед за своим оружием.

Серый провидец Танкуоль стоял на носу лодки, крепко сжав посох в кулаке. Его мантия развевалась на свежем океанском ветру. Он наслаждался запахом моря, будоражившим его чувства обещаниями дальних странствий. Конечно, необъятность океана внушала глубокое беспокойство. Иногда он ощущал головокружение от такой необъятности. Ни один скавен не любил открытых пространств, они предпочитали умиротворяющее ощущение тесных стен, твердого пола и крепкого потолка над головой. Эта крысиная психология не была чужда и Танкуолю. И правда, первая фаза плана Повелителя ночи Сника внушала ему тревогу.

Флотилия Эшина прождала несколько часов, укрывшись у одинокой скалы с ее безобразной человечьей статуей. Лодки раскачивались под лапами, вызывая тошноту. Некоторые из воинов Шивана Нюхача коротали время, копаясь в куче мусора, которую человечишки навалили у основания статуи. Танкуоля их расследование немного заинтересовало. Он неоднократно убеждался в том, что все люди — сумасшедшие, и новых подтверждений ему не требовалось. Вот зачем грести до середины такой большой воды, чтобы что-то выбросить? Больше всего Танкуоля озадачили валяющиеся среди мусора маленькие металлические диски. Человечишки убивают друг друга из-за маленьких кружочков золота и серебра, но при этом бросают груду таких кружочков на этой заброшенной скале. Может, так они прячут кружочки от вождей своих кланов? Это был единственный вывод, который имел хоть какой-то смысл, но, по его мнению, даже у человека хватит ума припрятать свои ценности и получше.

Танкуоль покачал рогатой головой и снова уставился на корабль, который его приспешники решили украсть. Не будучи ни в малейшей степени моряком, даже он мог оценить гладкие линии бригантины, устрашающий черный корпус корабля с зияющими орудийными портами. Он достаточно разбирался в мореходстве, чтобы понимать, для чего нужны огромные белые паруса, развевающиеся на двух мачтах. Ему даже понравился маленький черный флаг, трепещущий на носу бригантины, с ухмыляющимся человечьим черепом между двумя берцовыми костями. Это был корабль, достойный блистательного серого провидца Танкуоля.

— Сядь-сядь, или воткну нож в спину, — прорычал Шиван Нюхач с кормы их шлюпки. Танкуоль посмотрел поверх голов закутанных в плащи скавенов, сидевших на веслах, и его губы изогнулись в дерзком оскале. Ассасин зарычал в ответ, в его лапе мелькнул плачущий нож.

Танкуоль решил прикрыть клыки и сесть. Не время разбираться с наглым ассасином, когда с ним рядом сидит старый крысомаг Шэнь Цинхэ. При мысли о колдуне Танкуоль раздраженно щелкнул хвостом. Очевидно, Шэнь не особо доверял своим так называемым способностям, иначе не прятался бы за громадной тушей крысоогра. Танкуоль и вообразить не мог, на какую магию способен такой трус! Настоящий крысомаг, обладающий истинной силой, способен обезопасить себя, не прибегая к безмозглой мускулатуре крысоогра! Настоящий крысомаг способен подчинить своей воле эфир, призвать его силы для защиты, молить Рогатую о божественном могуществе! Настоящему крысомагу не нужен глупый крысоогр, который топчется за ним, вечно оказывается на пути, да и в лодке создает опасный перегруз!

Обнажив клыки от досады на всех так называемых колдунов, которые считают необходимым компенсировать собственные недостатки крысоогром-телохранителем, Танкуоль вновь перевел взгляд на «Черную Мэри». Он изучал корабль, и мех его вставал дыбом. Да это какое-то корыто, скорее всего, настолько изъеденное червями, что утонет, так и не покинув бухту. Если бы он был главным, то приказал бы содрать шкуру с Цан Квика и его бегущих-по-стокам, имевших глупость захватить такую развалюху и подвергнуть опасности жизнь достойнейшего из скавенов. Они определенно могли бы найти корабль, который был бы виден в ночи и не имел бы такого нервирующего избытка парусов. А все спешка, проклятая спешка. А этот уродливый флажок с улыбающимся черепом — только больной садист мог решить, что ему здесь место!

Да, Танкуолю есть что сказать Шивану об этом вопиющем проявлении некомпетентности со стороны его скавенов. Он подождет, пока не появится возможность обсудить этот вопрос с глазу на глаз, когда их не смогут подслушать Шэнь Цинхэ с его крысоогром. В конце концов, не стоит ставить Шивана в неловкое положение перед подчиненными.

Бросив еще один взгляд назад, Танкуоль решил, что подождет, пока ассасин уберет нож, и лишь потом заговорит с ним.

Глава четвертая

ЗЕЛЕНЫЙ АД

Адальвольф не мог оторвать взгляд от бесконечной зеленой стены, появившейся прямо по курсу «Кобры Кхемри». Он словно видел перед собой голодного, облизывающегося волка.

Он чувствовал, как на него давит жаркая, вонючая сырость джунглей, отгоняя чистый океанский бриз, словно лев, огрызающийся на шакалов. В воздухе стоял удушливый гнилостный запах, зловоние смерти. Вдоль берега густо стояли высокие пальмы, их тонкие стволы были покрыты паразитическими наростами, с листьев свисали цепкие лианы. Под пальмами сгрудились кусты отвратительного вида и громадного размера, на их колючих ветвях тут и там красовались огромные ярко-малиновые и ярко-оранжевые цветы. Пляж между морем и джунглями порос высокими длинными травянистыми побегами. Их название Адальвольф не знал, но походили они на гигантскую осоку. Вокруг этой поросли жужжали полчища мух.

Хриплое карканье, безумное кудахтанье, пронзительные крики, доносящиеся из глубины джунглей, свидетельствовали о таящейся там обильной живности. Неумолчное гудение невидимых насекомых так безжалостно давило на уши Адальвольфа, что он вдруг затосковал по оглушительному грохоту бортовых орудий и по сердитому вою бури.

Той самой бури. Двое суток она испытывала их судно на прочность. Адальвольф не слишком верил в благодеяния богов — он чувствовал, что у них есть дела поважнее, чем беспокоиться о людях, — но не сомневался, что только чудо, посланное Мананном, могло сохранить барку в целости и сохранности на протяжении всего долгого испытания. Словно демонстрируя предел доброй воли Мананна, судно раздробило киль о выступающие из берега неровные серые скалы.

— Клянусь огненным адом Кхаина, где мы?

Это гневный выкрик исходил от Лукаса ван Зоммерхауса. Как и все остальные, он стоял у перил и глазел на грозные джунгли. «Кобра Кхемри» села на мель посреди ночи, и им пришлось ждать рассвета, чтобы узнать, что за новая земля приняла их.

Этриль бросил на патрона испепеляющий взгляд, от которого поник даже этот надменный бюргер.

— Не клянись богами моего народа, человек, — отрезал эльф.

— Похоже на Южные земли за Аравией, — сказал капитан Шехтер, бросив взгляд на джунгли.

Говорил он не очень уверенно, одновременно роясь в глубинах памяти и пытаясь припомнить все когда-либо слышанные рассказы моряков об этих таинственных землях, лежавших за пустыней. Двигался капитан неуклюже, припадая на левую ногу. Попытки удержать корабль на плаву истощили выносливость и экипажа, и пассажиров. И только у патрона хватило наглости прятаться в каюте на протяжении всего тяжкого испытания.

— Это же невозможно, — возразил капитану Дитхельм. Голос священника был печальным, выражение лица — измученным и усталым. — Шторм отнес нас на юго-запад. Аравия была бы к востоку от нас.

— Может быть… может быть, это… Ултуан? — неуверенно проговорила Хильтруда.

Выглядела она несколько лучше, чем Дитхельм. Ван Зоммерхаус снабдил ее богатым гардеробом для путешествия. Меньше всего ему хотелось иметь спутницу, с которой стыдно было бы пройтись под ручку на каком-нибудь светском рауте, на котором они могли оказаться.

И только патрон смотрел на Этриля с искренней надеждой, что эльф подтвердит неуверенное предположение женщины. Этриль покачал головой с невеселой улыбкой на губах.