Танкуоль и Костодер, стр. 82
Из тени послышался едва заметный смешок, и Сник хлопнул в ладоши во второй раз. По ступенькам помоста взбежал раб с чайником дурно пахнущего отвара и подал напиток своему господину.
— Тебе любопытно, почему я призвал тебя, Танкуоль, — прорезал темноту зала свистящий шепот Сника. — Мне нужен серый провидец. Причем такой, у кого есть все основания быть преданным мне.
Танкуоль нервно облизал клыки. Преданность клану Эшин — это ведь обязательство на всю жизнь, сколь бы короткой она ни оказалась.
— Я… я польщен вашим доверием, возвышенный мастер убийства, но мой долг клятва-служение Рогатой Крысе И служить-повиноваться кому-либо еще я не могу.
— В эту самую минуту Критислик с Тисквиком обменивают твою паршивую шкуру на благосклонность Нурглича, — сказал Сник. — Верховные провидцы надеются использовать клан Чумы для обуздания амбиций клана Скрайр. Когда они поднесут Нургличу твои кишки в чаше из искажающего камня, этот гнойный прыщ готов будет поверить в их искренность.
Танкуоль почувствовал, как у него подгибаются колени, и чуть не рухнул на пол. Чтобы Критислик отдал его на растерзание клану Чумы? После того как он самоотверженно рисковал жизнью, чтобы уберечь Червоточину от лап Нурглича? Чумные монахи — да ведь это же еретики, они поклоняются какому-то нелепому демону и делают вид, что это и есть Рогатая! Он знал, что Критислик люто ненавидит Лорда искажения Морскиттара, но потворствовать богохульству чумовиков ради обуздания техномагов — это полное безумие! Или же Критислик окончательно свихнулся от старости, или же яд, который Тисквик упорно подмешивал в пищу Верховному провидцу, в конце концов подействовал!
Повелитель ночи Сник вновь хлопнул в ладоши. По этому сигналу раздвинулась завеса, расположенная за троном. Следом из тьмы вышла парочка зловещего вида скавенов. Один из них был закутан в плащ ассасина, с лицом, обернутым полосками потемневшей кожи. Его левую руку украшал зловеще острый стальной боевой коготь. Другой — тощий, изможденный крысолюд с облезлой, клочковатой шерстью угольного цвета. Облачен он был в темный халат катайского шелка и опирался на узловатый посох. Танкуоль в тревогу уставился на талисманы, свисающие с ремней, прикрепленных к посоху. Значит, все эти слухи — правда. И у клана Эшин есть свои языческие колдуны, сведущие в некоей тайной магии, которой они обучились на загадочном востоке.
— Это Шиван Нюхач, — сказал Сник, указывая нереально длинным когтем на скавена в плаще. Убийца насмешливо поклонился Танкуолю и провел тыльной стороной лапы по мокрому носу. Сник указал на другого скавена. — Это Шэнь Цинхэ, — хрипло прошептал он. Колдун просто оскалил клыки на Танкуоля. — Им поручено почетное задание, очень важное для меня. Чтобы обеспечить успех этой миссии, я посылаю тебя с ними, серый провидец Танкуоль.
Танкуоль уставился на двух зловещих скавенов. В их глазах он видел ненависть. У Шивана, как и у большинства ассасинов Эшина, были удалены ароматические железы, так что по запаху Танкуоль никак не сумел бы определить, какие эмоции он испытывает. От Шэня, однако, так и несло враждебностью, завистливым пуканьем крысеныша, оттесненного от материнской груди более сильным братом. Собственные подвиги серого провидца были широко известны по всей Нижней Империи, но эти двое не выказывали ни малейшего пиетета в его присутствии. Такое откровенно вызывающее поведение по отношению к Танкуолю означало нечто большее, чем простая непочтительность. Оно свидетельствовало о чудовищной силы способностях и столь же непомерных амбициях.
— Я молю-желаю им большого-большого успеха в их предприятии, — сказал Танкуоль, отвесив очередной почтительный поклон Повелителю ночи. — Увы, долг требует моего присутствия в Скавенгниле.
Из темноты донесся леденящий душу смешок Повелителя ночи Сника.
— Если ты уйдешь, Танкуоль, я буду очень-очень огорчен, — Сник беспомощно взмахнул раскрытыми ладонями. — Мне придется снова послать за тобой Мастера смерти Сникча. Только на этот раз он тебя сюда не приведет.
С выпученными от страха глазами Танкуоль повернулся к охраннику, прислонившемуся к катайской колонне. Мастер смерти Сникч ухмыльнулся во всю морду, полную черненых клыков. Танкуоль не смог сдержать визг ужаса, вырвавшийся из горла.
— Может, передумаешь? — Повелитель ночи Сник даже не дал Танкуолю времени на ответ. — Чтобы Верховный провидец не слишком зарывался и чтобы предотвратить союз между серыми провидцами и кланом Чумы, я считаю нужным поступить с чумными жрецами по-своему. — Сник хлопнул в ладоши. В ответ Шэнь шагнул вперед, оказавшись у основания помоста.
— Много поколений назад, когда Нижней Империей еще правили Серые Владыки, клан Чумы строил-создавал собственную империю далеко за великими водами. Долго-долго они оставались потеряны-забыты всеми скавенами. — Шэнь поднял палец, подчеркивая свою мысль, и сказал: — Чумные монахи сражались-сражались с хладотварями за власть-правление в джунглях. Много-много битв они сражались-бились, но всегда побеждали чумные монахи. Тогда хладотвари призвали великую магию. Привели в мир нового-нового бога-дьявола.
Сердце Танкуоля бешено колотилось в груди. Ни один скавен не мог не слышать об ужасном боге-дьяволе, согнавшем клан Чумы с их древней родины в болота Южных земель. Сотек — Змеиный Демон, способный проглотить целое поселение за один укус!
— Давным-давно мы украли-взяли карту у Чумных Владык, — похвастался Шиван и снова вытер лапой нос, когда струйка соплей коснулась его усов. — Карта покажет-расскажет место, где хладотвари вызывают змеедьявола.
— Там хладотвари воздвигли-построили храм змея, — объяснил Шэнь. — И скармливают змеедьяволу сердца скавенов. Там сидит великий пророк змеедьявола и внимает его словам.
Повелитель ночи Сник вновь хлопнул лапами. Шэнь и Шиван поклонились своему господину и замолчали. Сник указал когтем на Танкуоля.
— Чумовики много раз пытались убить Змея-пророка. Если Эшин преуспеет в том, в чем потерпели неудачу Повелители чумы, это поселит в них страх. И они побоятся противостоять моей силе.
Танкуоль содрогнулся от этой мысли. Проникнуть в сам храм Сотека, чтобы убить верховного жреца змеедьявола! У него уже вертелось на языке предложить для этой работы некую гномотварь с его человечьим питомцем, но тут в голову пришла еще более тревожная мысль. Сника не волнует, что чумовики заключат союз против остальных членов Совета; он хочет, чтобы они вступили в союз с Эшином! Убив главного врага владык чумы, Эшин сможет вести с ними переговоры с позиции превосходства и диктовать условия альянса. В последней гражданской войне только сопротивление ассасинов помешало чумным монахам подмять под себя все остальные кланы. Если эти два клана объединятся, ничто не сможет их остановить!
— Что-то ты молчишь, серый провидец Танкуоль, — сказал Повелитель ночи Сник. — Подумываешь покинуть нас?
При этих словах Сника сквозь клыки Мастера смерти Сникча прорезалось нетерпеливое шипение предвкушения. Танкуоль подавил желание обернуться и посмотреть, не достает ли тот один из своих отравленных клинков.
— Нет-нет! — заверил Танкуоль Повелителя ночи. — Я только беспокоюсь, что найдутся предатели, попытавшиеся пресечь-остановить твой великий и славный план, о смертоносный дайме! Всего несколько дней назад на меня напали на улице…
Повелитель ночи обвиняюще выставил когти в направлении серого провидца.
— В клане Эшин нет изменников! — Теперь голос Сника превратился в грохочущее рычание, в пылу ярости от бесстрастного шепота не осталось и следа. — Адепт скорее вспорет себе брюхо, чем посмеет ослушаться меня!
Гнев Повелителя ночи Танкуоль ощутил всем организмом, аж шерстинки на спине заколыхались. Однако спастись от этого гнева можно было, только утолив его.
— О Великий убийца королей, я не сомневаюсь-сомневаюсь в твоей могучей силе! Первый среди Владык Разорения, которого боятся даже те, кто заседает в Совете! И все же я не вру-лгу, когда говорю, что ассасин из твоего клана пытался убить меня на улице! Этот позорный трус пулял дротиками из духовой трубки, вынуждая меня воспользоваться скудными познаниями в магии для самозащиты, зная, что подобная демонстрация силы вгонит толпу в бессмысленную панику. Он намеревался скрыть свое преступление, раздавив меня лапами обезумевшей толпы!