Танкуоль и Костодер, стр. 78
Серый провидец стиснул зубы и уставился в ночное небо. В отличие от других поселений Нижней Империи, большая часть Скавенгниля находилась на поверхности, на руинах древнего человеческого города, когда-то возвышавшегося над местностью, которая позже стала Гнилыми Топями. Кое-кто даже перешептывался, что Разбитая башня, в которой располагались покои Совета Тринадцати, построена не лапами скавенов, а человечьими руками. Такая ересь, будучи произнесенной, незамедлительно каралась старым добрым отсечением языка. Но, глядя на кривой шпиль, доминирующий над городским пейзажем, Танкуоль вынужден был признать, что это строение несет на себе уродливый отпечаток человечьей мысли с возможной примесью гномьей. Естественно, у серого провидца хватало ума никогда не озвучивать подобные мысли вслух.
Танкуоль снова перевел взгляд на широкую улицу, где он стоял. Аллея была забита копошащейся массой крысолюдов, морем меха и клыков. Крысомасса колыхалась, извивалась, протискивалась, подпрыгивала, пытаясь перемещаться по городу. В воздухе стоял густой замес из гниющей древесины, прогорклого меха, мускуса и экскрементов. Отчетливый оттенок черной кукурузы в помете скавенов придавал городу неповторимый запах. Рычание, скулеж и чириканье крысолюдов эхом отскакивали от осыпающихся каменных стен, обрамлявших улицу.
Большая часть города проседала в землю, медленно схлопываясь в лабиринт нор и крысиных ходов, прорытых под городом несколькими поколениями скавенов. К провисшим стенам тут и там прижимались деревянные подпорки и контрфорсы в попытке предотвратить расползание развалин. Многие строения настолько погрузились в грязь и землю, что их нижние этажи уходили глубоко под поверхность. Некоторые все еще щеголяли выветрившимися остатками некогда элегантных колонн и променадов, на иных даже имелись утлые остатки плиточных фресок, выглядывающих из-под слоев грязи. Перед одним из накренившихся особняков на потрескавшемся мраморном постаменте стоял бесформенный остов ржавой железной статуи. Комок ржавчины, возможно бывший когда-то мечом, вознесся над тем, что очертаниями напоминало ржавую руку.
«Домой», — подумал Танкуоль, когда запахи, звуки и зрелища Скавенгниля заползли в его сознание. Куда бы он ни шел, ничто не могло сравниться с напором скавенгнильских толп, с ощущением присутствия сотен тысяч крысолюдов. По сравнению со Скавенгнилем даже Нижний Альтдорф казался покинутым и пустым. Именно таким и задуман был мир, заполненный до отказа кишащими массами Подземной Империи. Мир, населенный бесчисленными ордами скавенов, смотрящих вверх из сточной канавы в поисках руководства, которое мог дать им только серый провидец Танкуоль.
Танкуоль погладил бакенбарды. Ему было несказанно приятно видеть себя в роли неоспоримого властителя скавенской державы. Однажды он посмеет возложить лапу на Столп Заветов, этот обелиск из чистого искажающего камня, установленный перед Разбитой башней лично Рогатой Крысой. Он не сомневался, что сумеет пережить это испытание, бросить вызов серому провидцу Критислику и занять его место в Совете. А тогда… тогда он начнет истреблять других Владык Разорения. Этого раздутого гнойника Нурглича, и этого металлического техномага Морскиттара, и этого недоноска-горлореза Сника…
Подумав о Повелителе ночи, Танкуоль чуть не сплюнул мускусный комок страха. Одетые в черное убийцы из клана Эшин были кошмаром для любого крысолюда, от последней клановой крысы до высшего военачальника. Они могли таиться где угодно со своими отравленными ножами и смертоносными духовыми трубками. Танкуоль подозрительно прищурился, изучая массу скавенов, заполнивших улицу вокруг него. Внезапно столпотворение крысолюдов, снующих со всех сторон, стало казаться не столь обнадеживающим, как несколько мгновений назад. Почти непроизвольно он попятился от кучки грязнющих скавенов, одетых в цвета незнакомого ему клана. Он смотрел им вслед, одной рукой сжимая крошечный кусочек искажающего камня, который прятал в кармане мантии. Неужели они следят за ним пристальнее, чем следовало бы? Возможно, надо было просто разнести их на куски заклинанием, а уж потом думать, работают ли они на клан Эшин или нет.
Танкуоль покачал головой и решил не наносить преждевременных ударов. Может, магическое действие и уничтожит врагов, но и панику среди скавенов, заполнивших улицу, вызовет точно. Если толпа растопчет его, он погибнет вернее, чем от клинка любого убийцы. Танкуоль продолжал наблюдать за троицей скавенов, пока те не затерялись в массе мохнатых тел. Скорее всего, они просто узнали серого провидца и впали в благоговейный ступор от его грозного присутствия. Да, точно, так оно и было.
Танкуоль издал резкий рык в сторону громадного зверя, возвышавшегося позади него, и пробрался сквозь рой крысолюдов. На покупку этой образины ушла большая часть его тщательно припрятанных искажающих жетонов, но после зловещего контакта с Повелителем ночи Сником Танкуоль рассудил, что должен что-то предпринять для своей защиты. Великан-крысоогр был самым большим и отвратительным из всех, кого он сумел найти в звериных загонах, — гигант с коричневой шерстью, кулаками, похожими на булыжники, и мордой, усеянной острыми как кинжалы клыками. Монстра он назвал Костодером в память о храбром, умном телохранителе, который так доблестно сражался, защищая его от предательства Владыки Скролка и нечестивой магии серого человека-мага.
Толпа расступилась перед Танкуолем. Костодер навис над ними, как тень рока. Послышались испуганные писки, робкие вопли протеста, разнеслась вонь мускусных выбросов. «Крыса-великан… — размышлял Танкуоль, — наилучшее средство напомнить низшим кастам, кто тут главный».
Внимание Танкуоля привлекла вспышка тьмы в толпе. Уж не черный ли плащ промелькнул? Такой, как носят ассасины? Танкуоль упрекнул себя за такую глупость. Ну смех да и только! С какой стати ассасину напяливать черное, когда он и так может легко слиться с толпой? Они же не обязаны носить униформу, словно плакат, извещающий любого встречного об их профессии!
Сквозь толпу Танкуоль увидел скавена в черном плаще, который целеустремленно пробирался к нему, спрятав одну лапу под складками плаща. Танкуоль моргнул, не веря своим глазам. Как ни смешно, но этот урод и вправду прятал нож под плащом! Он посмотрел еще раз и увидел второго крысолюда в плаще, крадущегося к нему, и еще третьего, приближающегося с противоположной стороны.
Танкуоль проворно ретировался от наступающих убийц, сжимая в кармане кусок искажающего камня. Теперь, когда не оставалось никаких сомнений, что головорезы Сника пришли за ним, он был чуть более готов рискнуть, вызвав паническое столпотворение.
Внезапно Костодер распахнул огромную пасть в яростном рыке. Огромные лапы великанской крысы застучали по груди, выбивая барабанную дробь, которая грохотала над головами скавенов, заполнивших улицу. Красные бусинки глаз монстра горели злобой. Он сделал тяжелый шаг к ближайшему ассасину, раздавив огромной ногой невезучего прохожего.
Танкуоль испытал злорадство, увидев выражение ужаса на лице убийцы. Такого они не ожидали. Он очень тщательно подбирал телохранителя, остановив выбор на том, который был обучен ненавидеть закутанных в плащи адептов клана Эшин. Тело крысоогра все еще пересекали шрамы, оставленные дрессировщиками, когда они вбивали ненависть в крошечный мозг зверя. Но действенность такой дрессуры была совершенно очевидна, когда Костодер протоптал окровавленную тропку через толпу на пути к единственной цели — разорвать ассасина на части.
— Да-да! — зашипел Танкуоль сквозь клыки. — Убей их, Костодер! Убей подлых опарышей!
Услышав голос хозяина, Костодер окончательно потерял самообладание. Издав глубокий стонущий рев, гигантская крыса рванула сквозь толпу скавенов, каждым взмахом когтей разбрасывая визжащих крысолюдов по сторонам, топча когтистыми лапами тех, кто в силу нерасторопности или страха не успел убраться с пути. Увидев громадное чудище, несущееся прямо на него, убийца в черном плаще остановился как вкопанный. Он откинул плащ, обнажив нож, который держал в руке. Вопя от ужаса, ассасин метнул оружие в Костодера. С сочным шлепком отравленное лезвие вошло в плечо великана.