Танкуоль и Костодер, стр. 24

Танкуоль потянулся было к блюду, но тут его лапа замерла, а в голове вновь вспыхнули мысли о предательстве. Сердито взглянув на Кратча, он подтолкнул ученика вперед. Молодой адепт нервно задергался, колеблясь и чувствуя, как нарастает нетерпение Танкуоля. Дрожащей лапой Кратч робко взял с блюда кусочек сыра. Пока ученик ел изысканные закуски, наставник продолжал за ним наблюдать.

— Серый провидец Танкуоль, — донесся голос Траткви из самого центра гнезда из подушек.

Пожилой провидец выглядывал из мешанины перьев и кружев, его взгляд остекленел от варп-пыли и человеческих напитков. Траткви даже не пытался скрыть запах своих пороков, и потому Танкуоль решил, что старый негодяй ослабел от них куда меньше, чем хотел показать.

— Для меня большая честь, что столь ужасный и могущественный гость украсил собой мое жалкое гнездышко.

Хвост Танкуоля раздраженно дернулся. После визитов к другим членам правящего совета Нижнего Альтдорфа даже его самолюбие устало от пустой лести и похвал. Взгляд серого провидца вновь заскользил по стенам, выискивая хоть какие-нибудь признаки потайных дверей или спрятавшихся гвардейцев.

Уютно устроившийся среди подушек скавен разразился безумным смехом:

— Нет-нет, друг мой, здесь нет ловушек-засад. Вся нужная мне охрана прямо здесь.

Траткви раскинул передние лапы и потрепал косматые бока лежавших по обе стороны самок. От его прикосновения те поднялись двумя ожившими колоннами, их усы царапнули потолок. То, что Танкуоль принял за слои жира, на самом деле оказалось клубками мышц. Супруги Траткви были сложены скорее как крысоогры, чем как настоящие самки. Возможно, виной были какие-то жуткие добавки в их пище или извращенный каприз магии провидца, но какова бы ни была причина дикой свирепости, тлевшей в глазах самок, ее хватило бы на то, чтобы охладить любого потенциального убийцу.

Через мгновение самки снова плюхнулись рядом со своим господином и затихли. Отпрянувший от неожиданности Танкуоль успокоил сердцебиение и вернулся на прежнее место. Он мог оценить, какие прекрасные стражи такие монстры. Ни один скавен не почует угрозы в запахе самки. Самые опасные ловушки — те, которые не нужно прятать. Но почему Траткви соизволил раскрыть свой секрет?

— Знак доверия, — ответил тот на повисший в воздухе вопрос. — Оба мы адепты Рогатой Крысы. Мы должны доверять-полагаться друг на друга.

Танкуоль покосился на Кратча. Ученик, не проявляя никаких признаков отравления, набросился на второй кусок сыра. Прежней робости как не бывало. Танкуоль ударил его по морде посохом и отшвырнул прочь. Затем схватил другое лакомство и смело приблизился к гнезду Траткви.

— В Скавенгниле ходят слухи-сомнения, — сказал Танкуоль, глотая пищу. Раб-человек изо всех сил старался держаться подле серого провидца. — Владыки Разорения размышляют-сомневаются в преданности Нижнего Альтдорфа.

— Кое-кто сказал-пропищал бы, что Владыкам Разорения не хватает прозорливости, — скрипучим шепотом ответил Траткви.

Это было возмутительное и крамольное замечание, особенно для того, кто был послан представлять Совет. Что скрывалось в этих словах — уверенность Траткви в собственном могуществе и положении или безумие старого скавена?

— Возможно, Скавенгнилю следует отойти в сторону и позволить тем, кто сохранил дальновидность, вести наш народ, — продолжал тот, и шепот его разносился в оглушительной тишине. — Там говорят об уничтожении людей, о бесконечных заговорах ради захвата и разграбления! Зачем? Зачем утруждать себя и вырывать клыками и когтями то, что так легко забрать с помощью хитрости и коварства? Зачем завоевывать, если можно править из тени? Люди уже и так многое делают для нас, даже не задумываясь, что происходит со всем украденным и захваченным. Зачем нам рисковать тем, что они дают нам, сами того не зная?

— Некоторые скажут-пропищат, что подобные слова — ересь, — предупредил Танкуоль, крепче сжимая когтями посох. — Судьба скавенов — унаследовать мир людей. Это священное обещание Рогатой Крысы.

Траткви снова залился смехом:

— Лучший раб — тот, кто даже не знает, что он раб. Погляди на Нижний Альтдорф. Этот город стал самым могущественным во всей Подземной Империи… за исключением Скавенгниля, разумеется. И преуспел он не потому, что боролся с людьми, а потому, что использовал их, накапливал жир их усердными трудами. Рогатая Крыса благоволит хитрецам, благоволит тем, у кого есть видение. Таким скавенам, как я и ты, серый провидец Танкуоль.

Танкуоль стиснул зубы, услышав свое имя, связанное с безумным «видением» Траткви. Если у Совета имелись тут шпионы, то, когда он вернется в Скавенгниль, его жизнь не будет стоить и утонувшей мыши.

— Я верный слуга Совета и Рогатой Крысы… — начал он, и слова его были остры как ножи. Если здесь действительно окажутся шпионы Совета, такой маневр может спасти его шкуру.

— Ты понимаешь, ради чего тебя прислали, серый провидец? — прервал его Траткви.

Вопрос застал Танкуоля врасплох. Он только моргал, глядя на старого жреца, и ждал продолжения. Вместо этого Траткви ткнул сморщенной лапой в сторону Кратча.

— Скажи ему, что именно хотел найти Скабритт, — приказал он ученику. — Расскажи ему больше, чем тем дуракам в Скавенгниле, — добавил Траткви и оскалился.

Тело Кратча затряслось, когда он почувствовал на себе пристальный взгляд обоих серых провидцев. Ученик беспокойно почесал шкуру, и на ковер начал капать мускус. С его языка едва не сорвался протест против сказанного Траткви, но, взглянув на огромные фигуры и острые клыки супруг серого провидца, Кратч передумал.

— Я бы поведал-рассказал потом, в безопасности-наедине, — извиняясь перед Танкуолем, начал он, но, заметив в глазах наставника недоверие, сменил тон на более вкрадчивый и склонился ближе к полу: — Я не хотел, чтобы кто-то словчил-украл твою славу, самый всемогущий из деспотов, самый хищный из убийц, самый…

Концом посоха Танкуоль ударил Кратча по морде, едва не сбив льстивого ученика с ног.

— Говори-пищи что-нибудь толковое, — велел он.

— Скабритт… Червоточина… — Ученик съежился, увидев, что серый провидец начал снова поднимать свой посох. — Это оружие!

Танкуоль обнажил клыки в угрожающей улыбке.

— Это я и так знаю, — рявкнул он.

— Но не знаете-догадываетесь, какого рода-племени оружие! — запротестовал Кратч и вскинул лапы, защищая морду. — Клан Чумы создал-привез его, чтобы использовать против Нижнего Альтдорфа, а не против Альтдорфа человечьего!

Танкуоль перевел взгляд с Кратча на Траткви. Старый скавен чуть ли не смеялся в своем гнезде из подушек.

— Скабритт зарылся глубоко в архивы Нижнего Альтдорфа, чтобы узнать о Червоточине, а я следую-отыскиваю его тропу, — объяснил Траткви. — Он изучал судьбу клана Маврл. Того, как клан Маврл заключил союз с кланом Чумы во время Второй Чумной войны и получил Червоточину в награду за свою преданность чумным владыкам.

— Но это была не награда, — сказал Кратч, — а смерть, которой Нурглич одарил клан Маврл. Сила Червоточины поразила клан, уничтожив его от самого ничтожного детеныша до самого могущественного военачальника. Остальные кланы объединились и прежде, чем зараза успела распространиться на весь Нижний Альтдорф, разрушили входы в норы Маврл. Никто из клана не смог спастись.

Танкуоль, опершись на посох, переваривал этот рассказ. Он прекрасно понимал, почему Совет скрыл подобную историю. Одно дело — послать его за оружием против людей, и совсем другое — доверить ему оружие, способное уничтожить целый клан.

— Ты понимаешь-видишь возможности? — спросил Траткви. — Сила Червоточины сделает нас хозяевами всех скавенов! Перед тем, кто ею завладеет, затрепещет каждая крепость Подземной Империи! Даже Совет склонится перед такой угрозой. Мы низвергнем Владык Разорения, заменим их такими же управляемыми глупцами, каких я исхитрился посадить в Совет Нижнего Альтдорфа. С помощью Червоточины я смогу сделать себя Верховным провидцем, а ты, серый провидец Танкуоль, станешь моим самым прославленным и доверенным помощником, когтем нового Совета Тринадцати!