Танкуоль и Костодер, стр. 207
Страх колотился в груди Танкуоля. Он проклинал путаную систему управления и думал о каком-то другом способе вывести из строя сбрендивший Гибельный Шар. Серый провидец никогда не ставил себе целью изучить работу непристойных технологий клана Скрайр. Единственно подходящей для скавенов магией была та, которой научила их Рогатая Крыса. И все же он помнил обрывки разговора с Хескитом Одноглазым перед Битвой при Нульне. Он вспомнил кое-что о колдунах-инженерах, использующих различные цветные провода в своих машинах, и о том, как любое из их устройств можно отключить, выдернув красные провода.
Вибрация Гибельного Шара сбросила вниз кусок скалы размером с холм, пробив глубокую яму в полу пещеры. Искажающий пар вырывался из вентиляционных отверстий машины, разъедая стены. Сполохи молний метались по платформе, едва не опалив хвост Танкуоля.
Серый провидец не нуждался в дальнейших подсказках. Скрежеща клыками, он бросился на пульт управления, просунул когти под медную крышку и вырвал ее. Красный провод! Все, что ему нужно было сделать, — это вырвать красный провод!
Танкуоль проклял имя Икита Клешни и вероломство Рогатой! Все провода были черными! Этот ненормальный маньяк позаботился о том, чтобы его машину нельзя было остановить, использовав провода одного цвета!
Грозовая буря, исходившая от содрогающегося Гибельного Шара, усилилась в своей ярости и сбросила Танкуоля с платформы. Его швырнуло на дрожащую землю, вокруг рушились крысиные трапы и падали валуны. Серый провидец сунул осколок искажающего камня в рот, размалывая его клыками. Крысомаг почувствовал, как опьяняющий прилив эфирной силы прокатился по его телу. Затем его взгляд устремился вверх.
Со свода с грохотом отвалилась глыба размером с деревню и полетела прямо на серого провидца.
В центре пещеры громадный Гибельный Шар продолжал безумные вращения. Искажающий пар вырывался из его ломаного корпуса, обжигая стены и разъедая потолок и пол. Скавены завизжали, когда валуны продолжили падать вниз, но камни, летящие на вращающиеся механизмы Шара, разбивались вдребезги, соприкоснувшись со смертоносным облаком пара.
Пластины на Гибельном Шаре начали прогибаться, втягиваемые в бурлящую пасть его мстительного сердца. Даже чудесный сплав, бывший вершиной гномьей металлургии, не мог устоять перед тягой бурлящего брюха оружия. Одна за другой пластины отрывались от креплений и втягивались в кипящую пасть пустотного двигателя.
Когда оторвалась пластина, отмеченная Руной Силы, вся машина смялась, сворачиваясь внутрь. Последний ужасающий вопль поднялся из искажающей печи, когда Гибельный Шар завершил самоуничтожение в последнем реве бессилия.
Поселение скавенов содрогнулось, когда чудовищный взрыв прогрохотал по его туннелям. Гномы прикрылись щитами, преграждая путь дождю из камней и земли, обрушившемуся на них. По мере того как дрожь усиливалась, росло и беспокойство гномов. В их собственных глубинах, с добротной гномьей конструкцией над головами, они не были бы так напуганы, но никто из них не верил, что ветхие туннели скавенов выдержат такую бурю. Тан Эркий и его шахтеры бросились в бой, торопливо закрепляя скобки на дрянной конструкции скавенов, пытаясь усилить прочность дрожащих стен. Знакомая с опасностями скавенских поселений экспедиция спустилась в глубины, полностью готовая вырыть собственные шахты, чтобы добраться до добычи, поскольку трусливые крысолюды имели склонность разрушать собственные туннели. Теперь это предвидение сослужило гномам хорошую службу.
Когда дрожь постепенно прошла и тесные туннели начали успокаиваться, король Логан и повелитель рун Мораг пробрались сквозь толпу покрытых грязью воинов-гномов. Оба повелителя были слишком глубоко в туннелях и не приняли участие в сражении, но они жаждали получить отчет от тех, кто бился в пещере.
— Механик Кларак, — обратился король Логан к ловцу удачи, когда тот достиг входа в туннель. Кларак почтительно поклонился своему повелителю. — Эта экспедиция удалась? Ты уладил обиду, выдвинутую против тебя?
Кларак покачал головой.
— Боюсь, что нет, — признался он. — Гибельный Шар уничтожен, но Икит Клешня использовал грязную магию и сбежал.
Выслушав рассказ механика, повелитель рун Мораг кивнул.
— Вот почему ты попросил, чтобы рунному мастеру Кургазу разрешили изучить Старшую Руну Разрушения?
— Нет, — сказал Кларак белобородому гному. — Изначально я планировал использовать Старшую Руну для защиты своих изобретений. Чтобы они не попали в руки наших врагов.
— Магия Старшей Руны сделала бы это, — признал Мораг. — Она была создана для того, чтобы охранять самое мощное рунное оружие и уничтожать его, если чья-нибудь рука, кроме руки гнома, попытается им воспользоваться. Не думаю, что позволять использовать такую мощную руну на отвратительном сооружении крысюков — это правильно или почтительно.
Кларак покачал головой.
— Это не входило в мои намерения. Когда я получил предупреждение о Танкуоле, то почувствовал потребность в охране моих изобретений. Это была моя единственная цель, когда я попросил Кургаза выучить Старшую Руну. Когда я узнал, что Икит Клешня также угрожает Карак-Ангкулу, я понял, что есть другой способ использовать Старшую Руну для защиты Карака-Анкора.
— Ты позволил скавенам закончить их машину, зная, что Старшая Руна заставит ее уничтожить себя в тот момент, когда она будет активирована? — Торлек был поражен тонкостью плана своего предводителя.
— Сначала мы должны были убедиться, что они использовали пластину с руной на ней, — сказал Кларак, постукивая по очкам, лежащим у него на лбу. — Как только я убедился в этом, то понял, что со скавенами покончено.
— Но ты сказал, что Икит Клешня сбежал, — заметил король Логан. — А ты уверен, что он не сделает еще одну?
— Без моего баразхунка он никогда не сможет построить другой такой Шар, — сказал Кларак. — А я никогда больше не буду ковать этот сплав. Все его остатки будут доставлены в плавильный зал и переплавлены. Опасность, которую он сейчас представляет для нашего народа, больше любой пользы, какую он может принести.
В голосе Кларака звучала печальная покорность судьбе, когда он говорил, признавая ужасную трагедию, которую сплав навлек на его народ. Так всегда было с гномами. Каждый шаг вперед, казалось, только приближал их к собственной гибели.
Глаза Кларака похолодели, когда он подумал о роке. Икит Клешня исчез, но над Карак-Ангкулом все еще нависала угроза Танкуоля. Если один из скавенов-колдунов использовал магию, чтобы избежать уничтожения Гибельного Шара, возможно, другой сделал то же самое. Единственный способ убедиться в этом — вернуться в пещеру и выкопать труп Танкуоля.
— Нам придется забрать из пещеры все до последнего кусочка баразхунка, — сказал Хоргар. — На то, чтобы все это раскопать, могут уйти недели.
— Об этом позаботится Старшая Руна, — сказал повелитель рун Мораг. — К тому времени ее мощь превратит всю машину в пыль.
— Нам нужно найти кое-что столь же важное, — сказал Кларак ледяным тоном. — Когда я выбежал из пещеры, Танкуоль пытался отключить Гибельный Шар.
— Ясно, что у него не вышло, — сказал Хоргар. — И если он задержался там дольше, чем ты, то вся пещера определенно обрушилась ему на уши. — Для наглядности молотобоец раздавил камень между своими паровыми перчатками.
— Мы не можем оставить это на волю случая, — сказал Кларак. — Мы должны раскопать завалы и найти его тело.
— А если не найдем? — спросил король Логан, которому не понравился обеспокоенный взгляд Кларака.
— Тогда, боюсь, Карак-Ангкул все еще в опасности, — сказал ему механик. — Мы спасли остальную часть Карак-Анкора от скавенов, но наши собственные дома все еще под угрозой.
Танкуоль прижал руки к бокам, холод пустоты окутал его, как ледяной покров. Пустые железы крысомага продолжали сжиматься, пытаясь выплюнуть мускус страха, а разум метался, обьятый грубым ужасом прохождения через эфир. Каждый раз, когда серый провидец призывал магию, чтобы разорвать завесу между мирами, он был уверен, что не выйдет оттуда без проблем. Бездна была населена бесчисленными легионами проклятых духов и голодных демонов, каждый из которых жаждал опустошить смертного незваного гостя.