Танкуоль и Костодер, стр. 130
Серый провидец вздохнул с облегчением, когда снова оказался под сеныо джунглей. Добравшись до края Кецы, он в последний раз оглянулся, пытаясь рассмотреть преследователей. Крысомаг не сомневался, что те не отстали. Легкость, с которой они передвигались по городу, убедила его в том, что это были приспешники Шиукоатля. Как ни странно, эта мысль казалась более привлекательной, чем альтернатива: разведчики из армии лягушачьего мага. Танкуоль быстро огляделся по сторонам и понюхал воздух, но не ощущалось никаких признаков близости ящеролюдов. Серый провидец весело зачирикал, рассматривая огромную армию рептилий, окружавших город. Они опоздали взять Кецу в кольцо — потому что крысолюд скоро будет уже далеко!
Все еще щебеча нервным смешком, Танкуоль бросился по тропинкам джунглей, прорубленным бегунами Цан Квика. Дорога уже начала зарастать лианами и ползучими растениями, но была вполне проходимой, и серый провидец мог без труда продвигаться по ней. Тропа даже хранила сильный запах скавеиов, отчего ему было вдвое легче определить маршрут. То, что Танкуоль выжил там, где погибло так много хваленых убийц и ассасииов клана Эшин, несомненно, было знаком благосклонности Рогатой.
Танкуоль злобно улыбнулся, вспомнив павших товарищей. Шиван Нюхач, высокомерный маленький мастер убийств. Шэнь Цинхэ, коварный колдунишка. Цан Квик, мелкий предатель и шпион. Конг Спинолом, мелкий задиристый головорез.
Недоуменно моргнув, Танкуоль замедлил пробег по тропе джунглей. На мгновение ему показалось, что он слышит голос Конга. Но это, конечно, было невозможно. Конг мертв, как и все его воины. Они пожертвовали жизнями, чтобы остальные члены экспедиции смогли проникнуть в Храм Змея. Если серый провидец и слышал что-то, то разве что призрак Конга, а поскольку эта мысль крысомагу не понравилась, он решил, что вообще ничего не слышал.
Запах скавенов теперь был намного сильнее, и Танкуоль не сомневался, что добрался до поляны, где они разбили лагерь. Ему понадобятся кое-какие припасы, которые они оставили, чтобы прокормиться на обратном пути к пляжу. Поскольку вокруг лагеря было закопано достаточно еды, чтобы прокормить несколько сотен скавенов, серый провидец не сомневался, что ее хватит, чтобы поддерживать себя в хорошей форме в течение некоторого времени.
Серый провидец Танкуоль вышел на поляну, и тут же его лицо исказила гримаса. Земля во всех направлениях разрыта когтями животных. Какой-то грязный зверь из джунглей выкапывал припасы крысомага!
Затем глаза серого провидца заметили аккуратно сложенные груды корней, клубней и засохших пластов солонины. Животные этого не сделают, понял он, и холодок пробежал по его спине. Это могло означать только то, что ящеролюды уже побывали здесь и нашли это место!
Танкуоль развернулся, чтобы убежать обратно в джунгли, но тут же был отброшен назад на поляну мощным ударом. Рот наполнился кровью, когда клыки крысолюда впились в собственный язык, а легкие хватали воздух, выбитый из него при падении. Яростный рывок вырвал посох из руки, а когтистая лапа надавила на грудь.
Танкуоль зашипел и выплюнул отвратительную на вкус кровь. Он попытался сообразить, какими словами мог бы расположить к себе ящеролюдов. Возможно, стоит предложить им показать, где в джунглях все еще находятся укрепленные пункты клана Чумы? Конечно, рептилии не уничтожили всех чумных монахов, и те, вероятно, будут очень рады закончить работу, чтобы еще один из их городов не разделил участь Кецы!
Разум серого провидца лихорадочно размышлял о том, как спасти шкуру, предав свою расу, и Танкуоль не сразу заметил, что нападавшие не были чешуйчатыми. Его окружали большие, покрытые черным мехом скавены, их доспехи были заляпаны кровью, а тела покрыты полосами засохших ран. Он увидел уродливую ухмылку Конга Спинолома, когда массивный воин-скавен уставился на него с края поляны.
— Конг! — Танкуоль закашлялся, с трудом выговаривая слова, потому что нога другого крысолюда упиралась ему в грудь. — Я счастлив-рад видеть-узнать, что ты жив! Мы победили! Змеиный жрец мертв-мертв!
Большой скавен, казалось, не слышал его, вместо этого он провел лапой по зазубренному мечу, который держал в другой руке. Зубастая улыбка на лице Конга была совершенно первобытной в своем выражении убийственной ненависти.
— Они не станут слушать-слышать твою ложь, серый предатель! — резанул по ушам Танкуоля пронзительный, хихикающий голос.
Крысомагу пришлось вывернуть шею под неудобным углом, чтобы посмотреть на говорившего. Он увидел ассасина в черном плаще, сидящего на том же упавшем бревне, которое облюбовал Танкуоль после того, как принял командование экспедицией. Ассасин, как и воины-скавены, имел на теле следы тяжелых боев, а его плащ представлял собой груду окровавленных лохмотьев. Однако серого провидца интересовали не новые раны убийцы, а старая, которую он видел сквозь прореху в капюшоне крысолюда, — шершавое пятно на той стороне головы, где было отрезано ухо.
— Ты! — все, что смог сказать серый Танкуоль.
Чан Клык ухмыльнулся в ответ и весело хлестнул хвостом.
— Итак, Танкуолятина, ты помнишь меня! Ты стольких предал-обманул, я боялся-страшился, что меня ты не узнаешь! Я Чан Клык, — объявил убийца, гордо выпрямившись. — Чан Сквик был моим побратимом по триаде. Когда ты предал его, ты предал и меня. За это ты умрешь в муках!
Тело Танкуоля содрогнулось в судороге чистого страха. Чан Сквик? Но этот убийца-неумеха мертв уже много лет! Что же это за псих, который так долго держит обиду? Это же безумие! Кроме того, не он был причиной смерти Чан Сквика, а тот проклятый гном и его человечий питомец!
— Ты умрешь медленно, — прошипел Чан Клык, спрыгивая с насеста и вытаскивая один из зловещих ножей. — Я заставлю тебя страдать-кричать много-много, — добавил ассасин с безумным смешком.
— Но мы можем вернуться! — закричал Танкуоль. Он понимал, что бесполезно пытаться урезонить убийцу, но Конг и его воины не настолько одержимы, чтобы не выслушать его. — Шиукоатль мертв! Я убил его! Мы можем вернуться и потребовать награду от Повелителя ночи!
Ответом был лишь щебечущий смех остальных скавенов. Крысолюд, пригвоздивший Танкуоля к земле, хлестнул чешуйчатым хвостом по морде серого провидца. Морду обожгло, как от удара хлыста.
— Хватит лжи-слов! — прорычал воин, навалившись всем весом на Танкуоля и выдавливая воздух из его легких.
— Танкуоль убил-замочил чешуйчатое мясо? — засмеялся Конг Спинолом. Большой черный скавен теперь так теребил меч, что серый провидец подумал, что если Чан Клык не поторопится, то воин сделает дело первым. — И как же Танкуолятина убил-пришил змеиного жреца? Споткнулся об него, спасаясь бегством?
Конг мимоходом оскорбил его храбрость. В ответ серый провидец заскрежетал клыками, затем попытался придумать ложь, достаточно правдоподобную для черного скавена. Крысюки никогда не поверят, что Танкуоль организовал убийство Шиукоатля при помощи одного из людей, даже если приподнести историю как счастливую случайность, а не результат блестящего планирования и тщательно продуманной стратегии.
В глазах крысомага появился хитрый блеск.
— Костодер! — взвизгнул серый провидец. — Я послал-велел Костодеру убить-прикончить!
Чан Клык склонился над распростертым Танкуолем, струйка слюны свисала с нетерпеливых клыков ассасина.
— Жаль, что ты не взял-привел крысоогра, — хихикнул он. — Теперь будешь страдать-кричать много-много. Потом умрешь-сгниешь!
Ассасин поднял нож, лезвие сверкнуло в жарком солнечном свете. Танкуоль зажмурился, заерзал всем телом, пытаясь высвободиться из-под воина, прижимавшего его к земле.
— Шиукоатль мертв-мертв! — закричал он. — Костодер убил-грохнул! Костодер! Костодер!
Властитель Тлако заерзал на своем возвышении, давая слугам-сцинкам полить его пятнистую кожу прохладной родниковой водой. Темные пятна на шкуре сланна слегка изменили положение, заставив окружающих его писцов-сцинков лихорадочно работать, записывая новые знаки. Маг-жрец уделял им мало внимания, позволяя только нижним полушариям мозга давать писцам сигналы по диспозиции войска вокруг Кецы.