В объятиях пламени (СИ), стр. 20
Улучив момент, Арген метнул очередной нож, однако и этот навык подвел. Лезвие, нацеленное сержанту в глаз, со свистом пролетело мимо, вызвав у того лишь издевательский оскал.
— Что, брат, сегодня Бог не ведет твою руку? — выкрикнул ему Пеллек, без устали размахивая огромным мечом.
Арген не ответил, стиснув зубы.
Что ж, возможно, на сержанта у Бога еще есть планы.
Увы, для Аргена это не означало ничего хорошего. В узком переулке было не так много места для маневра, а двуручник оставлял еще меньше вариантов. Пеллек это понимал и старался прижать противника к стене. Арген бегал быстрее и мог бы выскочить из переулка на улицу, перенеся бой в более удобное для себя пространство. Но бросить Эску? Он не для того освобождал девчонку из плена, чтобы ее тут же убили.
Его главный страх Пеллек разгадал скоро. Стоило начать осторожно отходить к улице, как сержант разворачивался к Эске, и у Аргена не оставалось выбора, кроме как кидаться на него, чтобы отвлечь внимание на себя.
Так не могло продолжаться долго. И судя по неутомимости Пеллека, чья ухмылка становилась тем шире, чем больше позиций сдавал Арген, Бог сегодня был не на его стороне.
«Зачем же ты просил меня освободить Эску, Господи? Только для того, чтобы меня убил сержант, а потом зарубил и девушку?»
Проскочившая мысль была богохульной, и в другой день Арген сам себя осудил бы за нее, но честное слово, в божественной логике он сейчас видел не больше смысла, чем в метаниях залетевшей в комнату мухи.
С каждым мигом лезвие двуручника рассекало воздух все ближе и ближе к Аргену. С каждым мигом он отчаивался все сильнее. Неужели это действительно закончится вот так — он падет от руки брата, а истинный виновник уйдет от правосудия, продолжая строить козни и разрушать орден изнутри? Каратель никогда и не рассчитывал на героическую смерть, но есть же все-таки концовки и подостойнее…
Внезапный выброс магии рядом был настолько мощным, ударяя сразу по нескольким уровням восприятия, что Арген вздрогнул и на миг отвлекся от боя. Он уже подготовился к мгновенной расплате за промах, однако с удивлением обнаружил, что Пеллек на него даже не смотрит. Сержант, вдруг потерявший интерес к врагу, которого мог бы сейчас сокрушить одним ударом, отвернулся и изумленно смотрел на Эску.
— Ты что делаешь, девка? — вырвалось у Пеллека.
Воздух вокруг нее струился, как будто она была огромным костром. Коричневая монашеская роба развевалась, словно дул сильный ветер, хотя в переулке не ощущалось ни дуновения. Неровно остриженные золотые пряди встопорщились, светлые глаза горели огнем, и Арген мог бы поклясться, что видит сыплющиеся от Эски искры.
— Ты убил моих друзей, — низким, искаженным потоками магии голосом произнесла она. — Умри и сам.
В один миг Пеллека объяло пламя. Волосы, одежда — все вспыхнуло так, словно было полито горючей жидкостью, и к ней поднесли лучину. Огонь взметнулся такой, словно его превратили в факел.
Сержант закричал.
А потом кинулся на Эску.
Арген, мысленно выбранившись, помчался к девчонке со всей скоростью, на какую был способен. Пеллека она, может, и убьет, но перед этим он еще успеет стереть ее в порошок. Да демоны побери, сержант бы сейчас пробил дыру и в крепостной стене!
Как назло, Эска, похоже, потеряла контроль над собой. Ей бы удирать со всех ног, а она стояла на месте, будто перед ней возвели преграду, о которую враг непременно разобьется. Только ничего подобного там не было.
Карателя обдало жаром от полыхающего Пеллека, который с ревом слепо несся вперед. Боль придала ему еще больше сил и скорости, так что Арген всерьез испугался, что не успеет убрать девчонку с его пути.
«Господи, молю Тебя…»
Он врезался в Эску за долю секунды до того, как сержант смел бы ее со своего пути. Девчонка охнула, но взгляд ее наконец прояснился.
— Беги! — заорал на нее Арген, краем глядя видя, как Пеллек останавливается и разворачивается точно в их сторону, словно он видел — видел! — их.
По коже карателя прошел мороз. Способности воинов ордена велики, но это было чересчур. Кожа сержанта обугливалась, от волосяного покрова давно ничего не осталось, а тело испускало жутковатый горелый запах, и все же Пеллек не падал. Он поднял огромный меч и двинулся на карателя с девушкой с неизбежностью смерти.
Эску опять парализовало. Аргену ничего не оставалось, кроме как схватить ее за шкирку и потащить за собой. Лишь через несколько шагов она наконец очнулась и припустила уже на своих двоих, лишь ненамного отставая от спутника.
Зато сержант наконец начал отставать. Чудовищная боль брала свою дань.
Арген выскочил на улицу первым. Глупо было бы ожидать, что потасовка магов и карателей почти в самом сердце города не привлечет внимания, и возле переулка скопилась целая толпа зевак, которые теперь с криками кинулись врассыпную. Когда людская пелена рассеялась, каратель увидел то, что ему и требовалось.
В людском скоплении застряла повозка с впряженным в нее конем. По-видимому, в ней везли продукты для монастыря, которые предполагалось пронести через малые ворота, но возница благоразумно не стал соваться в пекло и теперь тщетно пытался развернуться обратно.
Арген кинулся к нему. Мужчину даже не пришлось подгонять — при виде карателя он сам спрыгнул с козел и принялся с воплями улепетывать. Арген парой ударов обрубил ремни и освободил лошадь.
Эску он и не пытался спрашивать. Обхватил и забросил на конский круп, а следом запрыгнул сам, схватив вожжи.
Сзади, от переулка, разнеслись новые возгласы. Оглядываться Арген не стал — и так знал, что причиной может быть только Пеллек. Вместо этого каратель хлестнул лошадь вожжами, ударил пятками, прикрикнул для верности, и та наконец поскакала прочь от монастыря, спасая их жизни.
Глава 11
Несчастная лошадка, не приспособленная для безумных скачек, еще и сразу с двумя седоками, стала выдыхаться еще до того, как они добрались до городских ворот. Арген нещадно гнал ее не только потому, что опасался погони. Мальерта закрывалась на ночь, и те, кто не успел войти или выйти, были обречены на ожидания до утра.
Бог оказался к ним милостив. Животное с жалобным ржанием пронесло их через уже начинающиеся закрываться ворота под удивленные взгляды стражников.
Арген выдохнул. Дальше должно стать проще.
Ближайший постоялый двор, где заодно гонцам меняли коней, располагался недалеко от крепостных стен Мальерты. Арген ворвался туда и выбрал лучших, бросив растерянному владельцу, что пусть тот обратится к приору Вайсу — орден возместит все траты.
Конечно, с вооруженным карателем, от которого за лигу несло кровью, железом и опасностью, никто не стал спорить.
Он пересадил Эску на второго коня, не слушая никаких возражений, да и вообще не помня, а были ли какие-то возражения. Кажется, девчонка только попросила найти ей штаны для езды, что владелец сделал немедленно. Вроде бы Арген совершенно случайно в тот момент взмахнул обнаженным мечом.
Как бы там ни было, дела на постоялом дворе удалось завершить быстрее, чем за полчаса, и им даже дали провизию в дорогу. Бесплатно, по словам хозяина. Арген не стал отказываться.
А потом он опять гнал коня так, как это было возможно на укутанном ночью тракте, лишь приглядывая за тем, чтобы Эска в поводу не отстала и, не дай Боже, не свалилась со своей лошади. Ездить верхом она, конечно, не умела.
Настал момент, когда продолжать лихую скачку стало себе дороже. Каратель заставил лошадей сбавить ход.
Скоро впереди показалась развилка. Погони пока слышно не было, и Арген остановился.
— Что случилось? — встрепенулась Эска.
— Ты свободна.
Она непонимающе смотрела на него. В свете луны ее лицо казалось белым овалом. Девчонка заметно измоталась, поставь на ноги — и тотчас упадет.
— Ты свободна, — повторил Арген. — Если поедешь направо, примерно через сутки пути достигнешь женского монастыря святой Бартанды. Там принимают молодых женщин, закрывая глаза на их прошлые грехи. Не будешь говорить о своем даре — не будет и проблем. В крайнем случае затеряешься среди паломниц и поедешь дальше.