История Раскола, стр. 78
Сестры стояли бок о бок, с мечами на изготовку — орки все приближались. Несмотря на то что вот-вот на них должна была обрушиться волна врагов, Хеллеброн не испытывала и тени страха. Гневолист горел в ее жилах, подпитывая праведную ярость; ядоцвет наполнил силой и заставил сердце биться ровно. Хеллеброн все еще ощущала вкус крови Летруиса на губах, и та была слаще любого котикского вина. Она слышала резкое дыхание Лириет и ощущала тепло тела девушки, стоявшей рядом.
— За Кхаина, сестра моя, — сказала Лириет. — Утопим их в крови.
— За Кхаина, — ответила Хеллеброн.
Орки накатились массой металла и зеленой плоти. Безумно хрюканье врывалось в уши Хеллеброн; она не видела ничего, кроме пылающих алым глаз и рычащих клыкастых пастей. Меч и кинжал в ее руках казались легче воздуха. Она не собиралась отлынивать, как и не собиралась позволить нахлынувшему потоку смести себя.
Хеллеброн прыгнула, чтобы встретить орков лицом к лицу, Лириет шагнула за ней. Кровь, запекшаяся на коже Хеллеброн, была крепче любой брони, каждый нерв натянут до предела божественной силой Кхаина.
Ее первый удар пришелся в горло орка, распластав его пополам и почти отделив голову от тела. Хеллеброн расхохоталась, наслаждаясь свободой. С копьем и щитом она была одной из многих, частью упорядоченного и дисциплинированного целого. Теперь Хеллеброн могла делать что хотела, никто не мог ей приказывать, не требовалось держать строй.
Вокруг уже были только орки. Она поднырнула под их огромные звериные тела, уклоняясь от ударов и не забывая одаривать свирепыми ласками своих лезвий, что оставляли глубокие раны на лицах, руках и ногах орков.
Даже тесно зажатая в толпе, она крутилась волчком, отражая удары, оставляя за собой завораживающий кровавый след. Безумие чистой воды, но Хеллеброн было наплевать. Она с хохотом увернулась от щита, которым хотел огреть ее орк, изнемогая от наслаждения, поднырнула под тесак, которым он размахивал.
Лязг железа, грызущего железо, привлек ее внимание. Эльфийка повернулась, хватив мечом по шее орка, стоявшего к ней спиной, и увидела, что наггаротты перешли в наступление. Линия копейщиков въехала в ряды орков, пробивая насквозь их кожаные жилетки, пронзая глазницы, рубя и коля налево и направо.
Хеллеброн убила еще одного зеленокожего и оказалась лицом к лицу с Лириет.
Глаза сестры расширились от возбуждения, как во время первого жертвоприношения Кхаину, в котором участвовала Хеллеброн. Они обменялись взглядом и снова разошлись.
Круто развернувшись на пятках, Хеллеброн воткнула кинжал прямо в распахнутый рот орка, вогнав его до самого крошечного мозга твари. Она едва успела резким рывком отдернуть руку — челюсти орка инстинктивно захлопнулись. Услышала звон металла о металл и оглянулась через плечо. Меч Лириет прошел меньше чем в пяди от ее спины, выбив тесак из лапы орка.
— Не только Кхаин за мной приглядывает, да, сестра? — спросила Хеллеброн, подныривая под рукой Лириет и вбивая меч в живот орку, который уже замахивался на сестру своей дубинкой.
Лириет низко присела, подрубив орку ногу. Хеллеброн вырвала меч из его живота, когда он начал падать, отклонилась вправо, уходя от края его щита. Она отбросила злополучный щит в сторону и кинулась вперед с кинжалом, целясь орку в шею.
Стараниями сестер и копейщиков орки были обращены в бегство. Хеллеброн слышала звуки боевых горнов — Малриад требовал держать строй, но их заглушил грохот ее сердца и жар мчащейся по жилам крови.
— Не дайте им уйти! — закричала она, обернувшись к наггароттам. Воины остановились, разрываемые между желанием преследовать орков и командой, которую только что сыграли горнисты. — Кхаин требует их смерти!
Лириет и Хеллеброн помчались за убегающими зеленокожими огромными прыжками. Поддавшись их примеру, наггаротты последовали за сестрами, игнорируя выкрики командиров. Как окровавленный наконечник копья, весь отряд врезался в мечущихся зеленокожих, глубоко погрузившись в их беспорядочные ряды, избивая пытающихся убежать орков. Хеллеброн бросалась на врагов, метя мечом по обнаженным спинам, перерубая хребты и руки.
— Сестра!
Крик Лириет вырвал Хеллеброн из упоения боя. Она поскользнулась в грязи и крови и внезапно осознала, что земля под ногами дрожит. Справа Хеллеброн увидела орков на огромных кабанах. Они с грохотом мчались прямо на сестер вниз по склону холма. Копьеносцы на бегу перестроились, вернув некоторый порядок рядам, сбившимся во время стремительного преследования зеленокожих.
Кавалерия орков была уже почти здесь. Хеллеброн могла ощутить зловоние, источаемое боевыми боровами, чувствовала, как дрожит под их копытами земля, видела комья грязи, которые вылетали из-под ног закованных в броню зверей. Орки прижимались к спинам своих ездовых кабанов, вцепившись в щетину на хребтах, как в поводья, и мчались, выставив вперед огромные копья.
Хеллеброн чувствовала яростное возбуждение зеленокожих. С их точки зрения, эльфы были обречены.
Быстрый взгляд назад убедил Хеллеброн, что добежать до ощетинившейся копьями фаланги она не успеет — слишком вырвалась вперед; ее просто ткнут копьем в спину раньше, чем она успеет добраться до своих. Хеллеброн выбрала самого крупного всадника. Его темношкурый зверь был почти в два раза больше ее самой. Доспех вопящего во все горло орка составляли пластины из жестко выдубленной кожи, окрашенные в черный цвет и усиленные заклепками-шипами; кольчужные полосы свисали тут и там, без сомнения снятые с убитых гномов. Шлем его представлял собой простой железный горшок, с которого по обеим сторонам лица орка болтались кожаные клапаны.
Легким движением запястий Хеллеброн выставила вперед меч и кинжал. Она встретила исполненный ярости взгляд орка таким же своим. Противник распахнул огромную пасть и в бешенстве зарычал. В ответ Хеллеброн оскалила окровавленные зубы.
Хеллеброн ждала, рыча и шипя от ярости, пока орк на кабане неумолимо приближался вместе с невыносимой вонью теплого навоза. Всадник нацелил копье с помятым наконечником прямо ей в грудь. Глаза Хеллеброн сузились, когда она смотрела на копье, прорезавшее влажный воздух, на капли воды, разлетавшиеся со стального наконечника.
В последний момент Хеллеброн вскинула кинжал и легко отбила копье. Оно проскользнуло над ее правым плечом. Эльфийка прыгнула вперед, оттолкнувшись от переносицы кабана. Животное продолжало бежать, а Хеллеброн подпрыгнула уже на нем. Ее меч обрушился на плечо наездника, когда она перекувырнулась в воздухе.
Приземлившись в грязь, воительница пригнулась вправо, уходя от столкновения со следующим кабаном — они катились к ее ногам один за другим. Хеллеброн поймала древко копья этого всадника, зажав его между ребрами и рукой, и саданула мечом по запястью орка. Лишившись равновесия, орк с грохотом сверзился с кабана. В следующий миг она прижала к щеке орка наконечник его же собственного копья, заставляя зеленокожего распластаться по земле.
Остальные орки проскочили мимо. Они были слишком медлительны, чтобы как-то успеть отреагировать на Хеллеброн. Девушка вогнала меч в грудь самому назойливому, который отчаянно пытался натравить на нее своего кабана. Отдача от удара чуть не сбила с ног, только благодаря почти акробатическому перевороту ей удалось не рухнуть лицом в грязь.
Орки прогромыхали мимо прямо на копья эльфов.
Хеллеброн развернулась, чтобы посмотреть, как там Лириет. Наездники на кабанах врезались в первую линию наггароттов, отбрасывая копейщиков назад, топча и рубя все на своем пути. Наггаротты покачнулись, но выстояли. Выжившие воины убрались с пути клина орков, атаковав с флангов и быстро окружив врага.
В хаосе мелькающих щитов, мечей и копий Хеллеброн увидела стремительную бледную фигуру — Лириет стащила орка с кабана и несколько раз ударила кинжалом в грудь. Сестра была жива, и ярость Кхаина по-прежнему поддерживала ее в битве.
Руки и ноги Хеллеброн отяжелели, голова загудела. Она схватила ртом воздух. Ребра отозвались болью. Взглянув на себя, она увидела россыпь синяков через изрубленную одежду. Оказывается, чей-то кинжал вспорол ее плечо, а ощутилось это только сейчас. Каждая мышца мелко дрожала от усталости. Хеллеброн чувствовала себя так же, как и обычно после жертвоприношения: ядоцвет начинал выветриваться. Земля под ногами была неровная, с огромными выбоинами, оставшимися от копыт наступающих кабанов. Хеллеброн споткнулась о травянистую кочку, ее ноги были словно налиты свинцом. Казалось, глаза сейчас лопнут от боли, когда она медленно повернулась, чтобы посмотреть, что происходит на поле битвы в целом.