Ульрика-вампир. Трилогия, стр. 216

Да, он был быстр, но только для человека — и когда враг замахнулся снова, вампир ударила, метя не в корпус, а в державшую молот руку, и рассекла запястье до самой кости. Монах охнул и разжал пальцы, и этот миг решил его участь. Ульрика вонзила меч в его живот, пробив доспех, словно ржавую жестянку, схватила человека за горло — и швырнула через перила следом за послушниками. Он рухнул вниз головой.

У ног Ульрики заворочался, пытаясь подняться, Шталекер. Ульрика помогла ему встать. Сержант побелел, как привидение, и шатался как пьяный.

— Плохо? — спросила Ульрика.

— Рукой не шевельнуть, — выдавил он не очень внятно. — И ублюдок-монах оглушил меня, но жить буду. Благодаря вам.

— Забудьте. Драться можете?

Он покачал головой — и скривился.

— Зато могу командовать.

— А стрелять из пистолета?

Он ухмыльнулся, показав окровавленные зубы, и поднял здоровую правую руку.

— О да.

Ульрика посмотрела с балкона вниз. Бой почти завершился. Кодреску и фон Грааль добивали монахов на храмовых ступенях, а их бойцы, живые и мертвые, разбрелись по монастырю, разыскивая выживших, чтобы прикончить и их.

— Хорошо, — сказала Ульрика. — Тогда собирайте своих людей. Отзывайте с охоты, пусть садятся на лошадей и готовятся к бою во дворе. Надеюсь, обойдется без этого, но…

— Никогда не знаешь наверняка.

— Да.

Шталекер отдал честь и похромал к двери в библиотеку.

— Мы будем готовы, капитан.

Ульрика отсалютовала в ответ, с кошачьей ловкостью спрыгнула с балюстрады, взлетела на лошадь и двинулась к храму.

Наверху лестницы стоял Кодреску, перед ним опустился на колени древний настоятель монастыря. Фон Грааль, Моргентау и сеньора Целия замерли рядом с командующим. Из раны на шее настоятеля текла кровь — из раны, оставленной клыками. Кодреску утер губы.

— Всю свою жизнь, монах, ты был вором, — фыркнул он, — похищал мертвецов, по праву принадлежащих мне. Теперь получишь за это наказание. Станешь вечным рабом в моем обозе, пока кожа не слезет с твоих костей.

Ульрика остановилась у подножия лестницы и поймала взгляд Моргентау. Он вопросительно поднял брови, и она едва заметно покачала головой, попросив подождать. Он кивнул и нервно скрипнул зубами.

Кодреску, стиснув горло настоятеля, оторвал старика от земли и заглянул в его глаза.

— Ты никогда не найдешь владения Морра, монах, ни ты, и никто из твоих братьев.

Старец встретил взгляд вампира, не дрогнув.

— Я утешаюсь тем, что и тебе это не светит, — дрожащим голосом произнес он. — Даже немертвые умирают, и, когда придет твой черед, твоя участь будет хуже моей.

Кодреску зарычал, оскорбленный, разорвал горло настоятеля и отшвырнул труп, скатившийся с лестницы и легший рядом с другими.

— Подними его, — велел он любовнице, оборачиваясь, — и всех остальных. Пора наконец двинуться на фон Мессингхофа.

— Да, господин, — ответила Целия.

Прекрасная некромантка спустилась и направилась к центру двора, а Ульрика огляделась. Люди Шталекера, по одному, по двое возвращались к своим лошадям, но большинство их все еще находились в разных концах монастыря. Не видно было и самого Шталекера. Если сеньора Целия начнет ритуал прежде, чем они атакуют, люди снова ослабеют и не смогут сражаться.

— Генерал, — сказала Ульрика. — Гусары еще не добили всех уцелевших. Если провести обряд сейчас, некоторые воры останутся ненаказанными.

Кодреску взглянул на нее, потом обратился к Целии:

— Подожди, пока сдохнут все.

— Да, господин.

Кодреску тоже двинулся вниз, жестом пригласив фон Грааля и Моргентау последовать за ним.

— Останемся здесь на день, сожжем их книги и реликвии. Выступим на закате. А теперь — в библиотеку. Надо составить план возвращения.

Ульрика замерла, видя, как три господина направились к двери библиотеки. Что задержало Шталекера? Если Кодреску сейчас покинет двор, момент будет упущен — и когда еще выпадет другой? Когда еще генерал проявит такую беспечность?

В этот момент, словно по сигналу, из-за угла опочивален показался хромающий Шталекер во главе дюжины копейщиков. Ульрика прикусила губу. Люди спешили к лошадям, Моргентау обернулся и смотрел на нее через плечо. Сейчас? Но Шталекер не на позиции. Может, подождать? А если все развалится?

Неважно. Пришло время попытаться — или умереть. Она кивнула Моргентау, беззвучно выдохнув:

— Пора. — Потом оглянулась на Шталекера и кивнула и ему.

Моргентау, сглотнув, замедлил шаг, пропуская вперед Кодреску и фон Грааля, достал из ножен меч… Ульрика заметила, что вампир колеблется, но в итоге он все-таки замахнулся и рубанул по предплечью фон Грааля с криком:

— Предатель! Ты напал на нашего господина? Обернись и дерись!

Фон Грааль и Кодреску повернулись одновременно.

— Что такое? — спросил фон Грааль, протягивая раненую руку. — Почему вы меня ударили?

Моргентау отступил на шаг, направив острие меча на фон Грааля, но глядя на Кодреску.

— У него серебро, господин! Он хотел заколоть вас в спину!

Кодреску переводил взгляд с одного приспешника на другого. Волчий Клык злобно мерцал, наливаясь краснотой.

— Это правда?

— Конечно, нет! — воскликнул фон Грааль. — Это безумие! Он лжет!

— Это вы лжец! — рявкнул Моргентау и сделал выпад, целясь в сердце противника.

Кодреску медлил, не зная, кого поддержать, и в этот момент сержант Шталекер подал свою реплику.

— За господина фон Грааля! — выкрикнул он, вскинув меч. — Защитим нашего господина! Бей Кодреску! Бей Моргентау!

Гусары как один откликнулись на призыв и, пришпорив коней, ринулись к генералу.

— За господина фон Грааля! Бей Кодреску!

Кодреску, скалясь, повернулся к фон Граалю. Моргентау отпрянул.

— Он лжет, да? Это переворот!

— Нет, господин! Клянусь!

Кодреску не слушал. Он ударил фон Грааля красным мечом, а Шталекер и его копейщики окружили соперников, стараясь заколоть генерала и выкрикивая имя фон Грааля.

По всему двору Кровавые Рыцари Кодреску спешили на помощь хозяину, но Шталекер сделал ход первым: его гусары окружили генерала плотной стеной, отгоняя рыцарей. К несчастью, никакая стена не могла заслонить фон Грааля от магии сеньоры Целии. Ульрика увидела, что некромантка начала колдовать, и направила лошадь к ней. Ясим толкнула женщину плечом, повалив на землю, и прошлась по ней, оборвав заклинание. Ульрика не оглянулась. Пришло время и ей сыграть свою роль.

Она ринулась в толчею, вопя:

— Прочь, предатели! Вам не убить нашего господина!

Копейщики, посвященные в хитрость, естественно, расступились перед ней, и она оказалась на открытом пространстве, где дрались Кодреску и фон Грааль. Как Ульрика и ожидала, фон Грааль попал в скверное положение. Ему, неплохому фехтовальщику, такому же быстрому, как любому из их породы, до Кодреску было очень далеко. Генерал ранил своего заместителя дюжину раз за дюжину секунд, и красный меч впитывал кровь, пылая точно раскаленное железо.

Ульрика выхватила пистолет из седельной кобуры.

— Смерть предателю!

— Нет! — взревел Кодреску, отмахиваясь. — Его смерть — моя. Не стрелять!

— Хорошо, — ответила Ульрика и в упор разрядила пистолет в спину Кодреску.

Генерал охнул и пошатнулся, когда две серебряные пули, пробив кирасу, вошли между его лопаток. Уронив руку с мечом, он попытался другой рукой дотянуться до спины, шипя от боли. Ульрика поразилась его стойкости. Сама бы она уже каталась по земле, вопя как младенец. Тем не менее этого оказалось достаточно. Увидев возможность, фон Грааль не мог ею не воспользоваться, он рубанул Кодреску по боку, нанеся страшную рану.

Но и тогда генерал не упал — и его ответный свирепый удар сбил с фон Грааля шлем, оставив глубокий разрез над ухом.

Фон Грааль отпрянул, вырывая меч из тела Кодреску.

— Безумный болван, — прохрипел он, глядя, как генерал упал на колени. — Это не я спланировал ваше убийство. Но раз вы показали себя таким дураком, что поверили, то, возможно, вы это заслужили.