Ульрика-вампир. Трилогия, стр. 146
— Что теперь? — спросила она.
— В камине спрятана потайная лестница, — сказала Галина, таща к нему Евгению. — Удержи камин и проход, пока я не затащу боярыню внутрь.
— Да, сестра, — ответила Ульрика, бешено рубя налево и направо.
Галина прошептала короткую фразу. С глухим рокотом скрытых противовесов камин начал поворачиваться. Но прежде, чем в стене появилась щель шириной хотя бы с ладонь, воины Евгении, все еще отчаянно защищавшие дверь в коридор, попятились. Они стонали и обхватывали себя словно в экстазе. Культисты хлынули в комнату, рубя их. Следом за ними, прихрамывая, вошел высокий горбатый культист в пурпурном балахоне. Его охранял огромный норс в боевой раскраске.
Ульрика выругалась и удвоила усилия — культисты пришли на помощь мародерам и атаковали ее все вместе. Горбатый колдуй поднял руки и начал читать заклинание.
— Поторопись, сестра, — прохрипела Ульрика.
Камин повернулся, открыв узкую дверь. Но не успела Галина помочь Евгении войти, как из-под капюшона колдуна выскользнули зигзаги фиолетовой энергии. Они обогнули всех мародеров и культистов на своем пути и ударили точно в Ульрику и остальных ламий.
Галина взвизгнула и взмахнула крошечными ручками. Воздух заколыхался, и мерцающий щит накрыл ламий.
Он ни на секунду не замедлил движения магических разрядов, но ослабил их — они вынырнули из него уже бледно-фиолетовыми тенями. Но ламиям хватило и этого.
Фиолетовое щупальце пронзило Ульрику. Она отшатнулась от культистов и мародеров. Словно змеи наполнили ее внутренности, заскользили по ее кишкам, кусая изнутри. Враги наседали. Она не могла сдержать их. Боль была невыносимой.
— Затаскивай ее, — прохрипела Ульрика, слабо отмахиваясь от противников. — Давай же!
— Я не могу одновременно тащить ее и удерживать щит, — прошипела Галина.
В комнату, размахивая мечом, ворвался некто в черно-сером одеянии. Мужчина обвел происходящее диким взглядом. Ульрика уставилась на него. Это был Штефан. Весь израненный, в крови и грязи, но живой. Живой!
— Штефан! — крикнула Ульрика. — Колдун!
Штефан тут же бросился на него. Меч вампира, весь в крови, как и его хозяин, нацелился на шею колдуна. Телохранитель успел прийти ему на выручку и отбил удар, но остановить не смог — клинок Штефана воткнулся не в шею, а в плечо. Колдун завопил от боли и удивления и пошатнулся. Тут же фиолетовые зигзаги рассеялись, а змеи в кишках Ульрики перестали жалить ее. Она обрушилась на культистов и мародеров с новой силой.
— Сейчас, сестра! — воскликнула она. — Давай! Штефан! Ко мне! Бегом!
Вокруг Ульрики мелькали руки и мечи нападавших. Она слышала, как позади нее Галина затаскивает Евгению в тайный ход. Видела, как, пошатываясь, Штефан бежит к ней. Чемпион-норс следовал за ним по пятам. Толпа раздалась в стороны при виде вампира с мечом в руках, и он пробился к Ульрике. Норса, догнавшего его, Штефан саданул мечом по шее. Запястье Штефана было рассечено до кости. Еще одна глубокая рана виднелась на лбу, и кровь из нее заливала лицо, превращая его в алую маску.
— Простите, — выдохнул Штефан, рубя культистов рядом с Ульрикой. — Я… я не смог отвлечь и удержать их.
— Перестаньте, — сказала она. — Вы здесь. Вы живы.
— Этого мало. Я… — Он увидел иссохшее тело Раисы на полу и осекся на полуслове. — Кирай, — выдохнул он. — Кирай был здесь?
— Да, — сказала Ульрика, пронзая культиста. — Он…
Грохот позади заставил ее повернуть голову.
— Госпожа?
Галина и Евгения уже покинули комнату. Камин медленно вращался в другую сторону. Узкий тайный проход закрывался.
— Вероломная сука! — прорычала Ульрика и схватила Штефана за руку. — Назад! Быстро! В эту дверь!
Штефан огляделся, отпрыгнул от противников и метнулся к потайному ходу. Ульрика последний раз широко ударила, затем ухватила Раису за воротник и втащила ее в закрывающийся проем. Мародеры и культисты бросились за ними.
Дверь с грохотом захлопнулась, едва не отрубив Раисе ноги. Ульрика опустила ее на пол и повернулась, подняв меч. Они находились в крошечной комнате с каменными стенами. В дальней части виднелась узкая винтовая лестница. Наверху ее стояла Галина. Она смотрела на Штефана. Алое свечение пульсировало вокруг ее рук. Парик свалился с головы, обнажив покрытую морщинами и редкими волосами макушку, и лежал у ее ног, как мертвый спаниель.
— Нет! — воскликнула Ульрика. — Вы убьете того, кто вас спас?
— Это вас он спас, — прошептала боярыня Евгения за спиной Галины.
Она с трудом поднялась на ноги и с усилием подняла голову. Ее лицо и раньше говорило о старости, но сейчас морщины исполосовали его, а кожа истончилась так, что казалась натянутой на череп. Голос ее доносился тихо, как ветер из сухой пещеры:
— Вы притащили этих психов сюда, чтобы они сделали за вас всю грязную работу, и попались в собственную ловушку.
— Госпожа, это не так, — взмолилась Ульрика. — Если мы в заговоре против вас, почему же мы сейчас вас не атакуем?
— Ульрика права, боярыня, — сказал Штефан. — Вы обе сейчас очень слабы. Ничто не помешало бы нам убить вас здесь, если бы мы хотели именно этого.
— Кроме того, что мы к вам не спиной, — усмехнулась Евгения.
Ульрика не успела ответить — что-то вцепилось в ее лодыжку. Она посмотрела вниз. Раиса сжимала ее ногу иссохшей рукой, серые, как пергамент, губы шевелились, запавшие глаза бешено вращались.
— Раиса, — выдохнула Ульрика, опускаясь рядом с ней на колени.
Никому и в голову не могло прийти, что мечница все еще жива.
— Что такое, Раиса?
— Фе… дор, — пробормотала Раиса.
Ульрика склонилась ниже. Остальные вампиры собрались вокруг них.
— Что вы говорите? Я не понимаю.
— Мой… муж, — прошептала Раиса. — Где мой… муж?
Ульрика открыла рот, но ничего не сказала. Она не знала, что ответить.
Евгения опустилась на колени по другую сторону от мечницы и взяла ее за руку.
— Он мертв, любовь моя, — сказала она.
Ульрика никогда раньше не слышала, чтобы голос боярыни был исполнен такой доброты и звучал так мягко.
— Но я обещала вам, что вы отомстите его убийцам — и вы это сделали. Все они пали от вашей руки. Теперь вы можете отдохнуть.
Раиса уставилась на нее пустым взглядом, затем опустила голову на пол.
— Да, — сказала она. — Отдохнуть.
Глаза мечницы погасли, жизнь покинула ее. Евгения протянула руку и вытащила Кровавый Осколок из ее запавшей груди. Красное свечение пульсировало в нем, словно внутри билось сердце.
— А теперь, — сказала она, — я отомщу твоему убийце.
Она рванулась вперед, замахиваясь на Штефана Осколком.
Штефан едва успел увернуться, изрыгая проклятья. Евгения, пошатываясь и размахивая Осколком, преследовала его.
— Нет, госпожа! — воскликнула Ульрика и схватила ее за запястье.
Евгения попыталась вырвать руку, но оказалась слишком слаба для этого.
— Отпусти!
— Госпожа, — сказала Ульрика. — Штефан спас нас! Он мог стоять в стороне и спокойно дожидаться, пока колдун прикончит нас, но он вмешался, рискуя жизнью! Какие еще нужны доказательства, что он не причинит нам вреда?
— Он — фон Карштайн, — прорычала Евгения. — Вот главное доказательство, что он опасен!
Стены маленькой комнаты сотряс тяжелый удар. Все повернулись. Культисты пытались пробиться сквозь камин.
Евгения мрачно уставилась на стену.
— Они тоже умрут. Все они. Никто, кому придет в голову напасть на меня в моем собственном доме, живым не уйдет!
Галина взяла Евгению под руку.
— Сестра, здесь нельзя оставаться. Давайте закончим дискуссию в нашем тайном безопасном месте.
— Он с нами не пойдет, — сказала Евгения, снова тяжело посмотрев на Штефана. — В моем тайном убежище соглядатаям не место.
— Я ему тоже не доверяю, госпожа, — ответила Галина, повышая голос, чтобы перекричать грохот молота, которым долбили стену. — Но Ульрика права. Ему предоставилось множество возможностей атаковать нас, но он не воспользовался ни одной. Он может иметь скрытые мотивы, но, даже если так, его помыслы не направлены в первую очередь на наше уничтожение. А вот культисты являются серьезной угрозой. Они хотят уничтожить Праагу, и нам понадобится все, что у нас есть, чтобы их остановить. Даже такой сомнительный инструмент, как этот фон Кёльн, сгодится.