Девятый. Тетралогия (СИ), стр. 277
Так что…
…я снова шагнул.
Перед этим не забыл активировать брошку Спарка. И внутри яхты Бульдорфа я появился уже под прикрытием брошки. И…
– Это я удачно зашел, – проговорил я одними губами.
На табло перед ячейкой о яхте почти никакой информации не было. Так что я даже не знал, какого типа это корабль.
И первый же взгляд меня не оставил равнодушным.
В сугубо практичных фрегате и эсминце мало кто заботился о каких‑то удобствам. Это были военные машины. Предельно функциональные и надежные.
Тут же я будто в гостиной какого‑то аристократа оказался. Из тех, что и классику уважает, и от современных достижений не отказывается.
Из холла – вполне полноценного – можно было попасть сразу в зал для совещаний. Я видел стоявший там длинный дубовый стол. На стене за ним висел широкой экран. Рядом располагался барный шкаф.
Правая дверь вела, судя по всему, в жилую часть. Тут же имелась схема помещений. И если ничего не напутал, то кроме нескольких спален, на корабле были устроены кухня, спортзал, рабочий кабинет и даже бассейн!
А ведь, получалось, что и размеры у этого чуда очень даже немаленькие. Точно больше Рейдера. Скорей всего меньше эсминца, но явно ненамного.
Левый коридор вел в сторону носа корабля. Там же явно располагались системы управления. Туда я сразу и двинул.
Эта часть оказалась выполнена уже в чуть более строгих тонах. Но даже тут на стенах встретилась пара картин.
Чуть дальше было расположено еще несколько гермодверей. Через них можно было попасть в оружейную, технические помещения и комнаты персонала.
Как я понял, при желании яхтой можно было управлять едва ли не в одиночку. Но можно было обеспечить себе и больше комфорта. И Бульдорф этой возможностью явно пользовался. Н‑да, а ведь при встрече он совсем не выглядел таким любителем роскоши. Видимо, тайная страсть. Ну и теперь очевидно, на что он тратил деньги, которые зарабатывал на работорговле.
Наконец, я добрался до кабины управления.
В ней и обнаружился Томпсон.
Когда я зашел, он что‑то лихорадочно изучал в бортовом компьютере. Встав у него за спиной, я увидел, что он прокладывал маршрут.
И, кажется, пытался выбрать среди нескольких вариантов.
Новая Агора.
С этим понятно. Ближайший по‑настоящему крупный мир. Если запрашивать помощь у других социальщиков, то именно оттуда.
Ковчег.
Вот это уже интереснее.
Главная космическая станция форматории Космолайн. По сути, искусственная планета с населением в несколько миллиардов жителей. Родина Туна Маккейба. И один из миров Конгломерации.
Насколько я знал, Социальная Служба почти не работала на планета конгломератов. Не потому, что там все такие честные и хорошие. А потому, в конкурентах они не нуждались. Социальщики, конечно, пытались выйти и на тот рынок. Но вроде у них пока не слишком получалось.
У Бультдорфа был там какой‑то запасной аэродром? Интересно.
Ну и третий вариант.
Система Протус в Нижнем Рукаве.
Далековато от Лиры. Дальше, чем Новая Агора, но в пределах досягаемости.
Сам я ничего особенного о Протусе не знал. Только то, что в Нижнем Рукаве Социальная Служба работала достаточно активно. Конгломераты, конечно, тоже туда лезли. Но там они с социальщиками были в равных условиях. Так что оттуда в теории Томпсон тоже мог захотеть запросить помощь. Хотя уже не так очевидно, как если бы он выбрал Новую Агору.
Ну и в итоге Томпсон явно остановился на Протусе.
Отдал команду на прокладку маршрута. Сам же наскоро проверил степень готовности двигателей и отправил запрос диспетчеру станции на отстыковку.
Это был тонкий момент.
Я готовился в любой момент его остановить. Если бы он захотел связаться со службой безопасности. Но дворецкий Бульдорфа не стал этого делать.
Он вывел на экран камеру из внешнего шлюза.
На экране возникли Ефим, Уолш, Олег и остальные. Спец Холодова пытался там чего‑то добиться от общего терминала, но явно безуспешно.
Томпсон, видимо, пришел к тем же выводам.
– Деревенщины, – бросил он с усмешкой.
И тут же, отвернувшись от экрана, резко вскочил с места.
Я этого не ожидал и едва‑едва успел отшатнуться в сторону. Томпсон двинул куда‑то обратно по коридору.
Прежде чем выйти за ним, я нажатием одной кнопки отменил отправку запроса на отстыковку. К тому моменту он все еще стоял в очереди необработанным. Так что никто не обратит внимания.
Затем я сразу двинул за ним.
Догнал уже на входе в среднюю часть. Там, где находилась переговорная. Кроме стола по краям обнаружилось несколько кресел. И даже шкаф с бумажными книгами! Нет, все‑таки Бульдорф знал толк в роскоши!
Нужно будет не забыть потом кухню проверить на предмет наличия сгущенки. Чем Красочный черт не шутит. Может даже не простой, а вареной!
Пока же я зашел вслед за Томпсоном в кабинет.
Там он на секунду сел за стол. И тут же принялся что‑то искать под столешницей…
– Да где же ты… Вот!
За секунду до возгласа раздался отчетливый щелчок. И одна из картин на стене – изображала она мужика, купающегося в золоте – отъехала чуть в сторону.
Подойдя, Томпсон отодвинул ее до конца.
И по ту сторону обнаружился сейф!
Дворецкий сразу ввел комбинацию шифра. Она ему, очевидно, была известна. А дальше он ощутимо напрягся. Кроме кода нужно было еще повернуть какое‑то странное колесико‑сферу. Под определенным углом. Ошибаться, судя по всему, было нельзя. На лице Томпсона выступили капли пота. Но в итоге…
Щелк!
Дверца открылась.
И сразу:
Краска .
А еще…
Грязный Исток .
Да, я тоже ощутил энергию, идущую изнутри.
Томпсон же, расслабленно выдохнув, принялся доставать изнутри содержимое.
Папку с документами.
Ею он не заинтересовался, а вот я, наоборот, поставил себе отметку хорошенько ее изучить. Зачастую, бумага может хранить в себе куда больше ценного, чем что бы то ни было.
Вслед за папкой последовало несколько шкатулок‑монетниц. Вот они Томпсона обрадовали несказанно больше.
– Ну что, скрыга зубастая, помогли тебе твои заначки? – со злорадством процедил Томпсон.
Кажется, бывшего патрона он все‑таки не очень любил.
– Кто умеет ждать, тот получает все… – прошептал он еще через секунду.
Он вскрыл одну из монетниц, и заполнены те оказались даже не пятипроцентовиками, а десятипроцентовиками! Наминал, правда, был мелкий, в каждой шкатулке было примерно по пять сотен, но все равно сумма была близка к астрономической.
Всего Томпсон извлек наружу десяток таких шкатулок.
Но и это было не все.
Затем наружу показалось несколько плотных футляров. В одном находились ампулы с Краской . Чистота, на вскидку, процентов двадцать. Может даже чуть больше. Во втором футлярте тоже была Краска. А вот в третьем – Семена .
Три Семени разной степени чистоты, но однозначно среди них не было ни одного «грязного». То есть их можно было использовать для получения стихийных способностей, не опасаясь побочных эффектов. И, кстати, рядом с каждым из Семян имелись и небольшие пояснения с описанием. То есть, Семена даже показывали специалистам. И было известно, что за способности они дают.
Зачастую это прям огромная проблема. Далеко не каждое Семя поддается идентификации. А тут все уже сделано. По факту подобное описание повышает стоимость Семени раза в полтора. А уж если там какая‑то полезная способность, то и того больше!
Последним, что Томпсон достал из сейфа, оказался контейнер в форме куба. И в этом случае уже сам куб был выполнен из Окрашенного Металла с добавлением еще каких‑то Окрашенных Материалов .
То есть он сам по себе уже был артефактом.
Ну а внутри…
Жилки .
Ну а если точнее – Темные Жилки .
Куб же, судя по всему, предназначался для предотвращения истаивания Иначе бы вне тела Красочного они бы уже давно испарились.