Пернатый страж, или Осторожно, мой ворон кусается! (СИ), стр. 37

— Я не знаю, — мерзкая, неприкрытая ложь. На самом деле я не знал только одно: откуда Арт Дан Яру известна моя тайна?

— Хорошо. А мы… мы теперь вместе?

Не ожидая этого вопроса, я слишком резко отвернулся к окну, и тут же понял, какую ошибку совершил. Этот жест был красноречивее любых слов.

«Да чтоб меня орки задрали!»

— Можешь не отвечать. Точнее, можете.

Её голос был полон горечи.

«И как теперь? Заверить, что всё хорошо, чтобы потом растоптать её чувства?»

Я потянулся к её руке, а она позволила переплести наши пальцы.

— Летиция, давай просто отложим этот разговор немного, прошу. Мы всё обсудим после, когда этот кошмар закончится. А пока… не смотри на меня как на врага, пожалуйста.

«Хотя бы пока не смотри…»

Она медлила, рассматривая наши сплетённые пальцы, а затем кивнула. А я вздохнул с облегчением, будто эта подаренная мне отсрочка так много значила. На самом деле я просто откладывал свой приговор.

Полицейский участок гудел.

— Навир, в чём дело? — спросил я у дежурного, наблюдая в окно, как городовые выстраиваются в целый вооружённый отряд.

— Наши люди пропали, господин Крау. Следователь Тенн, сержант Аксель и ещё двоё городовых.

— Как это пропали? — спросили мы с Летицией в унисон.

— Отправились брать лорда Гарденса и исчезли. Лорда дома нет. Ни следов, ни весточки. Господин Велор приказал перевернуть весь город, но найти.

— А господин Мрак?

— Он со своим подкреплением всё ещё ищет менталиста, но теперь не только его… Здесь такое творится, голова кругом.

Из своего кабинета нам навстречу выскочил всклокоченный Велор. На ходу он застёгивал плащ, который топорщился от рукояти меча. На бледном лице начальника полиции выступали багровые пятна.

— Лаиш, Крау! Слава богам Эрпина, хоть вы не пропали! Это что же происходит, а? Вы хоть понимаете, что будет, если мы не найдём главного следователя и наших людей? Это же уму непостижимо! Это уже просто война какая-то! Да что вы встали, как прихожане на пришествии! Шевелитесь!

— Разрешите, мы с Рэмондом проверим особняк Гарденсов, господин Велор?

— Я с вами.

В карете Эммет подробнее объяснил, что произошло, пока мы… отдыхали.

— Аксель с городовыми долго не возвращались, Даррен отправился на поиски и тоже не вернулся. Люди Алькона Мрака арестовали половину театральной труппы, все камеры в участке заняли.

— Их уже допрашивали? — спросил я.

— Мрак приказал не трогать их, до его возвращения, своих людей присматривать оставил. Метод такой, говорит, сидит человек в камере, ждёт допроса, а паника нарастает. И потом он уже готов рассказать всё, что знает.

Я кивнул, мне были хорошо известны методы королевских дознавателей.

— Куда же могли деться наши люди? Пауль Гарденс не производит впечатления опасного человека, — Летиция пыталась размышлять здраво, но я точно знал, она очень боялась снова столкнуться с чьей-то смертью.

— Давайте остановимся за квартал от особняка. Вы подождёте, пока я слетаю на разведку. Четверть часа, не более.

Велор ворча, заёрзал на сидении, но всё же подал знак кучеру, и карета остановилась.

Я открыл дверцу, впуская внутрь морозный воздух.

— Будь осторожен, — тихо произнесла Летиция.

— Обещаю, — немного насмешливо ответил я, чувствуя, как привычная магия меняет облик.

На разведку я решился потому, что не хотел подвергать Летицию опасности. В голове не укладывалось, куда могли подеваться крепкие, привычные к общению с преступным миром полицейские. А главное, Даррен. Ему палец в рот не клади. И рисковать своей шкурой почём зря не станет, но и в стороне отсиживаться, когда все работают, тоже не будет.

Дверь особняка оказалась не заперта, и превратившись в человека, я осторожно открыл её, прислушиваясь к звукам внутри. Дом вздохнул сквозняком, и где-то наверху хлопнула дверь.

И всё. Тишина окутывала, обманывала и усыпляла бдительность. Я прошёлся по первому этажу и не заметил ничего подозрительного, кроме, пожалуй… Наклонившись, я подобрал немного погнутый полицейский жетон. Он лежал рядом с первой ступенькой лестницы, ведущей наверх.

Мозг рисовал страшные картины, но я не планировал поддаваться панике. Стараясь ступать бесшумно, я поднялся на второй этаж.

Комнаты несчастных родителей Бекки и Пауля стояли нетронутыми. Кабинет с книжными стеллажами тоже оказался пустым, и я собирался покинуть его, как вдруг внизу послышался звук открывающейся двери, и приоткрытая мною дверь кабинета захлопнулась, заставляя меня искать причину странного сквозняка.

Поток холодного воздуха я нашёл быстро. Он исходил из небольшой щели между книжными полками и стеной. А внизу тем временем, ничего не подозревая, хозяйничала экономка. Я узнал её по шаркающим шагам и мычанию какой-то простецкой мелодии себе под нос.

Сейчас было не до неё: повозившись с поиском книги, открывающей потайную дверь, я, наконец, покорил её и застыл от ужаса, уставившись на открывшуюся взору картину.

45

Летиция

Зрелище было действительно жутким. За письменным столом, слегка откинув голову назад, сидел… Пауль Гарденс. Его мёртвое тело было абсолютно чёрным, и личность угадывалась лишь по знакомым чертам и некогда белым кудрям. Сейчас и они имели неестественный цвет самой тьмы. Моё магическое зрение показывало, что тьма окутала тело, словно кокон гигантской гусеницы, пульсируя и переливаясь тусклым, зловещим светом.

Плечи Велора нервно подёргивались, когда он выслушивал визгливый голос экономки:

— Вчера у меня был выходной, а сегодня я вернулась, слышу наверху шум. А здесь он! Убийца! Он превратил бедного лорда Гарденса в это, стоял и любовался своим ужасом, а потом увидел меня, перекинулся в ворона и вылетел в открытую форточку! Ещё и напоследок заявил, что от моего визга можно не только оглохнуть, но и душу богам отдать! — женщина повернула голову и увидела Рэмонда, который до этого осматривал дом снаружи, а теперь появился в дверном проёме. Она выставила на него дрожащий указательный палец. — Батюшки! Да вот же он! Что же вы стоите, хватайте, гада!

Крау смерил экономку презрительным взглядом.

— Хватит верещать, у всех уже от ваших визгов нервный тик начался. Никого я не убивал, я тоже из полиции, — голос у Рэмонда был немного уставший.

Экономка повертела головой и быстро сообразила, что Крау никто не ловит, и мы с ним заодно.

— А я, знаете, так сразу и поняла! Только думала, вы проверяете меня, ну… скажу ли я правду. А я всё, как было ведь… Этот ваш, — она снова направила палец на Крау, — стоял, потом заругался и в окно вылетел.

Велор перевёл на меня жалобный взгляд. За время своего начальствования он, видимо, совершенно отвык работать с перепуганными свидетелями.

— Вас как зовут, простите? — спросила я экономку, решив спасти бедного Эммета.

— Луиза.

— Луиза, а скажите нам, пожалуйста, лорда Пауля Гарденса кто навещал в последнее время?

— Ну… да. Приходили… господин Лерой Грант, господин Парр, господин судья Бранс… да много кто приходил, всех и не упомнишь!

Мы с Крау переглянулись: столько имён и все знакомые.

— Может, был кто-то особенный? Кого лорд боялся?

— Не знаю. Никого лорд не боялся. Хотя иногда и нервничал после их визитов.

— А что это за потайная комната, зачем она в доме?

— Так она давно здесь. Прежний лорд Гарденс никого сюда не пускал, хранил здесь всё важное. Ну и молодой тоже стал тут время проводить. Такие потайные комнаты в моде у господ. Вон, мне служанка из особняка Шалье рассказывала, что лорд Шалье в такой комнате и вовсе любовницу держит! А…

— Ладно, ладно, мы поняли. Вы можете идти, Луиза. Только из города не уезжайте. Вас вызовут в участок для дачи показаний. Ступайте.

Экономка недовольно поджала губы, видимо, ей очень хотелось поведать нам подробности личной жизни лорда Шалье.

Эммет Велор выдохнул с облегчением, когда она, наконец, покинула нас. И в ожидании Нежеля, мы продолжили осмотр комнаты.