"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 430
– Где я? Ох! – он ухватился руками за голову и зажмурился, словно увидел перед собой зубастую пасть дракона.
– В лесу. Ты как себя чувствуешь?
– Как грязуна проглотил, – подопытный снова открыл глаза и попытался рассмотреть колдуна, но что-то ему в этом, очевидно, мешало. – Светлые боги! Ты кто?
– Изгой, как и ты. Наткнулся, вот, на тебя. Ты лежал без сознания…
– Хватит! – жалобно квакнул бедняга, прижимая ладони к глазам. – Не помогает… да что же это?! Именем Юра и словом его, и светом его, изыди, нечистая сила!
– Да что с тобой?! – тёмный старался не пропускать в голос нотки охватившего его азарта. – Объясни толком! Я лекарь, могу помочь.
– Правда? – убрав руки от лица, подопытный снова схватился ими за голову. – Шиловщина какая-то! В башке свербит, а перед глазами картинки. Понимаешь, картинки! Я что, спятил?
– Спятишь, если не успокоишься. Какие картинки?
– Деревья, ручей… Но всё не такое. Цвета другие, и какая-то паутина повсюду…
– Не вызывает сомнений, что дух делится с ним информацией точно так же, как я с тобой, когда показываю плетения.
– Это я уже понял. И что теперь делать? Посмотри на его мозги. Мужика же сейчас удар хватит!
– Сделай вид, что помогаешь ему. В смысле, лечишь.
– Сейчас, погоди, – колдун присел рядом с поскуливающим от страха бандитом и приставил к его лбу указательный палец. Брандеф незамедлительно усыпил духа посредством плетения, чем-то смахивающего на то, каким он его успокаивал до этого. – Лучше?
– Да… – изгой чуть не разрыдался от счастья. – Правда! Что это было?
– Не было, а есть, – Мерк озабоченно покачал головой, делая вид, что рассматривает нечто внутри его черепушки. – Я, когда нашёл тебя, над тобой дух стихий прямо-таки плясал. Я свои сапоги съем, если он что-то после себя не оставил.
– Да ладно?! – ужаснулся подопытный. – Им же на нас плевать!
– Я тоже так думал. Повтори ещё раз, что именно чувствуешь.
– Сейчас только в тыкве свербит чутка. А раньше, пока ты в меня пальцем не ткнул, всякая дичь непонятно откуда лезла. Закрою глаза, а она всё равно.
– Дичь, это ручей и деревья?
– Там ещё всякая хрень была, – пациент, обнадёженный первым успехом лекаря, отвечал с небывалой охотой. – Но больше всё паутины какие-то разноцветные.
– Ясненько. Ты как здесь, вообще, очутился?
– Э-э… – бандит неловко сглотнул. Очевидно последнее воспоминание о том, как с дружками они тащили визжащую Трикс, никуда не делось. – Охотились мы. Я, ну и парни со мной. Мы, это, под Галом ходим.
Мерку очень хотелось округлить глаза и спросить, что ж их так далеко занесло, но это бы выбивалось из намеченного им плана, поэтому он задал другой вопрос:
– И что стряслось с вами?
– Зверюга какая-то, – без запинки откликнулся похититель. – Что ж ещё? Пришлось дёру давать, а вот что было дальше, не помню.
– Ты в одних штанах и рубахе лежал. Это тебя свиноволки так обобрали?
– Говорю же, не помню. Слушай, а чё там с моей башкой?
– Да сидит там какая-то гадость. Я, наверно, мог бы её убрать, но уже в лагере. А потом расскажешь мне по порядку, что вы у нас под боком забыли.
– Лады, – страх перед калейдоскопом картинок был настолько силен, что препираться бандит даже и не подумал.
– Не понял, – почесал затылок Ольф при виде сопровождающего Мерка изгоя. – Командир, это что, пополнение?
– Да вот, нашёл этого красавца в лесу, – как можно более выразительно отозвался тёмный, надеясь, что подчинённые ему подыграют. – Как там с обедом?
– Остывает уже, – выглянула из берлоги Хильда. – Вы скоро там?
– Сейчас. Сделаю кое-что и приду, – колдун взял притихшего разбойника за плечо и потащил в большую пещеру. – Я быстро!
– Слушай сюда, – обернулся он к пленнику, когда они оказались внутри. – я тебя усыплю, поем и попытаюсь вытащить эту дрянь.
– А усыплять зачем? – происходящее определённо внесло в голову разведчика Гала ещё больше сумятицы. Он ведь помнил, как они следили за лагерем и пытались похитить девчонку, но… Надежда штука такая – когда припрёт, разумный сам себе выдумает тысячу объяснений происходящего, лишь бы всё и дальше шло так, как ему того хочется.
– Чтоб не сбежал. Надо же разобраться, что ты за перец такой. Давай, у меня в животе бурчит. Заваливайся на любую лежанку, не то так тебя на камнях и оставлю.
– Лады, – обречённо вздохнул бандит и сделал, как ему было велено.
Наложив на подопытного новые сонные чары, Мерк мысленно обратился к наставнику:
– Что дальше?
– Понаблюдаем за ним до завтрашнего утра, разбудим и снова расспросим. Магических сил для каких-то конкретных действий у нас всё равно не осталось. Должен сказать, ты меня впечатлил. Полагаю, не встреться мы на поляне, без куска хлеба ты не остался бы, с таким-то талантом запудривать разумным мозги.
– Было бы, что запудривать! Этот горе-насильник со страху чуть в штаны не наделал. Он бы сейчас и в доброго чародея верхом на голубом драконе поверил.
– И ты этим весьма умело воспользовался. Добровольное сотрудничество подопытного, хотя бы на начальном этапе, это дорогого стоит.
– Захвалил. Пойдём есть. Лично я не только резерв истощил, но и устал, как собака.
– Иди, – фыркнул довольный успешным опытом дух. – Можешь не волноваться, я не отстану.
– И что это было? – поинтересовался Ольф, проглотив кусок жареной оленины.
– Отвянь от него! Не видишь, командиру пожрать охота, – гулко бухнула Хильда и протянула вошедшему колдуну тарелку с заботливо нарезанными кусочками. Больно она в последнее время услужливая. К чему бы это?
– Всё путём, – усевшись на одну из кроватей, Мерк взялся за вилку и приступил к еде. – Задурил этому придурку башку. Так для эксперимента надо.
– Ещё и псионикой промышляешь? – лицо кладоискателя потемнело. – Души, тела, мозги… Богов бы поостерёгся, Меркел.
– Какое им до нас дело, – ко всеобщему удивлению вмешалась в разговор Анис.
– Известно, какое, – зевнула Хильда. – Шил гадит, чтоб его все боялись, Юр на страже стоит, чтоб его все хвалили, а чем бабы их заняты, один гразг разберёт.
– Боги нас защищают, – не согласился Ольф. – Испытывают, карают и награждают.
– Кого? – тихо спросила Анис. – Меня? Тебя? Мы горим и рыдаем, смеёмся и мучаем… Им всё равно. Знаешь, как таких, как мы, называет Меркел?
– Однодневками, – Мерку всё меньше нравилась эта беседа. – И нет, я вас так не называю. Разве что иногда.
– А теперь представь, что мы для богов, которые живут вечно.
– Достали! – Хильда громогласно рыгнула. – От вас пиво скиснет! Пойду, позову наших полоумных подруг, если их самих ещё не сожрали.
Проводив её взглядом, Мерк уже без всякого аппетита дожевал мясо без соли и хоть каких-то приправ, передал Анис тарелку и завалился на койку, намереваясь часика два поспать перед тем, как возобновить наблюдение за подопытным.
Глава 9
– Он мне и говорит: "Ты, мол, браша битая, концы свои прибери, пока в пятый угол тебя не поставили". А я чё? Сунул ему промеж рёбер, и пошло месиво. Сивый тогда зубов выбил поболе, чем морской царь девок переимел.
– Что ещё за морской царь? – полюбопытствовал Дирк.
– Эх ты, птула сухопутная… – беззлобно пожурил его Кас. – Морской царь в плаванье всему голова. Это тут боги всем заправляют, а на большой воде у них власти нет.
– Заткнись, – обронил Нашад, даже не оборачиваясь. – Довольно языческих бредней.
Кас сплюнул, но в перепалку с тёмным лезть не решился. Слава Юру, хоть какой-то отдых ушам. Ещё бы эта гниль ходячая не воняла, вообще было бы замечательно. За каким, спрашивается, гразгом Меркел её отослал с этими идиотами? Что она тут сможет учуять, если, куда ни встань, отовсюду несёт мертвечиной?! Срывая раздражение, Хаши на ходу ухватилась за торчащую из ствола ветку и выломала её у самого основания, заодно проверяя работу руки. Сейчас и не скажешь, что недавно она была искалечена так, что с трудом могла удержать в пальцах ложку. И приступы уже почти не случаются. Всё же не зря она доверилась тёмному. Правда, теперь вот лечение снова пришлось прервать. Ничего не попишешь, зрячие. От них чего угодно ждать можно, и тёмный не исключение. Иногда он пялился на неё таким взглядом… В последнее время, люра всерьёз заподозрила, что кроме «терапии», как поддавшийся её называет, он ещё и ставит над ней какие-то свои опыты. Сбежать бы, да вот только кровавый кашель время от времени ещё давал о себе знать. И не совсем понятно, куда. Из долины ведь так просто не выбраться. Ладно, там видно будет.