Псих (СИ), стр. 42

Свечение вокруг разрыва мгновенно потускнело.

«Ещё! — продолжал бесноваться Мозгоед. — Еще!»

Дёрнул второй жгут. Третий. Хотел и четвертый, чтобы наверняка, но не успел. Меня буквально выкинуло обратно.

Комиссар был уже возле двери. Он как раз делал очередной шаг. Внезапно его ноги подломились и цербер рухнул лицом вниз. Он не пытался сгруппироваться, избежать удара или выставить руки. Просто в одно мгновение отключился и упал, как робот, у которого резко закончилась зарядка.

Жирный сзади не успел затормозить. Споткнулся о лежащего Комиссара и полетел вперед. Я почувствовал, как меня снова швыряет в темноту. Видимо, Мозгоед пинком отправил мое сознание в башку воспитателя. Второй раз все получилось быстрее и четче. С ходу рванул три самые толстые нити и сразу вернулся в реальность.

В носу защипало. Провёл рукой, посмотрел на пальцы. Кровь.

«Пойдёт, — обронил Мозгоед. Голос у него стал тихий, спокойный. — Пойдёт, Псих. Ты сейчас впервые сработал как настоящий телепат. Запомни этот момент».

«Они живы?»

«Живы. Если это можно назвать жизнью».

Оглянулся назад. Там уже во всю коптили ватные матрасы. Воспитанники ломанулись в коридор, а оттуда на первый этаж. Старшаки, младшие, середнячки, все бежали сломя голову и орали. Зачем орали — не знаю. Наверное, это просто было какое-то коллективное безумие. До кучи начала визжать сирена пожарной сигнализации. Задумка Гнуса навести шороху удалась на сто процентов.

— Бегом вниз, в этой суматохе сможем уйти! — крикнул Толик и рванул из комнаты вслед за остальными.

Догнал его в несколько шагов, вцепился в плечо, резко развернул к себе.

— Ты не пойдешь со мной.

— Хрен ты угадал, — хмыкнул Гнус, сбрасывая мою руку. — Пойду. И уходим мы прямо сейчас. Что бы там с тобой ни произошло, но целый отряд особистов на одного пацана — это круто, Псих. А я точно знаю, что они пришли за тобой. Так что валим, бро. И очень быстро.

Глава 18

Гнус мчался по лестнице вниз, перескакивая через несколько ступеней сразу. Я двигался следом, но не так бодро. Чуть приотстал, чтобы быстренько переварить в голове всё происходящее. Согласен, момент не самый удачный, того и гляди в общежитие ворвутся инквизиторы, но ломиться бездумно вперед, как делает Гнус, — вообще срань полная. Тем более подумать реально есть над чем.

Во-первых, меня волновал сам Толик. Любопытная история выходит. Три года он был дурак дураком, а теперь вдруг начал разбираться в электронных замках и, самое главное, — смог их заблокировать. Подозрительная хрень.

Во-вторых, план Гнуса на данный момент был единственным, но от этого не стал лучше. Он вызывал у меня конкретные сомнения. Суматоха и правда поднялась знатная, однако большой вопрос, удастся ли проскользнуть под носом у инквизиторов. Толик принимает их за обычных безопасников, поэтому уверен, что всё выгорит. Я же был настроен не так оптимистично.

В-третьих, даже если выберемся из Инкубатора, что дальше? В первоначальной версии побега фигурировал Зубов. Он должен взять на себя решение всех бытовых проблем. Жрачка, место, где обосноваться, документы, хотя какая-то стратегия для дельнейшей жизни — это все должен был обеспечить старший воспитатель. До тошноты мерзко признавать данный факт, то этот мудак мне нужен. По крайней мере на первом этапе. Выбраться из интерната и голодать, прятаться в лесу, избегать встреч в людьми — такое себе перспектива.

Мимо меня пронеслись двое пацанов из старшей группы. Кубарем скатились по лестнице. Один из них зацепил Гнуса плечом, тот чуть не улетел носом вперёд. Еле успел прыгнуть вперед и поймать его за шиворот.

Спустились на первый этаж. Там творились настоящая вакханалия безумия и торжество человеческого психоза. Пацаны уже перестали понимать, зачем прибежали, кто их надоумил и что делать дальше. Они просто бестолково, на коллективном энтузиазме, упорно рвались наружу. Основная масса столпилась у больших окон холла. Воспитанники отпихивали друг друга локтями, лезли по головам, буквально. Старшие толкали младших, а младшие, понимая, что их сейчас затопчут, ухитрялись забраться на человеческую кучу-малу сверху и кувырком вывалиться через разбитое окно на улицу.

Со стороны центральных дверей раздавался грохот. Похоже, их пытались тупо выбить. Может, сами инквизиторы, а может, воспитатели, которые остались за пределами общежития.

Меня лично насторожило то, что люди в чёрном не пытаются проникнуть внутрь иными способами. Они же, мать их, крутые спецы по поимке одарённых! Прошло уже минут пять с момента блокировки замков. Может, чуть больше. Я потерялся во времени. Неужели у профессиональных охотников на телепатов нет других вариантов, кроме как суетиться на улице, лупить по закрытым дверям и ловить выскакивающих из общежития подростков?

— Вы так не выберетесь. Их снаружи больше, чем кажется.

Голос раздался прямо за моей спиной. Спокойный такой, размеренный, удивительно невозмутимый.

Я резко обернулся и буквально нос к носу столкнулся с Люком Сиротиным. Пацан стоял в двух шагах от меня. Он смотрел на всё происходящее с каким-то фатальным равнодушием, и это скорее пугало, чем радовало. Вдруг у младшака на фоне происходящего поехала крыша. Он и до этого создавал впечатление немного пристукнутого, а теперь у пацана могла начаться острая стадия. Правда, аура Люка по-прежнему оставалась никакой. Ровное серое марево без единой цветной прожилки. То есть не волнуется, не нервничает, ему вообще всё по фигу.

— Надо уходить другим путем, — продолжил Сиротин. — Вот так нельзя.

Он махнул рукой в сторону окон, где творился форменный трындец.

— Ты знаешь, куда идти? — спросил я пацана в лоб.

— Знаю, — кивнул Люк. — Мне тут скучно было, давно все ходы и выходы облазил. Под общежитием есть подвал, он связан с другими корпусами сетью тунелей, один из них ведет в лес. Идём.

— Погоди-ка, сопляк, — Гнус вынырнул из-за моего плеча, шагнул к младшаку, сгрёб его куртку и подтянул к себе. — А нам с чего тебе верить?

— У вас выбора нет, — спокойно ответил рыжий.

«Сука… как мне не нравится это „вам“, „вас“, „нам“, — раздражённо высказался Мозгоед. — Такими темпами скоро целый школьный отряд соберётся».

«Он прав, — одёрнул я телепата. — Идея с окном такое себе. А этот мелкий не так прост, как кажется».

«Ой, мляха муха, да ладно? А я-то думал, он совсем дурачок. Книжки про телепатов читает. Непонятные, кстати, книжки. Где он её отыскал?»

«Заткнись. Выберемся отсюда, потом разберёмся. Помнишь? Сам говорил такое про Зубова. Если пацан знает, как вывести нас с территории интерната, мне срать странный он или нормальный».

— Гнус, — дёрнул Толика за рукав, — хватит, я иду с ним.

— Мы идём, — поправил меня сосед, но Сиротина отпустил.

Люк, всё с таким же безмятежным выражением лица, будто ничего из ряда вон выходящего не происходит, развернулся и двинул вглубь коридора, туда, где хозяйственные помещения. Мы с Толиком рванули за ним.

У последнего окна холла меня вдруг что-то тормознуло. Будто невидимый поводок накинули и потянули. Я остановился, подумал пару секунд, затем уверенно направился к окну.

«Псих, твою мать, ты чего?, — тут же взгоношился телепат. — Ты куда? нам вообще не в ту сторону!»

Я замер перед стеклом. Оно ещё оставалось целым, сюда волна взбесившихся воспитанников не добралась.

Дождь снаружи не унимался. Пацаны выскакивали на улицу, тут же попадали в лапы парней в чёрном. Те их валили на землю, заламывали руки и тыкали своими палками. Видимо, пытались определить телепата. Кое-кому из парней удавалось ускользнуть, но буквально через пару метров их перехватывали воспитатели. Церберам, похоже, дали такой приказ — хватать обезумевших подростков и тащить их обратно, к инквизиторам.

Чуть дальше, под козырьком котельной, я увидел одинокий силуэт. Это был Зубов, узнал его сразу. Он стоял напротив окна, смотрел в сторону общежития и курил. Внешне цербер выглядел спокойным, чуть ли не расслабленным, но я видел — Зубов в бешенстве. Все его планы летели к чертям собачьим. Примечательно, что старший воспитатель не помогал своим коллегам вылавливать особо шустрых пацанов. Более того, он всячески старался оставаться незамеченным.