"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 286
– Да, ваша честь. Мистер Форест, вы проникли в квартиру и обнаружили тело. Потом вызвали по радио подкрепление, и группа быстрого реагирования осмотрела квартиру. Я правильно понял?
– Да, правильно.
– Опишите, пожалуйста, процесс этого осмотра.
– Ну мы осмотрели кухню, гостиную, домашний кинотеатр, ванную на первом этаже, э-э… потом спальни, еще одну ванную, кабинет.
– Еще что-то?
– Да нет… Больше там нечего было смотреть. Если не считать убитой, в квартире никого не было.
Я словно почувствовал возле уха теплое дыхание отца, прошептавшего мне: «Люди верят в то, что видят собственными глазами».
Следующий вопрос был довольно рискованным. Я абсолютно не представлял, какой получу ответ. Во рту пересохло.
– А комнату-убежище вы осматривали?
Перед Форестом вспыхнул знак опасности – огромный и тревожно мигающий красным, как предупреждающее табло на автомагистрали. Он замешкался, подбирая ответ.
– К моменту прибытия группы их уже поставили в известность, что мистер Чайлд недавно покинул квартиру – так что осматривать убежище не было смысла. Доступ туда был только у него, а он уже ушел.
Отличненько. Пора поднажать.
– Мистер Форест, насколько я понимаю, вам доводилось служить в полиции, так что соответствующая подготовка по обращению с огнестрельным оружием у вас имеется? Равно как и опыт его применения?
– Верно.
– Учитывая ваши подготовку и опыт – сколько времени требуется, чтобы прицелиться, отстрелять целый магазин, перезарядиться и отстрелять еще один?
Надув щеки, он резко выдохнул и ответил:
– Не знаю; может, где-то с полминуты…
– Полминуты. А можно быстрее? Можно ли уложиться, скажем, в пятнадцать или двадцать секунд?
– Пятнадцати не хватит, двадцать – это больше похоже на правду.
– Хорошо, двадцать так двадцать. Я смотрю, у вас на руке часы, мистер Форест.
Он был слегка ошарашен. Недоуменно вытаращил глаза, выпятил губу.
– Да, жена на годовщину свадьбы подарила.
– А мобильный телефон у вас с собой?
– Да, он выключен, как положено.
– С разрешения суда я попрошу вас его включить – буквально на минутку.
– Возражаю, ваша честь, – вклинился Зейдер. – Отношение к делу?
– Я быстро, ваша честь. Это имеет непосредственное отношение к делу, и я постараюсь сразу перейти к сути.
– Только не затягивайте, мистер Флинн, – недовольно буркнул Роллинз.
Мы подождали, пока Форест включит свою трубку. Небольшая задержка дала мне время критически поразмыслить над следующей серией вопросов. Рискнуть, пожалуй, стоило.
– Пока мы ждем, когда он загрузится, не подскажете мне, сколько сейчас времени, мистер Форест?
Зейдер, повернувшись к судье, возмущенно всплеснул руками. Роллинз кивнул, не сводя с меня взгляда. Я уставился на него в ответ, решительно выпятив челюсть. Едва заметно покачал головой, перебрасывая взгляд между Роллинзом и Зейдером. Словно только и ждал случая потребовать отвода судьи, который поддержал своего дружка-прокурора.
– Давайте все-таки на данный момент предоставим мистеру Флинну некоторую свободу действий, мистер Зейдер.
– Благодарю вас, ваша честь. Мистер Форест, так сколько на ваших?
– Одиннадцать ноль две.
– Вас не затруднит сообщить мне, сколько сейчас времени на стенных часах прямо у вас за спиной?
Он крутанулся на месте, пригляделся и ответил:
– Одиннадцать ноль пять.
– Ну, а на вашем мобильнике?
Нажав на кнопку, он вздохнул и произнес:
– Десять пятьдесят девять.
– Итак, в этом зале как минимум трое часов, и на всех разное время. Мистер Форест, электронный журнал дежурств в «Сентрал-парк-илевен» встроен не в ту же компьютерную систему, что и камеры наблюдения, верно?
– Да. И программное обеспечение разное, и собственно компьютеры тоже.
– Мистер Форест, проверяли ли вы когда-нибудь – в любое время до или после убийства – синхронизацию тайм-кодов системы видеонаблюдения и вашего электронного журнала?
Он поджал губы, выпрямился на стуле.
– Нет, не проверял.
Я снял верхний документ из стопки, которую принес мне Кеннеди, и передал копии судье Роллинзу, Зейдеру и свидетелю.
– Мистер Форест, это копия журнала вызовов в службу «девять-один-один» за тот вечер. Насколько я понимаю, вы в курсе, что когда кто-то из жильцов звонит в охрану, то на этот номер сразу же автоматически отправляется текстовое сообщение, уведомляющее о поступлении такого звонка?
– Да, я знаю об этом, – подтвердил он.
– Не могли бы вы прочитать в этом документе, в какое время поступила эсэмэска о том звонке?
Глаза его вспыхнули, и он прочитал:
– Двадцать ноль четыре.
– Благодарю вас.
Я уселся на место, а Зейдер в ту же секунду вскочил на ноги.
Я вдруг опять ощутил всю тяжесть навалившихся на Дэвида улик. Моя же защита была построена на чем-то не толще первого льда, и ступать по нему следовало очень медленно и осторожно, иначе и Дэвид, и Кристина, и я сам провалимся в темные холодные глубины.
А Зейдер, судя по всему, готовился проделать в этом льду здоровенную трещину.
– Мистер Форест, учитывая разночтения при фиксации времени с различных устройств, возможно ли, чтобы подсудимый вышел из своей квартиры еще до того, как в ней было совершено убийство?
Судья Роллинз с энтузиазмом закивал – ему, видно, пришло в голову то же самое.
Свидетель помотал головой.
– Нет. Убийство не могло быть совершено после того, как подсудимый покинул квартиру. И вход, и выход в ней только один – дверь на лестничную площадку. На записи с камеры наблюдения видно, как мистер Чайлд и потерпевшая входят в квартиру и как вскоре он выходит оттуда один. Я лично беседовал с мистером Гершбаумом. Никто не проникал в его квартиру через балкон, а это все-таки двадцать пятый этаж. Когда я осматривал квартиру мистера Чайлда, в ней никого не было. Это совершенно исключено еще и потому, что потерпевшая физически не могла нанести себе столь многочисленные ранения, и никто, кроме подсудимого, из квартиры не выходил. Единственный человек, у которого была возможность убить Клару Рис, – это Дэвид Чайлд.
Глава 80
Каждая частичка моего тела, каждая капля крови в жилах так и тянули меня обернуться и посмотреть на Кристину, но я хорошо знал, что в этом случае потеряю все окончательно. Главная битва сейчас здесь, в суде.
С трудом заставил себя опять сосредоточиться.
Шепнул Дэвиду:
– Не волнуйтесь. Все о'кей.
Но до «о'кей» было еще ох как далеко.
Проглотив свой страх, Дэвид похлопал меня по руке. Он по-прежнему в меня верил.
Хоть кто-то в меня еще верил!
– Офицер Ноубл! – объявил Зейдер.
К свидетельской трибуне поспешно направился худощавый мужчина в очках, синих джинсах и красно-синей клетчатой рубахе. Белый галстук, который он зачем-то напялил поверх этого далеко не официального наряда, выделялся на нем, как бельмо на глазу. Довершали этот диковатый ансамбль ковбойские сапожки, только благодаря которым по какой-то непостижимой причине он и смотрелся более или менее цельно.
Едва произнеся слова присяги, офицер полиции Ноубл сразу же принялся протирать очки кончиком своего белоснежного галстука. Ответы на первые вопросы окружного прокурора представили Ноубла как опытного и хорошо подготовленного эксперта-криминалиста, который изучил как тело убитой, так и само место преступления, сделав в ходе этого осмотра целый ряд фотографий.
– Офицер Ноубл, на основании результатов вашего тщательного обследования места преступления, а также данных, полученных медэкспертом, – каково ваше заключение о том, каким образом было совершено данное преступление?
– Учитывая расположение огнестрельных ран на теле убитой, а также местоположение пуль, пробивших ее череп и застрявших в бетоне под разбитой кафельной плиткой пола, выстрелы в голову были произведены, когда потерпевшая лежала на полу лицом вниз. Это дает мне все основания полагать, что первые выстрелы были произведены со спины. Две входные пулевые раны расположены в области поясницы. Одна из пуль застряла в позвоночнике. Другая прошла навылет, так что…