"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 222
– Вот именно, он психопат.
– Не просто психопат. У него наверняка какое-то расстройство личности, но он крайне рационален в том, что касается его целей. Кроме того, он знает места, куда нет доступа обычным людям. «Джунгли», замок Моркоте…
– Возможно, он долго изучал свои мишени.
Данте хмыкает:
– Либо был в этих местах за своего. Если бы я сейчас был миллиардером, я бы с большой осторожностью относился к тем, кого приглашаю на ужин.
3
Гленн отвечает на звонок Коломбы и назначает ей встречу на следующее утро в отеле «Дей Фанти», на самом высоком холме Рима. Он проживает в люксе под названием «Универсум», отделенном от главного корпуса парком, через который постоянно проходит обслуживающий персонал. Коломба бреет голову под ноль, чтобы сравнять волосы, а затем отправляется в отель, где он ожидает ее под утопающей в зелени аркадой с видом на церковь Тринита-дей-Монти. Мускулистый и подтянутый, Гленн одет в шорты и футболку, открывающие взгляду этнические татуировки на руках и ногах. Бородка снова аккуратно подстрижена. По сравнению с их предыдущей встречей, он не так взвинчен и чуть чаще улыбается. Поодаль сидят его телохранители в строгих костюмах. Их больше, чем в прошлый раз, – Коломба насчитывает не менее шести.
– Коломба! Ты сменила прическу. Выглядишь сногсшибательно! – говорит Гленн, вставая, чтобы поздороваться с ней. Потом замечает повязки у нее на руках и телесного цвета пластырь на затылке. – Ты поранилась?
– Ничего серьезного. Не знала, что ты в Риме.
– Меня здесь и не было. Еще три часа назад я был в Париже. Тебе идет новый образ.
Коломба садится напротив него за столик, где стоит хрустальный графин с холодным чаем.
– По словам одного моего друга, я похожа на Фуриосу [113], героиню какого-то фильма, которого я не видела.
Гленн улыбается:
– Наверное, ты чуть ли не единственная в мире не знаешь, кто такая Фуриоса…
Мартинес наливает ей чай и отдает свои мобильники телохранителям.
– Я не хочу, чтобы меня беспокоили, ясно? – говорит он, а затем снова обращается к ней: – Выяснила что-нибудь новое?
Коломба выбирает прямой подход:
– Ты знал Кристину Ринальди Моретти?
– Да! Она была подругой Хеса, – удивленно отвечает Гленн. – То, что с ней случилось, ужасно. Tuez les riches… [114] К сожалению, я уже не впервые такое слышу, но этот безумный металлический костюм – что-то новенькое. Ты видела фотографии, которые гуляют по Интернету?
– Я видела все это вблизи…
– То есть?
– Я была в Maison. Приехала, как раз когда бойня была в самом разгаре. Мне нужно было поговорить с Ринальди, я видела, как она погибла.
Гленн потрясенно замирает:
– Господи…
– К сожалению, я ничего не смогла сделать, мне не удалось ни помешать ему, ни даже увидеть его лицо. На нем была кислородная маска.
Гленн все еще не верит своим ушам:
– Этот монстр мог тебя убить… Повязки у тебя на руках… это из-за него?
Коломба надела блузку с длинными рукавами, но повязки все равно торчат из-под манжет.
– Не совсем, там все горело.
– Почему «Crown» мне не сообщило?
– Они все еще ждут моего отчета и не знали, что тебе сказать, – отвечает Коломба. – Я решила сэкономить время, встретившись с тобой лично.
– Да, конечно… – Он качает головой, не в силах оправиться от удивления. – Почему ты спросила о Кристине?
– Твой брат позвонил Кристине Ринальди, когда прилетел в Милан.
– Это она тебе сказала?
– Нет, но я все равно узнала.
– Ясно… Но даже если они созвонились, что тут такого странного? – Гленн ерзает, словно на раскаленных углях.
– По словам Мари, они не общались несколько лет, и твой брат был очень настойчив. Затем обоих убили.
Гленн резко встает:
– Извини, дай мне минутку, пожалуйста.
Он срывает с себя футболку и ныряет в бассейн. Минут десять он плавает, прикладывая все силы, и Коломба ловит себя на том, что смотрит на него с удовольствием. Наконец он возвращается, насквозь промокший и тяжело дыша. Телохранитель приносит ему халат, и Гленн, обтеревшись халатом, как полотенцем, бросает его на плитку и снова садится. Капли воды, оставшиеся у него на плечах, поблескивают на солнце.
– Еще раз извини, – говорит он. – Но мне нужно было как-то выпустить пар, иначе я бы взвыл.
– Я делаю то же самое, только обычно бегаю, – сочувственно улыбается Коломба.
– Зачем мистеру Алюминию понадобилось убивать моего брата? Только из-за того, что тот был богат?
– Возможно. Либо он за что-то ему мстил.
Гленн на несколько секунд задумывается, болтая кубиками льда в стакане.
– Ты рассказала о своих подозрениях магистратам?
– Только о том, что могла доказать. Но расследованиями трех убийств занимаются три разные прокуратуры. Точнее, двух, потому что официально смерть твоего брата все еще считается несчастным случаем. Так что я ищу какую-нибудь еще связь между Хесусом и Кристиной, помимо старой дружбы. Но я ни в чем не уверена, я действую по наитию.
– Чем я могу тебе помочь?
Коломба роется в сумке в поисках своего нового блокнота, но понимает, что забыла его. Она как ни в чем не бывало застегивает сумку.
– Из-за чего твой брат и Кристина Ринальди поссорились?
– Я об этом даже не знал, ты уверена?
– Так сказала Мари.
– Значит, это правда… Но я не помню, когда он в последний раз о ней упоминал. Она не была нашей общей подругой. В детстве я не тусовался с друзьями Хеса, у нас слишком большая разница в возрасте.
– Ринальди была его подругой детства?
– Они познакомились в художественной академии «École Carnavalet». Кристина была чуть постарше. Она уже получила диплом и работала ассистенткой преподавателя, когда он там учился.
– Он совмещал карьеру футболиста с учебой? В Италии это редкость.
– Во Франции тоже. Первые два года Хес посещал занятия, а потом его продали в Первую Лигу, и это стало невозможным. Он даже дома-то не успевал бывать, не говоря уже о том, чтобы ходить на лекции. И все-таки Хес окончил учебу заочно. По крайней мере, насколько я помню. Надо будет уточнить у мамы.
– И они продолжили общаться?
– Я знаю, что он приходил на ее показы, и, как я уже говорил, я был не в курсе, что они поссорились. Как бы то ни было, он приезжал в Милан на Неделю моды, но я никогда его туда не сопровождал. Мир моды кажется мне слишком поверхностным.
Гленн подает знак официанту принести еще один графин чая. Июнь выдался странным: накануне лило как из ведра, а сегодня палит солнце.
– Думаешь, мой брат что-то подозревал и хотел ее предупредить?
– Если бы он или Ринальди знали, что их жизни что-то угрожает, они бы предупредили своих телохранителей. Или итальянскую полицию. Может быть, они не говорили о мистере Алюминии, а если и говорили, то не считали, что он для них опасен. И…
– …это может быть совпадением, – заканчивает за нее Гленн.
– Да.
– Но ты в это не веришь.
Коломба медленно качает головой:
– Это не дает мне покоя, но в то же время я боюсь, что вижу связи там, где их нет. Кто-нибудь еще может что-то знать? Например, общий друг? Доверенное лицо Ринальди или Мюллера?
– Конечно, кое-кто из друзей Хесуса, в том числе Диана, был с ней знаком, но с ними ты уже говорила.
– Мне нужно побеседовать с кем-то из семьи Ринальди, но у меня уйдет целая вечность, чтобы связаться с ними самостоятельно, можешь мне помочь?
Гленн на мгновение задумывается:
– Сегодня вечером состоятся поминки по Кристине. Рядом с Флоренцией… в Импру… – Он произносит какое-то нечленораздельное слово по-итальянски.
– В Импрунете? – догадывается Коломба.
– Да, точно. Приглашение было для моей матери, и хотя она не захотела идти, но настояла, чтобы я для приличия сходил. Так что мы можем пойти вместе. Что скажешь?