Авангард. Четвертый всадник (СИ), стр. 23

— Золотой город наш, — обошелся я без долгих предисловий.

Мои слова встретили аплодисментами, раздалось несколько громких приветственных криков. Столь бурная реакция немного удивила, но лишь на краткое мгновение: это для меня событие воспринимается как лишь один рабочий штрих в общей картине беготни по разным мирам в решении глобальных вопросов, а для них здесь вся жизнь, они ведь связаны со Средиземьем навсегда.

— Лиза погибла.

Улыбки исчезли, лица вытянулись.

— Возродилась она в Луносвете, это столица лунных эльфов, — сделал я паузу, глядя на Эрику. — Мы можем связаться с ними напрямую?

— Сейчас?

Я кивнул, после чего верховная жрица прикрыла глаза — на несколько секунд даже сквозь веки было заметно сияние. Открыв глаза, она посмотрела на меня вновь человеческим взглядом.

— Елизавета там, но богиня почему-то не может дать мне конкретный ответ, — заметно озадаченно произнесла Эрика. — Она жива, здорова, стала жрицей Лираэль — это аналог нашей Лориэль, только повелительница фауны, а не флоры. Сейчас находится в храме Селены, но… я не могу понять, что с ней, просто нет ответа и отклика.

Ясно, значит надо лететь разбираться. В общем-то предполагал, что проблему простым сеансом божественной связи не решишь, так что даже не расстроился.

— Ты можешь сказать, где находится Луносвет?

— Да.

— Место или примерное направление?

— Место.

Эрика уже открыла карту мира — благодаря информации от Здравомыслова, подробную. Луносвет там указан, находится он примерно в районе Алтая, оценил я. Расстояние в два раза больше, чем до Золотого города — расположенного в Любеке на нашу земную привязку. Быстро не добраться, придется на дирижабле лететь. Можно, конечно, на грифоне попробовать, но еще перед визитом в Золотой город расчеты делали — на грифоне получается медленнее. Летают они пусть и быстрее дирижабля, но на длинной дистанции проигрывают, учитывая необходимость отдыха. Другое дело, если будет попутный ветер — но вот незадача, у нас нет сильной жреческой школы Суриона, так что по заказу в нужную сторону все три с половиной тысячи километров дуть не будет.

— Пошлите весть Кэрриону, чтобы не задерживался в пути, — посмотрел я на Варрона. — Как только «Молодая Луна» вернется, снарядим ее и отправимся в Луносвет с дипломатической миссией, будет повод познакомиться с лунными эльфами.

— Надо будет позже обсудить программу визита, — вдруг произнесла Эрика, глядя на меня странно поблескивающим взглядом.

— Хорошо, обсудим, я пока здесь.

В душе поселилась легкая тревога — ситуация с Лизой нетипична, это напрягает и требует решения. Но именно сейчас сделать я ничего не могу. Нет, можно, конечно, провести несколько суток на грифоне в попытке прорваться наудачу через три с половиной тысячи километров незнакомой территории, но «Молодая Луна» в пути меня, скорее всего, нагонит, так лучше здесь сутки подождать, чтобы потом быстрее успеть.

Закруглив свое присутствие на совещании, не став вникать в обсуждаемые до моего появления вопросы, я спустился в храм Элуны, зашел в огражденный колоннадой портальный зал. Здесь девять арок входов-выходов.

Постоял, пересчитал даже. Да, девять, как в личном пространстве метаверса.

Одна ведет на Землю, в Темную гору, еще шесть — проходы в соседние круги-реальности, восьмая — переход в рамках этого мира в любое другое «открытое» к посещению поседение, а девятая безо всяких опознавательных знаков. Подошел, коснулся рукой, сразу же оказался в сером мглистом коконе.

ДОСТУП ЗАКРЫТ

ВЫ НЕ ОБЛАДАЕТЕ ПРАВАМИ АДМИНИСТРАТОРА ТЕРРИТОРИЙ

Едва прочитал последнее слово, как мглистый купол исчез, вновь я в портальном зале. Ясно. У любого поселения девять уровней цивилизационного развития, а в структуре бытия девять миров, поэтому в личном помещении метаверса девять выходов. И этот девятый, неизвестный выход, чувствую, что ключ ко всему, иначе бы меня туда Система неявно, но так неуклонно не толкала. И все пути в этот неизвестный девятый мир ведут через Элизиум, где ждет задание с наградой в виде получения статуса администратора территорий.

Отправляться на Пандору сейчас не стал — там пока все под контролем, да и Эрика с Катериной точно не поймут, тем более что Эрика прозрачно намекнула на необходимость позже поговорить наедине. Покинув храм, походил по городу, осматриваясь — впервые с того момента, как деревня превратилась в мегаполис. Пока гулял, на улицах и воздушных переходах навстречу мне двигались сотни и тысячи жителей, многие из которых были детьми леса. Неожиданно, но мое предположение подтвердилось — многие уже понемногу избавляются от одежды, внешность еще более меняется. Несколько лесных дев и вовсе с зеленой кожей, а в спутанных — не заплетенных, а именно спутанных волосах видны цветки и лепестки. Не факт, что вплетенные, может прорастают уже.

Провожая одну из зеленокожих эльфийских дев взглядом, замер. Напомнила она мне кого-то и после недолгого раздумья вдруг вспомнил — так выглядели дриады в какой-то закрытой компьютерной игре, основанной на коллекционировании карт. В детстве новость помню увидел о прекращении проекта, и около часа сидел рассматривал картинки — даже вспомнил, что игра «Гвинт» называлась.

Отойдя в сторонку к перилам висячего мостика, открыл меню городского управления. Проверив догадку убедился, что для ночных эльфов, населяющих Эль-Новгород, дриады являются дружественной расой. Но в сводке за все время ни одного доклада о том, что найдено поселение дриад, не увидел. Хотя уже и гномов нашли, я от Кэрриона по пути в Золотой город слышал, что Варрон уже наше вино на горный самогон обменивает, по отзывам ничуть не хуже хорошей ирландской сивухи, виски вернее.

Получается, что дриады получаются из детей леса, которые получаются из ночных эльфов? И если дриады и друиды получаются из ночных эльфов, а конкретно из детей леса, отбирающих у нашей будущей метрополии империи треть человеческого ресурса, это значит, что мы этот недуг — недостаток населения, можем в прибыль обратить? С такими мыслями я уже шел, почти бежал к кузнице Алдариона, где встретил Варрона, вернувшегося с совещания.

— Пластик делается из нефти, нефть появилась из останков динозавров и получается, что пластиковые динозавры — это настоящие динозавры! — на радостях сообщил я верховному жрецу бога-кузнеца.

— Пластмасса — полиэтилен и полипропилен, делается из газа, этилена и пропилена, а нефть — это продукт разложения планктона и растений. Ты покурил чего-то? — озадачился Варрон, глядя на мою широкую улыбку.

— А есть?

— Нет, но можно найти, — кивнул жрец и вдруг пронзительно свистнул, подзывая к себе стайку детей леса. — Сейчас хиппарей потрясем, у этих точно есть.

— Не-нет, я пошутил, — махнул я рукой. — Ладно, а теперь серьезно: дриад делают из детей леса!

Варрон сначала не понял, а потом заметно озадачился. Высвистанные им дети леса уже подошли ближе, встали. Смотрят чистыми и чуть влажными, как у коров, глазами — буквально материал, низшая ступень нового развития. Или дальше к флоре — реально в ходячие растения ведь превратятся вскоре, или к фауне, только направлять их надо. Лук в руки и на стражу священной поляны, чтобы никто чужой нашу землянику не уволок.

— Это получается, что все эти бесполезные тела могут стать полезными? — протянул ошарашенный Варрон.

— Я надеюсь.

— Тогда мы легко можем Дьенбьенфу кому угодно устроить.

— Дьенбьенчто?

— Дьенбьенфу. Перед тем, как настегать американцам и китайцам, Вьетнам еще французов попустил, это ж бывшая французская колония.

— Да? Не знал.

— Ты ж там служил.

— Не служил, а работал по контракту, и не там, а на Филиппинах в основном.

— Молодежь, — отмахнулся Варрон, наблюдая, как мимо проходит полуодетая эльфийка с заплетенными в многочисленные косички волосами. Это, кстати, не дитя леса, просто имидж такой — и не могу сказать, что мне не нравится местная мода. Не косички, а одежда — со спины кажется, что на ней кроме двух веревочек вообще ничего нет.