Великий диктатор. Книга пятая (СИ), стр. 59

Самое странное, что моей статьёй воспользовалось «Общество Святого Таммани» которое стало активно продвигать идею «Фридонии» в преддверии скорых выборов мэра и губернатора в Нью-Йорке. Но, кроме них, идею о собственном имени для США подхватила региональная партия «Слияния» (Fusion Party). Дошло даже до того, что в американском конгрессе была создана рабочая группа для изучения вопроса выбора названия страны. В общем, моя шалость полностью удалась.

— Конечно, в курсе, — согласился я с Яном. — Как думаешь, полоса в Норвиче нам подойдёт? — сменил я тему.

— Ну, «Гаккапелиты» я там сажал, когда перегонял их британцам. Так что и «Медведь» сядет. Главное, чтобы полоса была не занята. Но если британцы нас ждут, то точно её освободят. По крайней мере, нам хватит топлива уйти в Эдинбург или вернуться в Стокгольм.

— А наш аэропорт в Лондоне?

— Перкеле его знает, — пожал плечами пилот. — Там триста метров полоса. Для рейсового «Дракона» этого вполне достаточно. Да и эту машину я посажу. Вот только Лондон — это какая-то, как ты говоришь — аномалия. Там погода портится непредсказуемо. Лучше уж на побережье сесть. Тем более, что и встречать тебя именно там будут. Я не прав?

— Полностью прав, — согласился я с другом. — Это я так, для поддержания разговора.

Письмо от принца Альберта я получил буквально позавчера. Вначале даже и не хотел вскрывать на службе, думал порадовать благоверную новостями от её сестры Марии, которая умудрилась выйти замуж за английского принца. Но пакет оказался подозрительно тонким для стандартного многостраничного послания от Марии Михайловны, и я, немного подумав, вскрыл его. Как оказалось — не зря. Послание оказалось лаконичным. Принц Альберт просил меня от лица своего отца, короля Великобритании Георга V, прибыть в Лондон как можно скорее.

Что я сейчас и делал, находясь в самолёте. Естественно, моя жёнушка не преминула воспользоваться оказией повидаться с семьёй, живущей в Лондоне, и возжелала отправиться со мной. Матти-младший был срочно отправлен к бабушке в Яали. Из-за чего мы и задержались в Финляндии почти на сутки. Татьяна слушала в салоне что-то с «Т-Фона», а я смылся в кабину пилотов и, турнув Мишку Андерса, занял кресло второго пилота. Когда ещё выпадет возможность полетать в кабине нового самолёта, а заодно поболтать с товарищем.

С Татьяной мы поссорились. Вернее, это она на меня обиделась и дулась уже целых пять дней. А всё из-за того, что, как оказалось, она опять беременна. Я-то рад, а она — не очень. Первая беременность далась ей тяжело, да и роды оставили только негативные впечатления, вот она и сделала меня виноватым. Но я-то семьянин с опытом двух жизней, так что воспринял это философски, хочется женщине похандрить — имеет право. Рано или поздно придёт в себя и вспомнит про меня. А пока что мы почти не разговариваем.

— Андерс, сюда! — неожиданно рявкнул Яков Кут. — Впереди и слева по борту какое-то судно тонет. Запиши координаты. Долетим, передадим.

— Слушаюсь, командир, — откликнулся прибежавший парень и снова выскочил из кабины.

— А, может, радио дать в эфир? — поинтересовался я. — Глядишь, кто-то выживших и подберёт.

— Нет-нет. Ни в коем случае такое нельзя делать. В прошлом году принц Альберт совершал патрулирование возле восточного побережья Англии и тоже наткнулся на торпедированное судно. Ну и дал радио на открытой волне. Так туда кроме испанского сухогруза и двух британских скаутов ещё и подлодка германская припёрлась, которая торговца и потопила. Скауты, правда, её тоже вынудили всплыть, завалив бомбами, и вот тогда и узнали, что они приплыли по координатам, вываленным в эфир принцем. С тех пор при обнаружении тонущего судна или буй скидывают с сообщением при встрече союзного военного корабля, или докладывают по возвращению.

— Даже не знал про эту историю.

— Ну, ты же у нас не пилот. Зачем тебе эта информация?

……

Сели мы в Норвиче вполне спокойно. Но вот покинуть самолёт так просто не получалось. Наши конструкторы так и не придумали откидную алюминиевую лесенку. Вместо неё была верёвочная, что вполне устраивала пилотов. Но совершенно не устроило бы мою супругу. Поэтому, за то время, что она отвозила Матти-младшего в Яали, была придумана некая сборная конструкция, напоминающая мини-трап. Вот её и собирали два стюарда, а мы терпеливо ждали, когда сможем покинуть самолёт.

Наконец, трап собрали и мы с Татьяной оказались прямо перед небольшой толпой встречающих. Здесь были и принц Альберт со своей супругой, старшие Коттены и просто любопытные, набежавшие со всего аэродрома пилоты и техники, которые стали свидетелями посадки необычного и громадного самолёта.

— Ты задержался, — попенял мне принц Альберт после взаимных приветствий.

— Сильный встречный ветер, — попытался я отшутиться, и это получилось.

— Ха-ха-ха! Хорошая отговорка. Надо будет запомнить. Ладно. Отец ждёт. Оставляй свою супругу на попечение моей, и поехали.

— Давай тогда на моём транспорте, — предложил я и кивнул на стоявшие чуть в стороне три «Рыцаря», явно присланных за мной из лондонского отделения агентства Усениуса.

— Хорошо, сейчас предупрежу свою свиту и присоединюсь к тебе, — покладисто согласился принц, и я заподозрил, что ему надо что-то обсудить приватно.

Пока Альберт утрясал формальности со своей охраной и адъютантами, я коротко переговорил с тестем и тёщей, поставив их в известность о беременности Татьяны. После чего направился к людям, стоявшим возле автомобилей.

— Здравствуйте, мой диктатор.

— День добрый, господин Хухта.

Поздоровались те со мной, когда я приблизился.

— Вейкко, Ниило, рад приветствовать и вас. Как устроились в Лондоне?

Нашего знаменитого полевого агента и детектива Вейкко Сипполу и его подопечного Ниило Велляри пришлось срочно перевести из Нью-Йорка в Лондон из-за выходки последнего. Зная историю непростой жизни этого девятнадцатилетнего парнишки, я с пониманием отнёсся к тому, что он сделал. Изначально Велляри планировал всего-навсего отомстить итальянской семье, которая выкинула его на улицу после смерти родителей даже несмотря на то, что семья финнов была их компаньонами.

Вот он и пожёг их скобяную лавку. Но не учёл того, что зима 1917 года была очень снежной, и пожарные команды не смогли добраться вовремя до места возгорания. Огонь перекинулся на соседние здания, и район «Роуз-Хилл» выгорел почти полностью. Были уничтожены десятки доходных домов и даже кампусы Нью-Йоркского университета. И все без исключения жители города считали большим чудом, что во время этого пожара не погиб ни один человек.

Тем не менее, благодаря тому же снегопаду, Велляри смогли описать многие очевидцы, так как он был вынужден добираться до места преступления и обратно пешком. Полицией за его поимку была обещана награда в десять тысяч долларов. И рано или поздно нашего снайпера могли опознать благодаря довольно точно нарисованному по словам очевидцев портрету. Вот мы и эвакуировали эту парочку сначала в Гельсингфорс, а затем отправили в Лондон.

— Привыкаем потихоньку, — ответил мне Сиппола. — Разница между Нью-Йорком и Лондоном просто огромная. Но мы справимся. Если, конечно, этот террорист не захочет сжечь итальянское посольство, — пошутил Вейкко и кивнул на мгновенно покрасневшего Велляри.

— Снайпер и диверсант — полезные навыки, — всерьёз заявил я. — Так, парни, с нами до Лондона поедет принц Альберт. Мне надо с ним поговорит приватно. Его сопровождающих посадите в другие машины.

— Сделаем, господин Хухта, — кивнул Сиппола. — Тогда я сам, лично, поведу вашу машину.

— Левостороннее движение не напрягает?

— Поначалу, да, путался. Привык, что у нас и в США всё по-другому. Но, ничего, научился. Так что довезу в целости и сохранности. Можете не сомневаться, господин генерал-губернатор.

От Норвича до Кембриджа домчались буквально за час, а вот дальше поток гужевого транспорта увеличился, и мы замедлились. Так что в Лондон въехали уже в сумерках. Зато успели обсудить множество вопросов. Первым делом, Альберт поставил меня в известность про то, что принято решение о смене династической фамилии с Саксен-Кобург-Готская на Виндзор. Принц так долго и витиевато объяснял для чего это нужно, что у меня сложилось ощущение, что он оправдывается.