Имперская гвардия. Миссия «Гранд-Блю», стр. 35

– Нет, не нужно… – Достав из внутреннего кармана пузырёк, опустошил того Трип. – Бэрдэн, какие же мы идиоты, ну вот как такое можно было допустить? Сами небеса, обрушив на землю своё благословение, даровали нам и нашему королю всеисцеляющую милость, а мы так грубо и безжалостно её просрали.

Вера стариков пошатнулась, они оба понимали, что угроза, нависшая над принцессой, никуда не делась и только возросла! Мелису Ингвид нужно спасать. Спасать от дворца и прячущейся в нём крысы. Спасать от собственной стражи и дворцовых интриганов, что только и добивались перехода власти к мягкой и любящей свой народ принцессе. Забота и щедрость – прекраснейшие из благодетелей, прикрываясь которыми можно сотворить величайшее зло. Старики всё это понимали и думали, что делать дальше.

Правительницу целого государства не запрёшь под замком, не посадишь в темницу или под домашний арест. Любое из подобных деяний есть ничто иное как мятеж, узурпация власти и следующая за ним кровавая революция. Каким-то образом требовалось направить принцессу в место, полная и абсолютная власть над которым не принадлежит дворцу и кому-либо из аристократов.

– Бэрдэн, принцесса ещё юна. Пусть она и хороший управленец, но, как по мне, ей не хватает знаний о мире и существах, населяющих его. Я думаю, ты согласишься, принцессу нужно отправить учиться в академию. Каждый второй из моих наставников приносил магическую клятву и не сможет ослушаться моего приказа. Они будут заботиться о ней изнутри, ты, ваши рыцари и подрастающее молодое поколение будете охранять её снаружи. Иного выхода спасти принцессу я не вижу.

– Это безумие, среди студентов наверняка найдётся ещё больше желающих попробовать на вкус кровь рода Ингвид. И кто её защищать будет, помимо пары учителей? Вулвингерс? Он ведь тоже теперь наставник, и по предсмертной воле короля не посмеет покинуть этой должности, если сама принцесса, а ныне королева, не отдаст приказ. Мы не сможем защитить её, это нам не под силу… – обречённо констатировал Бэрдэн.

– Верно, нам, смертным, это не под силу. Быть может, боги сумеют нам в этом помочь? – Испуганно, но оттого не менее нагло поглядел в сторону Михаила директор.

– Михаил, сущность пришедшая с небес, воин Громовержец, царь грома и повелитель молний, господин Бэрдэн Свэйд рассказал мне всё о вашей чудовищной, разрушительной силе и о том, что она может сотворить с целой армией. Буду честен – вы сильнейший из ныне живущих людей, а быть может, даже сильнее, чем покойный герой Астапор, коего смилостивившиеся небеса и послали нашему народу во спасение. Именно поэтому я и взываю к вам. Защитите принцессу, сберегите будущее рода Ингвид, взамен мы и вся республика дадим вам всё, что только может дать человек…

– Смешное предложение, и особенно забавно слышать его от незнакомца и человека, который в первые же дни после данного обещания не умел сдержать слово. Что мешает мне просто убить прознавших о нашей тайне, а после силой не взять всё необходимое?

– Мне как рыцарю нет прощения. – Свэйд медленно развязывает шнуровку своего панциря. Откладывает его в сторонку, после чего, стянув с себя плотную рубаху, припадает на колено и вынимает из ножен сияющий клинок. Склонив голову, тот протягивает к Михаилу меч. Делает он это так, что рукоятка направлена в сторону бога, а лезвие нацелено пряма на его голову. – Я всегда жил клятвой, считал, что рыцарская честь и данное обещание превыше гордости. Но что моя гордость, моя жизнь, когда на кону благополучие и выживание целого государства? Редкому человеку была дарована возможность сдержать слово, данное богу, и я подвёл вас, потому и жизнь свою преподношу без тени сомнения. И молить смею лишь об одном: прошу, помогите нашему королевству ещё раз!

Лицо и без того бледного директора, мрачнея, становится ещё бледнее. Вытащив из кармашка белый платок, Трип протёр им свой блестящий от пота лоб, а после пересохшими от страха губами сказал:

– Я, человек поживший, тоже не боюсь смерти. Уж простите мне мою колкость, вы, Михаил, внешне не похожи на жнеца, разве что голосом… – найдя в себе силы усмехнуться, проговорил директор.

– Уважаемый Громовержец, не сочтите за грубость, вы сами сказали, что не всесильны, а значит, нечто по-прежнему удерживает вас на земле. Будь то недостаток веры, я отдам приказ, мы построим прямо в академии алтарь и поверим в вас, если нехватка подношений вашему Творцу, мы возведём где-нибудь в провинции средь широких лугов высочайший храм, что крышей, как и дворец, будет цеплять облака, а после доверху заполним его снедью и любыми другими дарами. Взрастив принцессу и сделав из неё настоящую королеву, мы спасём королевство и весь белый свет, а после в благодарность дадим вам всё, до чего смогут дотянуться королевские руки. Только прошу, смилуйтесь и защитите принцессу, большего ни я, ни кто-либо другой из нашего народа никогда у вас не попросит.

Рыбка сама заплыла в садок рыбака. Предложение, сделанное директором, оказалось из ряда тех, от которых не отказываются. У одних имперцев на сооружение аварийного маяка могли уйти целые годы. Сейчас же, набив репутацию, заработав уважение местных и сделав тех своими должниками, первые необходимые ресурсы они могли бы запросить уже сейчас!

Правда, были и минусы в этом соглашении. Первым и самым главным являлось отсутствие достаточного опыта у Михаила в работе с охраной вип-персон. Раньше пару раз курсантом, после младшим офицером он как обычный боец стоял в оцеплении, встречая помазанных императором адмиралов, сейчас же ему самому предстояло защищать, выстраивать цепи, назначать наблюдательные посты, караулы, а также самое главное: собирать охрану из неизвестных!

Многие местные рыцари долгие годы служили королю, претендентов на защиту принцессы также найдётся не мало. Проблема в том, что кто-то из этих же самых претендентов мог отравить короля, кто-то, возможно, тоже хотел это сделать, но его опередили… В общем, надёжных, верных людей, кроме Бэрдэна, что всем чем только мог защищал королевскую семью, Михаил больше не знал. Тот же Тиберий спокойно мог иметь свои собственные скрытые амбиции, реализовать которые могла помочь королева, после чего от той можно было избавиться, попытавшись в одиночку установить контроль над всем королевством.

От одних лишь мыслей о слове «король» и «королева» кепа бросало в дрожь. В Империи нет королей, есть только единый вождь и правитель – Бог-император! Само это слово и стоявшая за ним власть должны затмевать любые другие титулы и ранги. Тысячи королей были убиты во имя Верховного объединителя, и что самое страшное для имперца: сегодня сам капитан Михаил Гаврилович Дьяченко думал, как спасти и сохранить титул во власти иноверцев, борющихся против столь близкой и приятной слуху любимой Империи.

Глядя на недовольное лицо, лорд и директор, предчувствуя отказ, взмолились:

– Смилостивитесь, Громовержец, нам более нечего вам предложить…

– Согласен, – выкинув мысли о королях из головы, ворчливо выплюнул капитан.

– Что? – уже представив, как у ног Бога в слезах ползают и молят о помощи, растерянно переспросил директор.

– Согласен охранять вашу маленькую принцесску. Только и у меня найдётся парочка условий! – хмуро заключил Михаил, заставив двух стариков в очередной раз растерянно переглянуться.

Глава 18

Общение и заключение последующего договора с местными заняли у Михаила порядка двух академических часов. Всё это время, позабыв об учениках, в надежде разузнать тайну, связавшую двух мужчин и талантливого юношу, у дверей с выдуманным приказом «никого не впускать» дежурила наставница Жаклин.

«Я ведь просто с ходу разглядела в нём талантливого и образованного, подготовленного мальчика, поэтому и повела его в учительскую. И никак не потому, что он показался мне каким-то зазнавшимся деревенщиной! Нет, точно не из-за этого. Я просто хороший и заботливый наставник!» – чувствуя магический барьер и опасаясь, что её могли неправильно понять, кусая ногти, угрожающими взглядами и жестами отправляла в дальнее путешествие всех, кто только смел приблизиться или остановиться у входа в учительскую.