Имперская гвардия. Миссия «Гранд-Блю», стр. 28
– Спасибо, Густав, ты прямо наш спаситель, – отвлёкшись от убогой комнаты, едва скрывая досаду и подкатывающие к глазам слёзы, с пересохшим горлом прохрипела Настя. В данный момент пляж у моря казался доку настоящим раем.
– За мной должок, дружище, – положив парню руку на плечо, от чистого сердца произнёс Михаил.
– Да ладно, братан, мы ж с тобой в одной лодке и должны помогать друг другу. Сейчас я пойду ещё свою временную хозяйку навещу, кажется, метла у неё была. Я скоро!
Ужом крутанувшись вокруг застывшей у дверей Насти, мальчишка пущенной стрелой вылетел во двор. Из всех населявших Дарнское общежитие слуг он многим помог, многих выручил в трудную минуту. Кто-то за помощь даже не благодарил, кто-то, насмехаясь над его возрастом, пророчил светлое будущее, попутно прося об очередной вещи. Но ещё никто не считался с ним, как с равным, не называл себя должником молодого шута и слуги. Оттого и появление в их общежитии такого человека, как Михаил, в разы прибавило радости доверчивому детскому сердцу.
Приступив к визуальному осмотру помещения, Михаил быстро и методично оглядывает и ощупывает каждый сантиметр стен, потолка, пола. К каждой трещине повышенное внимание, каждое тёмное, плохо доступное место сканируется при помощи дрона и осматривается с фонарём.
Системы скрытого наблюдения и записи обнаружить не удалось. Но это не делало комнату безопасной. Большие замочные скважины, повидавшие многое, местами осыпавшиеся стены и трухлявый пол над головой гарантировали что всё сказанное в этой комнате может стать информацией общедоступной.
Услышав торопливый топот детских ног, кеп быстро отправляет Насте текстовое сообщение с предупреждением. Девушка отвечает немым кивком, и парочка с вернувшейся на лице доброжелательностью вместе с Густавом приступает к уборке.
– Сначала от пыли и паутины мы чистим потолки, верхние углы и стены, – повязав тряпочку на голове, приговаривает мальчишка, метёлкой упираясь в потолок. От движений его сверху прямо на голову Насти и Михаила сыпется пыль, деревянная гниль с балок и старые, сорвавшиеся с белых плотных паучих покрывал высохшие жучки, нагоняющие на девушку жути. Ойкнув, мальчишка внезапно вспоминает для себя, что Анастасия аристократка, и, в поклоне извиняясь, предлагает той подождать снаружи, пока «слуги» наведут порядок.
– Я тоже хочу помочь, – подняв капюшон и прикрыв волосы, отвечает док, коей по долгу медицинской службы приходилось делать и не такое.
Покончив с потолком и стенами, мальчишка, послав в очередной раз Михаила за водой, замирает у тяжёлой кровати, которую предстояло отодвинуть. Настя мигом смекнула, чего ждёт Густав, и тут же предложила свою помощь. Молодой слуга замялся.
– Да ладно тебе, мне просто нужно отодвинуть её и… – Взяв кровать за две квадратные широкие ножки, Настя по привычке активирует возможности костюма. Её пальцы, словно металлические щипцы, впиваются в толстые деревянные ножки, после чего кровать, которую с трудом переносят двое взрослых мужчин, с жутким треском поднимается в воздух…
В мозгу мальчика происходит диссонанс. Детское сознание пытается сопоставить возможную реальность и то, что он видит сейчас. Хрупкая с виду девушка и зависшая в её руках, словно мешок соломы, толстенная деревянная кровать.
– Я ведь тоже сильная. – Глядя на распахнутые от удивления глаза и рот мальца, хихикнула Настя, а после, словно этого мало, предложила: – Кстати, этого достаточно или ещё выше поднять?
Заигравшись, та случайно ударяет изголовьем поднятой кровати о потолок. Слышится треск, на голову Насти вновь летят щепки, пряча взгляд от которых, та слегка покачивается и с кроватью на вытянутых руках делает разворот на сто восемьдесят. Не чувствуя тяжести предмета в своих руках, со всей дури док бьёт им о трухлявый шкаф.
На втором этаже слышится отборная брань. Мирно дремавший и ожидавший хозяйку слуга клянётся спуститься и надрать задницу соседям дебоширам. Бросив ведро, напуганный шумом, в комнату влетает Михаил.
– Что здесь происходит?! – вскрикивает он, глядя на то, как Настя, держа в двух руках кровать, рывками пытается вытащить ту из шкафа. Одна из толстых ножек застряла и никак не поддавалась доку. Понимая, что в очередной раз опростоволосилась перед командиром, смущённая Настя прилагает ещё больше усилий и со всей дури дёргает кровать на себя.
В молниеносном рывке Михаил прыгает к мальцу, левой рукой прижимая того к себе. Всего мгновение, и оторвавшаяся от кровати квадратная ножка с треском таранит выставленную капитаном правую руку. Отскочив от стены, ножка продолжает своё путешествие по комнате и меняет траекторию. Теперь её цель прикроватный столик. Гнилая крышка разлетается в дребезги, увесистый снаряд пробивает тумбочку и острым, погнувшимся о руку капитана гвоздём вонзается в каменную стене.
Поднявшаяся столбом пыль не в состоянии скрыть всего ущерба, нанесённого комнате.
– Живой, братан?.. – Понимая, что после такого их точно выселят, надеясь услышать хоть какие-то предложения по спасению из сложившейся ситуации, мальчик с полными страха глазами глядит на Михаила.
– Это фиаско, братан… – С полуслова понял парня и с таким же вопросом в глазах посмотрел на Настю Михаил.
Гул вокруг комнаты нарастал. Сверху, всё так же матерясь, кто-то спешно одевался, намереваясь выяснить, что случилось. На улице слышались чьи-то приближающиеся шаги, из которых отчётливо можно было выделить лишь одного. Деревянная нога Борова, ударяясь о камни, с пугающей скоростью сигнализировала о приближении не очень-то и доброго коменданта, коему Анастасия не так давно обещала врезать по морде.
– Может, скажем, что всё так и было? – растерянно спросила Настя, вернув покосившуюся кровать туда, где она недавно стояла.
Ничего не сказав Насте, Михаил в спешке покидает комнату. Если хоть один из гостей зайдёт и увидит весь этот творящийся кавардак, их непременно накажут, а может, даже и выселят за пределы королевских стен. И именно последнего до того, как Михаил закончит с разведкой, требовало избегать. Их присутствие в кругу высших чинов и их отпрысков сильно облегчало проникновение во дворец, развязывало имперцам руки, позволяло быстрее проникать в самые дальние и тёмные уголки «светлого замка».
Перед тем, как они покинут это место, Михаил был обязан убедиться, что человек, правящий этой страной, а также его приближённые не служат Федерации, Союзу или иной фракции, противостоящей истинной первой Империи и Богу-императору.
– Эй ты, в капюшоне! Кто такой, мать твою, и чё тут происходит?! Совсем ополоумели, дебош устраивать средь бела дня! – Мерзкий, словно гвоздём по стеклу визг, нервируя, окликнул Михаила. Худощавый парнишка среднего роста, грозно тряся кулаком, обвинял капитана в нарушение его сна и покоя, обещая наказать того по всей строгости местных законов.
– Прошу нас простить, милостивый сосед, – чувствуя приближения Борова, с ходу пошёл на попятную кеп. – Только заселились, комната очень грязная, много пыли и паутины, мы просто переставляли кровать и…
– Переставляли кровать?! Да я думал, у меня пол из-под ног уходит! – почувствовав в голосе Михаила вину и сожаление, стал напирать тощий.
– Аларан, чё развопился? Как свинья на бойне, ей богу, – реплика гнома сбила спесь с соседа. – И ещё, чё с моей вазой? Когда монеты вернёшь?..
– Уважаемый Багдрав, в связи с не самым лучшим финансовым положением моего хозяина и внезапно возросшими ценами на глиняные изделия…
– Чхал я на ваши финансовые положения. Ты мне вазу разбил? Разбил. Долг пообещал вернуть? Пообещал. Не вернёшь через семь дней, переселю в будку к Джеку вместе с твоим господином, усёк?
«Там ведь ещё и ваза была…» – тяжело вздохнув, вспоминает о предмете декора капитан, ловя на себя очередной пристальный взгляд гнома.
Раздосадованный испорченным сном, а также внезапно воскресшим долгом, Аларан, бубня себе что-то под нос, отправляется восвояси, а на смену ему из другого конца общежития по-прежнему в одной сорочке выскакивает обеспокоенная шумом «временная принцесса».