Неоновый Поток (ЛП), стр. 58

— Отпусти ее, — прорычал Сай; его голос был низким рокотом, от которого по спине пробежали мурашки.

Он рванул вперед, врезавшись в ближайшего охранника с такой силой, что они оба впечатались в стену. Другой мужчина замахнулся на него дубинкой, но Сай перехватил ее на лету, вырвал из рук нападавшего и использовал, чтобы вырубить его с жестокой эффективностью.

Но на каждого поверженного Саем, казалось, приходилось двое новых.

Мужчина, державший меня, потащил меня назад, используя как живой щит.

— Назад, или ей конец!

Сай заколебался; его кулаки были сжаты, грудь тяжело вздымалась.

— Ты не хочешь этого делать, — произнес он низким, полным угрозы голосом.

— Уверен? — ухмыльнулся мужчина, вытаскивая нож из-за пояса.

— Сай, не… — попыталась я предупредить его, но он уже действовал.

Он метнул дубинку, словно копье, и я почувствовала, как мои волосы шевельнулись, когда она пролетела в миллиметре от меня и ударила моего похитителя прямо в переносицу. Мужчина вскрикнул и отпустил меня; он отшатнулся назад, схватившись за окровавленное лицо.

Я с силой рухнула на пол, из груди выбило воздух. Сай в мгновение ока оказался на нем, впечатав его в пол со злобным рыком.

Но эта заминка дорого ему обошлась. Мужчина вонзил свой нож в сторону лица Сая. Я вскрикнула, когда Сай подставил руку, и увидела, как лезвие пронзило его ладонь насквозь, войдя по самую рукоять. Он даже не замедлился. Он вывернул запястье — а вместе с ним и лезвие — вырвав его из рук мужчины, пока кровь капала тому на лицо. Затем он отвел свободную руку и ударил мужчину так сильно, что у того хрустнули зубы.

Их было слишком много. Еще один охранник напал со слепой зоны, нанеся точный удар ему в ребра. Второй сбил его с ног со спины. Сай был быстрым, но недостаточно. Удар в плечо заставил его пошатнуться, он оступился, и его лицо наконец исказилось от боли.

— Беги, Эон! — крикнул он, даже когда еще один человек замахнулся на него, ударом заставив опуститься на колени.

Я с трудом поднялась на ноги; мое тело кричало от боли, но не успела я сделать и шага, как чьи-то руки обхватили меня сзади мертвой хваткой. Я сопротивлялась, лягалась и царапалась, но всё было бесполезно.

Боль взорвалась в моем черепе, когда кто-то ударил меня по виску. В глазах помутнело, комната дико закружилась.

— Эон! — Голос Сая пробился ко мне, хриплый от отчаяния, — но он казался далеким, словно звучал из-под воды.

Я попыталась позвать его, но слова не шли с губ. Мои колени подогнулись, и я почувствовала, что падаю; мир накренился, когда на меня надвинулась тьма.

Последним, что я увидела, был Сай — всё еще сражающийся, окровавленный, но не сдающийся, — прежде чем всё погрузилось во мрак.

Глава 36

САЙ

Эон рухнула на пол.

Блядь.

Должно быть, что-то случилось с устройством, раз она так спалила наше прикрытие, но у меня не было времени об этом думать. Нужно было вытаскивать нас отсюда.

Но это было невозможно.

Неважно. Я буду делать то, что делал всегда — сражаться.

Ребра заныли, когда я бросился на нападавших; острая боль пронзила руку, когда я выдернул нож и всадил его в шею надвигающемуся охраннику. Он осел с булькающим криком. Я развернулся, но трое разных людей схватили меня сзади.

Я извернулся, но их хватка была железной. По одному громиле на каждую руку; они давили мне на плечи, наклоняя вперед, пока мое больное плечо не загорелось огнем. Мои колени подогнулись, дыхание со свистом вырывалось сквозь стиснутые зубы, но они удерживали меня в вертикальном положении. Словно хотели, чтобы я прочувствовал каждую каплю боли.

Один из них рывком запрокинул мою голову за волосы, заставив посмотреть вверх. В поле зрения появился Хинокава, как всегда невозмутимый, поправляющий манжеты своего шелкового пиджака, словно у него была уйма времени.

— Почему бы тебе не рассказать мне, что задумала эта маленькая шлюха?

— Сука — просто курьер. Ничего не знала. Думала, это секс-игрушка.

— Вот как? — Хинокава держал устройство на ладони, и я чувствовал запах жженого пластика и карбона от уничтоженной техники. — Что ж, уверен, ребятам она тогда понравится.

Я постарался не отреагировать. Это только всё усугубит. Но я почувствовал пульсацию Флюкса, а вместе с ним и своих имплантов. Хинокава увидел это и понял, что это значит.

— Привязался к этой, да? Возможно, роскошная жизнь сделала тебя мягким, Сайанос. Или, может быть, она не так проста, как кажется?

— Я только-только ее объездил. Кажется расточительством спускать все эти усилия в трубу.

— Если хочешь получить ее в целости и сохранности, предлагаю тебе рассказать мне, что именно ты намеревался сделать с этим маленьким устройством.

Один из громил выкрутил мне руку, толкнув плечо дальше его предела. Сдавленный звук вырвался из меня прежде, чем я успел его остановить. Искры брызнули из глаз. От боли я чуть не потерял сознание.

— Знаешь что, — процедил я, — я черкану своему боссу на мыло, и пусть он сам расскажет тебе, чего именно хотела ПОМ.

К моему удивлению, древнее лицо Хинокавы исказилось в ухмылке.

— О, Сайанос, в этом мире есть вещи куда более могущественные, чем этот твой значок.

— Сомневаюсь.

Старый уебок улыбнулся.

— Ангелы, изгнанные с небес, становятся дьяволами, не так ли?

— Что, блядь, это должно значить?

Он махнул рукой.

— Я дам тебе время подумать над этим.

Ледяной укол пронзил мою шею, и всё расплылось. Это был не нейроподавитель. Технологии слишком дороги, когда с задачей отлично справляется добрая старая доза кетамина. Несколько случайных смертей мало кого волновали.

Я боролся с этим.

Смутно помню, как меня тащили по коридору, как мигали и искажались неоновые вывески Кицунэ, оживая, как их отвратительный смех издевался надо мной, пока мое плечо дергалось в судорогах.

Время ускорилось.

Замерло.

Всё это не имело особого значения.

Лицо Эон парило передо мной, полное эмоции, которую я не мог распознать.

«Я не хотела тебя убивать», — сказала она. «Я не хочу никого убивать».

Ее фиолетовые волосы закружились дымом. Кицунэ смеялись в тенях, их неоновые глаза вели меня — пока их лица не изменились.

Лица, которые я знал.

Лица из моего прошлого.

Первый раз, когда я убил человека, это было похоже на выключение машины. Никаких судорожных вдохов. Никаких криков о помощи. Просто щелчок выключателя.

А в этом городе очень много выключателей.

Мне снова было четырнадцать.

Другой темный переулок. Дергаюсь еще сильнее.

Мой Флюкс проявился всего год назад, я всё еще учился его контролировать. Всё еще привыкал к имплантам, которые мне поставили — и я ненавидел, когда кто-то видел, как я тренируюсь. Меня всегда адски трясло, когда они сбоили.

Я был за мусорным баком в Пурпурном Районе. Пнул ногой дыру в ржавом металле, и оттуда вывалилась дюжина жирных крыс, пытаясь разбежаться.

Искры зашипели на кончиках моих пальцев. В том возрасте не требовалось многого, чтобы вывести меня из себя, и моей собственной некомпетентности было более чем достаточно. Разряды электричества срывались с моих пальцев, рикошетя от стен переулка, пока крысы бросались врассыпную. Я атаковал снова и снова; волоски на моих руках встали дыбом от статического электричества.

Еще.

В конце концов, скорее по чистой случайности, чем как-то иначе, в одну крысу я попал.

Я прислонился к стене переулка, тяжело дыша, ожидая, когда спадет напряжение. Затем я подошел к грызуну.

Запах жженой шерсти и плоти перебивал даже вонь переулка. Крыса выглядела так, словно ее оставили на гриле на десять часов дольше положенного — обугленная дочерна изнутри.

Я ткнул ее носком ботинка. Ничего.

Треск моего Флюкса затих, но руки всё еще покалывало от остаточной энергии. Пальцы дергались, словно до них еще не дошло сообщение о том, что всплеск закончился.