Вечные Пески. Том 8 (СИ), стр. 26

— Или решат, что мы слабаки, и можно «короны» отжать бесплатно! — хмыкнул Ситранис. — Это ведь семьи! Они живут по принципу «можно всё, за что в ответ не смогут побить». А значит, если уж продавать короны, то исключительно через торги.

— И с кем мы будем торговаться? — алчно блеснув глазами, вопросил Тадар.

— Мы ни с кем торговаться не будем, — отрезал я. — Мы предложим товар, назначим время и место проведение торгов. А торговаться будут семьи, гильдии и другие, у кого денег много. Однако не забывайте: это требует времени… Пока сообщишь всем желающим, пока найдёшь место, пока съедутся участники…

— И вот тут главная наша беда! — снова активно вступил в разговор Ситранис. — Как сохранить «короны» всё это время?

— Разве организатор торгов не берёт на себя хранение товара? — нахмурившись, уточнил я.

Не то чтобы в этой жизни я знал, как проходят торги… Ещё не доводилось мне здесь с таким сталкиваться. Зато я отлично помнил, как торги проводили в моём прошлом мире. Площадка для торгов обычно брала на себя, в том числе, и охрану лота.

— Из торговых домов не возьмётся, думаю, никто… — задумавшись, ответил мне Истор. — Нет… Точно не возьмутся.

— Я, кажется, понимаю, почему. Но всё же хотелось бы объяснений… — покачал я головой. — И для меня, и для Тадара.

— И для меня, — присоединился Ферт.

— Там, где замешаны старшие семьи, нет силы, которая могла бы от них что-то сохранить! — вместо Истора ответил Ситранис, более сведущий в этой теме. — Они возьмут всё, что плохо лежит. Силой возьмут. Большой силой. Или подкупом и запугиванием. Неважно… Важно, что возьмут.

— Если только охрану не возьмёт на себя другая старшая семья. Или правитель какого-нибудь края, — соглашаясь, кивнул Истор.

— Но края разорены. А значит, этот вариант отпадает, — добавил Ситранис.

— А твоя семья? — уточнил я. — Вы же входите в какой-то союз младших семей, так?

— Да, но силы неравны… — поморщился Ситранис, как будто ему наступили на ногу. — Как стали понятны цены на «корону», тётя Ара сказала, что мы даже рядом постоять не вытянем.

— Вот ты к чему ведёшь… — понял я.

— А к чему он ведёт? — обеспокоенно уточнил Тадар.

— Надо выбрать семью, которая возьмётся нам помогать, — пояснил я.

— Так они же это… Сразу себе долю запросят! — всплеснув руками, возмутился пожилой хан.

— С этим, боюсь, мы ничего сделать не можем, — пожал я плечами, отодвигая пустую тарелку. — Мы либо теряем всё…

В этот момент Тадар просипел какое-то ругательство, и голос у него стал такой хриплый, будто хан недавно его сорвал и ещё не мог нормально говорить.

— … Либо теряем лишь часть, — закончил я. — И выбор семей у нас, прямо скажем, невелик…

— Ага, целая одна! — кивнул Ситранис.

— Это вы про того регоя, которому стабильно не везёт, и которого мы уже дважды спасали? — взметнув брови вверх, уточнил Ферт.

— Ну а про кого же ещё? — Ситранис усмехнулся. — Семья Аравантис — одна из старейших и влиятельнейших в Междуречье. Они напрямую связаны с военной областью. Достаточно того, что члены этой семьи вели войска Междуречья на помощь Кечуну. А мы с Ишером — ветераны Долгой Осады, кстати. Это играет нам на руку. К тому же, мы и впрямь дважды спасли Мариатидиса. И пусть он не из самого влиятельного крыла семьи, но сам факт помощи… Ну и да, парень ещё в городе. Договориться можно.

— Им тоже выгодно нам помочь, — согласился я. — Подобные торги поднимут влияние семьи. Заодно с нашими «коронами» можно распродать свои товары, на которые до того не было смысла и особой выгоды устраивать отдельные торги.

— И много, интересно, они потребуют? — сдвинул Тадар седеющие брови.

— Пятую часть могут потребовать! — откликнулся Ситранис. — От стоимости продажи, конечно.

— Да они просто озолотятся на пустом месте!.. — буркнул хан и залпом допил травяной отвар.

— Привыкай, Тадар, так ведутся дела в Междуречье, — успокоил его я. — Здесь сильный и богатый становится сильнее и богаче. А слабый… Слабый здесь теряет всё, и хорошо если не жизнь.

— Ты как-то говорил, воевода, что никогда не стремился в Приречья и Междуречье… — обхватив свою бороду рукой, вспомнил хан. — Поэтому, да?

— Поэтому, — кивнул я. — В удалённых краях всегда была возможность постоять за себя. И даже перед каким-нибудь наместником. А здесь такой возможности нет. Ты либо часть этого огромного организма, либо он тебя пережуёт и сплюнет. Договаривайся, торгуйся, набирай союзников… Иначе ты здесь никто, и звать тебя никак.

— Хорошо сказал! Надо запомнить! — оценил Истор фразу, вспомнившуюся мне из прошлой жизни.

— А в ханствах проще… У нас там прав был тот, кто сильнее… — с ностальгией вздохнул Тадар.

— И ничего не изменилось! — усмехнулся ему в ответ Ферт. — Просто в Краю Людей, вообще везде, сильнее всегда старшие семьи. А в ханствах вас просто не трогали, потому что взять с вас нечего. Междуречью вы особо не вредили. А тот вред, который твой народ причинял, больше бил по удалённым краям.

— Всё так, — подтвердил Ситранис. — Ханства были маленьким замкнутым подобием Края Людей. Но стоило бы вам высунуться и тронуть интересы Приречий и Междуречья… И тогда вам бы быстро объяснили, кто тут главный.

— Им было бы тяжело! — Тадар заулыбался. — Большие войска в землях ханств умели водить только кочевники, а не чужаки!

— И всё же вы пали под нашествием демонов, — не став щадить его гордость, напомнил я. — Приречья и Междуречье, дай боги мне памяти, это три десятка миллионов человек, Тадар. Они могли отправлять на вас небольшие войска, зато без продыху, постоянно. Сначала бы племена откочевали на запад и вглубь ваших земель, чтобы стойбища с женщинами и детьми не попадали под удар. Это вызвало бы склоки между местными и пришлыми. Те же, кто остался бы на западной, северной и южной границе, постепенно вымерли бы, ведь под регулярными ударами теряли бы воинов и не успевали восполнять их численность. А потом войска Приречий и Междуречья двинулись бы дальше. И так, шаг за шагом, год за годом, вас додавили бы до песков.

— На это ушло бы пару столетий, — Тадар недовольно нахмурился. — Рано или поздно надоело бы им…

— Э, ты не прав! Им не может надоесть, брат! — Ситранис захохотал. — Мне может надоесть. Ишеру может надоесть. Истору может надоесть. Но семье — никогда! Если затронуты их интересы, если они могут на чём-то заработать, они будут драться за это поколениями. И неважно, кто сейчас, на данный момент, во главе семьи. Её интересы остаются прежними. И новый глава семьи, сколько бы их ни сменилось, продолжит эти интересы отстаивать.

— Но пятая часть!.. — взвыл хан, снова схватившись за бороду.

И, надо сказать, я разделял его эмоции. Однако ничего не мог с этим поделать. Можно подчинить себе ветер, можно как-то договориться с песком, можно войти в гармонию с водой…

Но нельзя победить систему, даже если она тебя грабит.

— Деньги мы всё равно получим, — прервал этот горестный вопль Ферт. — Деньги огромные. Даже рядовые бойцы получат долю, которой им хватит на долгие годы. Считай, мы не теряем пятую часть. Мы получаем очень много! Безумно много!

Я покосился на Ферта и еле сдержал улыбку. Шептуны — тоже люди. И тоже, бывает, подвержены алчности. Ничего с этим не сделаешь. Любой человек хочет хорошо жить, вкусно есть и заниматься тем, что нравится, не оглядываясь на деньги. Конечно, это необязательно сделает человека счастливым… Но ему точно будет казаться, что он счастливее тех, кого нет ни дома, ни семьи, ни достатка.

— Я бы всё же предложил задействовать и мою семью! — напомнил Ситранис. — Иначе меня не простят за такое пренебрежение.

— В каком качестве? — уточнил я. — Ты же сказал, что и рядом постоять не сможете.

— Не-не! Это я образно! С нас помощь в организации торгов, — замотал головой регой. — Пусть и не на первых ролях, судя по словам тёти Ары… Но моим такое предприятие тоже на пользу пойдёт. Ну и… Ограничит аппетиты семьи Аравантис. Нет?