Убийство среди книг, стр. 37

Глава 20

Джино Галанте опустил пистолет, зашел в комнату и, выпучив на меня маленькие глазки, рявкнул:

— Кто ты, дьявол тебя дери, такая и что ты делаешь в моем личном кабинете?!

Я опустила руки по швам.

— Меня зовут Чарли Джеймс. Вы меня не знаете, мистер Галанте, но старшеклассницей я часто обедала здесь. Недавно перебралась обратно в Остин и хотела узнать, не найдется ли у вас пары минут поговорить со мной?

Косматая бровь взлетела вверх.

— Ты хочешь со мной поговорить? О чем? Хочешь рассказать мне, как тебе до сих пор нравится наша кормежка?

— Ну, это само собой. — Я покосилась на лежавшую на полу папку. — А поговорить с вами я хотела о Шейле Краудер.

— О Шейле? — Вторая бровь присоединилась к первой. — А что, есть новости о ней? — рявкнул он.

Я обошла его и встала перед письменным столом.

— Она намеревалась открыть здесь, в Остине, книжный магазин. Я решила его подхватить.

Галанте прищурился.

— И что? Я-то тут при чем? Полагаешь, я должен тебя поздравить?

— До меня дошли слухи, что вы хорошо знали Шейлу. Очень хорошо, на самом деле.

Он презрительно скривил губы.

— Вот это я и ненавижу в маленьких городках: то, как заводятся сплетни и репутация людей оказывается замарана. Да, я знал Шейлу. Но не с той стороны, с которой ты думаешь.

— То есть интрижки у вас с ней не было?

Брови снова поползли вверх, и Галанте негромко хохотнул.

— А ты весьма прямолинейна, а? Правду тебе? Ей стоило только захотеть. Но она не хотела. От меня ей было нужно другое. — Уголки его губ опустились. — Она решила, что я лох.

— Пардон?

— Что слышала. — Галанте пересек комнату и нагнулся за оброненной мной папкой. Затем обошел стол с другой стороны, выдвинул стул и тяжело опустился на него. Убрал пистолет в средний ящик стола, затем положил папку перед собой и сложил на ней ладони. — Она решила, что я лох. Простофиля. А я никому из себя дурака делать не позволяю. Никому.

Я шагнула вперед, уперлась ладонями в столешницу и наклонилась так, что между нашими носами осталось буквально несколько сантиметров.

— Так вот из-за чего вы двое ругались в «Ледяной ложке»? Из-за этого вы угрожали свернуть ей шею?

Джино вытаращился на меня, а затем расхохотался.

— Вот! Что я тебе говорил! — наконец выдохнул он. — Вот так и рождаются сплетни.

— Значит, говорите, не было такого?

— Да было. И ссорились мы. Но все мои контакты с Шейлой носили исключительно деловой характер.

— В каком смысле деловой? Вы вкладывали деньги в ее магазин?

Галанте округлил глаза.

— Не-ет. Стал бы я в такое вкладываться. Но к книгам наши дела отношение имели. — Он взял со стола фотографию в рамке, и я увидела на ней красивую женщину в блузке с глубоким декольте. Джино постучал по снимку указательным пальцем. — Это моя жена. Глория. Именно из-за нее я с Шейлой и связался.

Он откинулся на спинку стула и сцепил пальцы на затылке.

— Глория, что называется, запойный читатель. Обожает детективы и триллеры и особенно любит Джеймса Паттерсона и этого, как его, Си Джей Баррета. Ну, Шейла и пообещала мне добыть первое издание первого барретовского романа с автографом. Мол, у нее связи. Две тысячи долларов за него зарядила. Я подумал, что это перебор, но затем прикинул — какого черта! Глория будет счастлива, а то я в последнее время в опале. — Он скривился. — Супруга прислушивается к сплетням… и порой действительно в них верит. Вообще-то, она уже не первую неделю от меня нос воротит, если ты понимаешь, о чем я. А тут уехала навестить свою мать, той только что операцию на бедре сделали. Вот я и прикинул, что вручу ей ту книжку по возвращении, может, она и оттает. Книжку-то мне Шейла добыла, это да, только вот, оказывается, и первое издание не настоящее, и автограф не Си Джей Баррета. Я его графологу показывал. Полагаю, Шейле и в голову не приходило, что я так сделаю. Когда мы встретились в кафе-мороженом, я потребовал свои деньги обратно, а она отказалась. Мол, ее тоже ввели в заблуждение насчет этой книги, а моих денег у нее уже нет. Тогда я пригрозил ей вызовом в суд. Она только посмеялась надо мной: мол, грози сколько хочешь, но, если и впрямь это сделаешь, твоя жена гарантированно узнает, что у нас роман, пусть даже его нет. Вот тогда-то я и пообещал ей свернуть ее тощую шею.

Я выпрямилась и пробормотала:

— Так вот откуда чек в папке. Должно быть, она взяла один из заказанных для магазина экземпляров и подделала мою… в смысле, барретовскую подпись, полагая, что вы не заметите.

К счастью, Джино на мою оговорку внимания не обратил.

— Ага, именно так она и поступила. Одурачила меня, — пробурчал он.

— Понимаю, почему это вас разозлило. Очень разозлило.

Он вскинул голову.

— Да, я был страшно зол на нее. Немного утешает, правда, что она не меня одного за нос водила.

— Откуда вы знаете? — нахмурилась я.

— Пока шел к столику, случайно услышал, как она говорила по телефону. Она смотрела в другую сторону и не видела меня. Втирала какому-то парню, мол, того журнала у нее больше нет и хватит ее по этому поводу доставать. Затем произнесла что-то вроде «жизнь — это игра по правилам», рассмеялась и повесила трубку. — Он вытер подбородок ладонью. — Мне она тоже не обрадовалась. Накинулась, мол, я подслушиваю ее личные разговоры.

Мысли крутились вихрем.

— Вы уверены, что она именно так и сказала?

— Да у меня слух как у летучей мыши! — обиделся Джино.

— А откуда вы знаете, что она беседовала с парнем? Это могла быть и женщина.

— Уж поверь. Я в состоянии отличить, когда женщина разговаривает с мужчиной, и она говорила с мужчиной. — Он указал на дверь. — А теперь, если тебе больше не в чем меня обвинить, мне еще с бумагами закончить надо.

— Разумеется, — пробормотала я. — Искренне прошу меня простить за это недоразумение. И вот что я вам скажу: как только мой книжный откроется, обязательно заглядывайте. Гарантирую, я найду для вашей жены подписанный экземпляр того романа Баррета, и автограф будет подлинным. И двух тысяч долларов я за него не потребую.

— Обещания, обещания, — проворчал Джино. — Нет уж, спасибо. Лучше продолжу Глории цацки покупать. В конце концов, бриллианты же лучшие друзья девушек, верно? А не Джеймс Паттерсон. И уж точно не Си Джей Баррет. — Он сунул руку в средний ящик и достал оттуда швейцарский армейский нож. Отщелкнул металлическую зубочистку и поднес к губам. — А теперь проваливайте, — прорычал он.

Я поспешила покинуть кабинет Галанте и вернуться в обеденный зал к своему столику. В голове застряло видение Джино, ковыряющего в зубах зубочисткой из швейцарского ножа, — особенно после ознакомления с протоколом вскрытия. Джино сам признал, что она его взбесила, но настолько ли взбесила, чтобы он ее убил? Ну, у него имелось оружие, характер и, вероятно, мотив. Я пока не была готова вычеркнуть его из своего списка подозреваемых.

Полдень уже миновал, а Джефф не появлялся. Усевшись за стол, я вынула из кармана телефон, включила его и увидела два сообщения: одно от Зейны, другое от Джеффа. Подруга просто сообщала, что, вероятно, сегодня припозднится. Джефф же извинялся: появилась срочная работа и нельзя ли перенести наш обед на потом?

Я вздохнула. Наверное, оно и к лучшему. Все равно аппетит пропал. Я притормозила у стойки и заказала две тефтельки с собой. Через десять минут я забралась в свой «шевроле» и оглянулась на заднее сиденье. По явно почуял фрикадельки, потому что поднял голову, и я видела, как дернулся черный носик, уловив аромат. Я открыла контейнер и поставила его перед котом, сама наслаждаясь восхитительным запахом.

— Чеснок я попросила не добавлять, — отчиталась я. — Котам он вреден. И соуса только чуть-чуть. Но, уверена, тебе все равно понравится.