Путешественник (ЛП), стр. 437
— Мистер Азик, что вам ведомо о «Матери Древа Желаний»?
Мужчина отрицательно помотал головой:
— До твоего письма я даже не подозревал о Ее существовании.
«Даже не подозревал о „Матери Древа Желаний“?» Клейн на долю секунды опешил, но тут же перевел тему:
— А как насчет «Скованного Бога»?
Азик вновь покачал головой и, издав тихий смешок пополам со вздохом, ответил:
— В седую древность Он, или, возможно, Они, носили совершенно иные имена.
«Логично. Мистер Азик угодил в эту проклятую петлю потери и обретения памяти еще на закате Четвертой Эпохи, вечно скитаясь по Северному континенту. А Школа Розы пустила корни на Южном материке лишь на заре Пятой…» — сыщик понимающе кивнул, благоразумно прикусив язык. Азик, обремененный неотложными делами, напутствовал ученика парой слов и, вновь утащив его в мир духов, перенес на восточное побережье Северного континента, высадив прямо у кромки прибоя.
Проводив удаляющегося наставника взглядом, Клейн несколько долгих секунд молча созерцал накатывающие на берег волны. Рваться в ближайший город он не спешил. Отыскав неприметную, глухую пещеру, юноша сноровисто обустроил примитивный алтарь и возвел Стену Духовности. После чего без малейших задержек пожертвовал «Ползучий голод», револьвер «Похоронный звон», медный свисток Азика, «Дневник путешествий Гросселя» вкупе с комом грязи, щедро пропитанным кровью Сеньора, прямиком в таинственные чертоги над серой мглой.
Затем, отчеканив четыре выверенных шага против часовой стрелки, он сам воспарил в загадочное измерение. Вальяжно устроившись на почетном месте Шута, Клейн силой мысли притянул к себе тот самый металлический флакончик.
Благодаря уникальным свойствам серого тумана, оставшаяся внутри кровь так и не свернулась. Натянув перчатку и надежно припрятав остальные трофеи, сыщик выцедил пару алых капель и методично размазал их по темно-коричневой обложке «Дневника путешествий Гросселя».
«Какого… С какой стати после появления нового героя сюжет не пошел на новый виток, не запустил историю с чистого листа?» — Клейн, взирая на так и не сменивший названия фолиант, внезапно поймал себя на весьма интригующей мысли.
Не успел он развить эту догадку, как мир перед глазами поплыл, затянувшись зыбким маревом, словно всё вокруг кишело мириадами незримых, прозрачных тварей.
Вскоре картинка обрела кристальную четкость. Юноша с удивлением обнаружил, что преспокойно восседает на длинной деревянной скамье прямо у обочины.
Точнехонько на том самом месте, откуда и дал деру в прошлый раз.
«Это что, встроенная функция сохранения и загрузки?» — мысленно, с легкой иронией усмехнулся Клейн. Выудив измятый ком грязи, пропитанный кровью Сеньора, он отломил первую попавшуюся ветку и приступил к прорицанию.
Опираясь на полученный вердикт, сыщик уверенным шагом покинул городские пределы. Углубившись в горную чащу, он вскоре наткнулся на «Адмирала Крови», в беспамятстве распластавшегося на берегу безымянного ручья.
С момента той зубодробительной бойни в реальном мире минуло от силы минут десять!
Жуткие, зияющие раны на шее и груди Сеньора уже заметно стянулись, демонстрируя пугающие темпы регенерации. Подобная первобытная живучесть не имела с человеческой природой ничего общего.
Пройдет еще какая-то четверть часа, и этот пиратский адмирал неминуемо придет в чувство, а через час-другой и вовсе встанет на ноги.
Вот она, истинная суть «Живых мертвецов» и «Мстительных духов»!
«Ведь у тебя были все шансы упорхнуть под крылом ангела и полубога из твоей ложи. Увы, кровь так некстати брызнула прямо на „Дневник путешествий Гросселя“, превратив тебя в жалкого книжного узника и подарив мне прорву времени на то, чтобы разделать тебя под орех… Впрочем, этот же финт уберег твою шкуру от шальных ударов в схватке полубогов, избавив от мгновенной, бесславной кончины. И поди разбери, улыбнулась тебе фортуна или же изощренно поиздевалась…» — беззвучно бормотал Клейн, скрупулезно осматривая добычу. Намертво сжимая в одной руке «Похоронный звон», второй он бесцеремонно потянулся к шее Сеньора, сорвав ту самую массивную цепь из чистого серебра.
Ожерелье венчал кулон, до боли напоминающий старинную монету всё того же серебристого оттенка. Обе его стороны были сплошь испещрены витиеватой вязью таинственных орнаментов и мистических символов, а поверх красовалась гравировка на древнем гермесе:
«Насколько немыслима твоя удача сейчас, настолько же чудовищным будет твое падение в будущем».
«Так вот он, тот самый мистический артефакт, даровавший „Адмиралу Крови“ баснословное везение? Какая жалость, даже полубогам не по зубам накинуть мне очков удачи, так что эта побрякушка тоже вряд ли сгодится… Загоню ее при случае с молотка, ну или предложу госпоже посланнице — вдруг возьмет в счет оплаты…» — Клейн не стал пороть горячку и убирать цепь в карман, а просто небрежно бросил ее на соседний валун.
Инстинкт самосохранения истошно вопил: дрянь может таить в себе сокрытые, фатальные проклятия, способные пустить его дальнейшие планы под откос.
Обезопасив себя, сыщик с маниакальной, ледяной сосредоточенностью принялся перехватывать контроль над «нитями духовного тела» пиратского адмирала.
Юноша твердо вознамерился выковать свою первую, полноценную куклу для долгосрочной службы, дабы наконец-то выкристаллизовать правила «отыгрыша» для «Марионеточника».
А уж лучшего, более компактного и идеального подручного для этих целей, нежели «Мстительный дух», в природе не существовало!
Одна секунда, две, три… Прошло от силы с десяток мгновений, и Клейн виртуозно нащупал первичный контроль.
Духовная интуиция Сеньора взвыла сиреной, почуяв надвигающуюся гибель. Тело корсара судорожно забилось, отчаянно силясь сбросить оковы, однако чудовищные раны вкупе с парализующим ступором намертво пригвоздили его к земле, не давая вынырнуть из спасительного беспамятства.
Время тянулось капля за каплей. Когда пошла уже пятая минута, Клейн, совершенно не таясь, с колоссальным облегчением выдохнул.
В эту самую долю секунды «Адмирал Крови» Сеньор плавно распахнул глаза. Пружинисто, без малейшей запинки вскочив на ноги, он развернулся к новому хозяину и, изящно прижав руку к груди в учтивом поклоне, произнес:
— Доброе утро, сэр. Чем могу служить?
Глава 731
Улов
Призрачные черные нити, одна за другой, тянулись из тела Сеньора прямиком в ладони Клейна, чутко реагируя на малейшие всплески духовности.
По правде говоря, виртуозное управление «нитями духовного тела» совершенно не требовало участия обеих рук, однако юноша действовал так по привычке. Это дарило ему осязаемую, почти физическую уверенность в абсолютном контроле над марионеткой.
«Судя по всему, собратья по Пути без труда чуют чужих кукол. Любые аномалии на нитях духовного тела от их пронзительных взоров не утаить, а значит, в этом деле придется соблюдать предельную, ювелирную осторожность». Подбив итоги этим первым наблюдениям, Клейн быстро переключил мысли на самого Сеньора.
Этот «Адмирал Крови» был, по сути, уже мертв. Его астральное тело превратилось в жалкий придаток марионетки, напрочь лишившись былой уникальности, отчего львиная доля оккультных прорицаний теперь давала бы на него слепую осечку.
Разумеется, методы поиска мертвецов всё еще таили в себе угрозу. Поэтому Клейн вознамерился сперва пропустить этого «Мстительного духа» через очищающее горнило серой мглы, дабы выжечь любые метки. Затем — наглухо спеленать зеркальную поверхность, служащую твари вместилищем, «Бумажным ангелом». И напоследок запереть эту дрянь в железном портсигаре под Стену Духовности, вплотную к медному свистку Азика, создав железобетонную, тройную завесу от гаданий.
Сыщик ни на йоту не сомневался: после такой перестраховки ангелам из Школы Розы, вздумай они нащупать его координаты через пророчества по следу «Адмирала Крови», придется кусать локти.