Путешественник (ЛП), стр. 326
Хрусь, хрусь… Под мерный скрип собственных шагов он подошел к огромной дыре, где когда-то красовалась рама, и, слегка подавшись вперед, выглянул на улицу.
Бесчисленные, сливающиеся в сплошное серое море здания громоздились друг на друге, каскадом взмывая вверх по склону.
Сполохи молний в небесах полыхнули с пугающе низкой частотой. Зато в окнах домов один за другим робко затеплились тусклые желтоватые огоньки свечей. Они мерцали, подрагивали, но упрямо не желали гаснуть.
«Это же…» — Деррик сглотнул подступивший к горлу ком. У него возникло жуткое, ирреальное чувство, будто город Полудня отродясь не знал никакого Великого Катаклизма, а его обитатели всё так же мирно и безмятежно коротают свои дни.
…………
Тем временем Хайм, сжимая в руке фонарь из звериной кожи, без малейших усилий, даже не пригнувшись, преодолел порог подвала. С легким смешком он обратился к шагающему рядом Джошуа:
— Эта халупа наверняка принадлежала обычным людям. Вот только кровь гигантов в их жилах точно играла не последнюю скрипку, раз вымахали они почти с меня ростом. Хех, а помнишь те развалины, что мы прочесывали пару вылазок назад? Там даже в парадные двери приходилось с поклоном втискиваться!
В их понимании «кровь гигантов» вовсе не означала прямого родства с этими исполинами. Так они величали те самые физические мутации — вроде пугающего роста, — которые впечатывались в гены после поглощения соответствующих зелий и передавались по наследству.
Джошуа лишь вскинул голову, окинув верзилу снисходительным взглядом, и фыркнул:
— Это у тебя проблемы с дверями, мне и так прекрасно.
— Да ладно тебе, совсем скоро и ты шагнешь на новую ступень. Вот тогда и посмотрим, кто из нас будет смотреть на мир свысока, — добродушно рассмеялся Хайм. При этом его цепкий взгляд, словно невидимый радар, неотрывно страховал Деррика, склонившегося над алтарем, чтобы пресечь любую возможную угрозу.
Слегка поразмыслив, Джошуа произнес:
— Знаешь, меня вечно мучает один вопрос. Наш Вождь — «Охотник на Демонов» четвертой Последовательности. По всем канонам он должен был вымахать метра на три-четыре, уподобившись истинному гиганту. А на деле — заурядный мужик, едва ли на полголовы выше меня. Как так?
Хайм на чистых инстинктах воровато огляделся по сторонам:
— Байки ходят, будто у Вождя припасена особая «форма гиганта».
— Форма гиганта? Это что же, когда он в нее перекидывается, все его шмотки с треском рвутся по швам? — усмехнулся Джошуа.
— Разве что его портки и куртка — сплошь мистические артефакты, — напарники обменялись многозначительными ухмылками.
Они уже было вознамерились поделиться этой хохмой с Дерриком, как вдруг, обернувшись, замерли в оцепенении: юнца и след простыл!
Мальчишка, что еще секунду назад маячил у самого алтаря, попросту растаял в воздухе!
Лица бывалых следопытов мгновенно окаменели. Хайм с сухим шелестом вскинул свой исполинский, широкий меч, а Джошуа выставил вперед левую ладонь, обтянутую кроваво-красной перчаткой.
Двигаясь с параноидальной осторожностью, они приблизились к жертвеннику. Дотошный, скрупулезный обыск не выявил ни единой, даже самой призрачной зацепки.
Джошуа уже собрался было склониться над столешницей, дабы разобрать выбитые на камне письмена, но тяжелая рука Хайма легла ему на плечо:
— Не смей. Я только что прокрутил всё в уме: перед тем как сгинуть, Деррик неотрывно пялился на эти самые руны.
— Нужно срочно доложить Вождю.
— Угу, — коротко, решительно кивнул Джошуа.
Поддаваться панике и слепо рвать когти они не стали. В очередной раз прощупав подвал взглядом, Джошуа ловко щелкнул пальцами, высекая искру, и запалил чудом уцелевший огарок свечи прямо на алтаре.
Это была страховка. Если Деррик всё еще здесь, этот свет убережет его от когтей первобытной тьмы!
Во время былых рейдов по развалинам древних городов разведчикам Города Серебра уже доводилось сталкиваться с подобной чертовщиной. Бывало, что кто-то из бойцов словно сквозь землю проваливался, а на деле — оставался стоять на месте, наглухо укрытый неведомой пеленой. И если его обезумевшие от тревоги соратники, бросившись за подмогой, уносили с собой спасительный свет фонарей, бедолагу неминуемо пожирал истинный, кромешный мрак. После такого не выживал никто. И не всплыви позже аналогичный случай, когда жертву чудом удалось вытащить прямо на месте, тайну гибели первых пропавших так бы и не раскрыли.
Как только теплое, желтоватое пламя разогнало тени вокруг, Хайм и Джошуа стремительно выскользнули из подвала. Оказавшись в переулке, они без промедления пустили в ход заложенные в их снаряжение духовные сигналы.
Ждать пришлось недолго. Спустя пару минут с крыши соседнего особняка безмолвной тенью спикировал Колин Илиад, мягко и грациозно приземлившись на брусчатку.
— Что стряслось? — глухим, рокочущим басом осведомился «Охотник на Демонов».
Лезвие его зажатого в руке серебряного меча уже было щедро смазано густой, светло-серой пастой.
Хайм в кратчайших, рубленых фразах выложил всё как на духу, подытожив:
— Никаких зацепок. Корень его исчезновения нам неведом.
— Деррик… — Колин задумчиво, с тяжелым вздохом кивнул. Обогнув следопытов, он первым шагнул под своды проклятого дома.
…………
Пока снаружи мягко и уютно мерцали огоньки свечей, самого Деррика сковало таким леденящим, пронизывающим до самых костей холодом, словно его живьем швырнули в ледяную прорубь. Эта стужа рождалась где-то в самых глубинах души, неумолимо расползаясь по телу.
До хруста в суставах стиснув рукоять «Топора урагана», он заставил себя отвести взгляд от ожившего городка. Развернувшись на каблуках, юноша вновь погрузился в полумрак подвала, застыв прямо перед алтарем.
Теперь он знал наверняка: чертовщина приключилась именно с ним!
Однако у него не возникло ни малейшего порыва пускаться в исследование этого причудливого, изменившегося города Полудня. Более того, он не осмеливался даже приоткрыть дверь подземелья.
Юноша не выказывал ни явной паники, ни чрезмерной нервозности, поскольку искренне полагал, что случившаяся с ним напасть не так уж и фатальна.
«Покуда угроза не обрушивается сокрушительным, мгновенным ударом, её нельзя считать неразрешимой…» — беззвучно втянув воздух и слегка склонив голову, Деррик благоговейно зашептал:
— Шут, что не принадлежит этой эпохе;
— Таинственный Владыка над серым туманом;
— Король Желтого и Черного, в чьих руках удача…
Тем временем Клейн, мирно созерцавший в окно пейзажи руин битвы богов, был вынужден со вздохом вновь ретироваться в уборную. Сноровисто расставив защитные амулеты, он отчеканил четыре шага против часовой стрелки и воспарил в чертоги над серой мглой.
Опустившись на почетное кресло с высокой спинкой во главе длинного бронзового стола, владыка простер правую руку. Его духовность плавными щупальцами устремилась вперед, коснувшись того самого темно-красного светила, что символизировало малыша «Солнце».
В ту же долю секунды призрачный шепот молитвы обрел кристальную ясность, а перед мысленным взором Клейна развернулась соответствующая картина.
Первым делом он разглядел всё еще слегка размытый силуэт юноши, однако тут же с тревогой подметил: обстановка вокруг паренька отдавала откровенной чертовщиной!
«Солнце» был наглухо укрыт текучей, неописуемой тьмой, в недрах которой таились мириады глаз самых гротескных, причудливых форм. И все они безмолвно, неотрывно пялились на пленника.
Эти зловещие очи, скрытые в густом мраке, усеивали пустоту с пугающей плотностью. Уподобившись незваным, безмолвным соглядатаям, они следили за каждым вздохом жертвы, тогда как сам Деррик не подозревал об их присутствии ни сном ни духом.
«Город Полудня настолько смертоносен?» Клейн был прекрасно осведомлен о том, в какие именно дебри занесла нелегкая его юного адепта.
Быстро взвесив ситуацию, сыщик интуитивно рассудил: эта обступившая юношу тьма выглядит слишком уж иллюзорной и зловещей. Отбросив затею пустить в ход «Скипетр Морского бога» для прямого отклика, он решил попросту затянуть «Солнце» прямиком в свое таинственное измерение.