Путешественник (ЛП), стр. 307
— Они только что устроили грандиозный, взрывной цикл размножения. И… и мутировали.
Да это же… это же истинное божественное чудо!
— И что дальше? Куда они подевались? Всё еще сидят в твоей лаборатории? — духовная интуиция сыщика набатом вопила, что дело пахнет керосином.
Старпому понадобилась пара секунд, чтобы переварить услышанное. Закатав рукав и обнажив густо поросшее жесткими волосами предплечье, он…
…постучал костяшками пальцев по палубе прямо перед собой и с растерянной улыбкой выдал:
— Они зарылись прямо в доски. Сдается мне, они… они перекраивают «Будущее» под себя…
Под глухое эхо его стука из палубы внезапно, словно гейзер, вырвался фонтан густой молочно-белой жидкости, щедро окатив Фрэнка Ли с головы до ног.
Слизнув мутную каплю с губ, безумец взвыл от неописуемого восторга:
— «Будущее»! Наше «Будущее» доится молоком!
В этот самый миг столпившиеся у фальшборта корсары с диким ужасом уставились вниз, тыча пальцами в орудийные порты:
— Пушки… пушки блюют молоком!
«Да это же… это напрочь попирает любые законы здравого смысла…» — уголки губ Клейна предательски задергались в нервном тике.
С тех самых пор, как он ступил на борт «Будущего», с того мига, как левиафан перевалил за край бездны и рухнул в эти проклятые воды, всё вокруг превратилось в сплошной, антинаучный абсурд, наголову превосходящий даже его богатейший багаж оккультных познаний.
Андерсон, онемев от изумления, пялился на этот цирк с отвисшей челюстью, напрочь позабыв обо всех вопросах. Пират на автомате топнул ногой по доскам, и в ту же долю секунды из щели выстрелил еще один упругий молочный фонтан.
Вихрь мыслей калейдоскопом пронесся в голове Клейна, позволив его цепкому уму мгновенно вычленить самую суть угрозы.
Вперив ледяной взгляд во Фрэнка Ли, сыщик глухо, с нажимом спросил:
— Твои крохи, пожрав «Будущее», не перекинутся ли часом на экипаж?
Бросая эти слова, Клейн уже сунул правую ладонь в карман. Безошибочно нащупав по форме нужный амулет «Левитации», он изготовился в любую секунду взмыть в воздух, дабы укрыться от этой мерзкой заразы.
Фрэнк насупил брови, всерьез обдумывая вопрос, и выдал:
— В теории, конечно, могут…
Не успел он договорить, как из-за спины вынырнул чей-то силуэт. Мощный, сокрушительный пинок под зад отправил старпома в затяжной полет. Бедолага кубарем покатился по палубе, выбивая своими ребрами всё новые и новые молочные фонтаны из-под досок.
Карателем оказалась не кто иная, как боцман Нина, облаченная в простую льняную сорочку и темно-синюю куртку.
Свирепо сверля глазами распластавшегося на палубе безумца, она, тяжело и рваным ритмом дыша, рявкнула:
— А ну живо избавь нас от своих проклятых тварей!
— Ладно-ладно, уже бегу, — уныло, с обидой в голосе буркнул Фрэнк Ли, отряхивая пострадавший зад.
К этому моменту Клейн, выудив амулет, уже едва слышно шепнул:
— Шторм!
Сыщик резонно рассудил: недооценивать разрушительный потенциал этого сумасшедшего ученого — чистой воды самоубийство. Вздумай тот «исправлять» ситуацию, катастрофа неминуемо раздулась бы до вселенских масштабов. Уж лучше перестраховаться и отсидеться в воздухе.
Лазурное пламя мгновенно поглотило выкованный из белого олова амулет. С оглушительным воем вокруг Клейна закружился яростный шквал, подхватил его под ноги и бережно оторвал от палубы, подняв на высоту добрых четырех-пяти метров.
Андерсон на долю секунды опешил, а затем судорожно выбросил вперед руку, отчаянно силясь ухватиться за Клейна. Увы, он на мгновение запоздал и лишь беспомощно наблюдал, как Герман Воробей плавно взмывает ввысь, оставляя его прозябать внизу.
Лицо этого заурядно-смазливого охотника скривилось в мучительной гримасе. Он замотал головой, разрываясь между истерическим смехом и жгучим желанием в ту же секунду расчленить стоящего напротив старпома «Будущего» на восемь кровоточащих кусков.
Тем временем Фрэнк уже сноровисто выудил склянку с темно-зеленым порошком. Зачерпнув щедрую горсть, он принялся широкими жестами разбрасывать пыльцу во все стороны, гулко чеканя заклинания на языке гигантов.
Стоило лишь песчинкам коснуться деревянного настила, как из них тотчас же вырвались ядовито-зеленые лозы. Лианы поперли в рост с первобытным, пугающим неистовством. Жадными глотками впитывая разлитое молоко и пожирая тех самых «крох», они в мгновение ока наглухо оплели всю палубу и корабельные надстройки.
За какие-то жалкие десять секунд левиафан «Будущее» переродился в непролазные, бушующие джунгли из переплетенных лиан.
— Фух, дело в шляпе, — Фрэнк сперва лучезарно улыбнулся Нине, но его лицо тут же исказила гримаса ужаса. — Они… они тоже мутировали!
В этот самый миг к ним, шатаясь словно пьяный, подошел один из корсаров и завопил срывающимся, полным леденящего страха голосом:
— У меня… у меня на макушке вырос арбуз!
Клейн перевел взгляд на бедолагу и обомлел: прямо из черепа пирата прорастали пучки толстых, сочно-зеленых плетей, а одну из них венчал здоровенный, судя по всему, уже поспевший арбуз.
— И это ты называешь мутацией⁈ Да это же просто за гранью, мать его, абсолютное, конченое безумие! — на одних инстинктах выругался Андерсон.
Внезапно его взгляд потемнел, и он глухо, с нажимом процедил:
— В этих водах творится лютая чертовщина!
Парящий в вышине Клейн пришел в точности к такому же неутешительному вердикту.
Не вмешайся в дело некая чужеродная, внешняя сила, плоды извращенных опытов Фрэнка Ли и его паранормальные таланты ни за что бы не слетели с катушек одновременно!
Хрясь!
С треском разорвав пеленающие лианы, створки капитанской каюты распахнулись настежь.
В проеме возникла «Адмирал Звезд» Катлея. Ее голос, многократно усиленный колдовством, громовым эхом раскатился над палубой:
— Фрэнк, немедля прекрати любые попытки всё исправить.
— Весьма вероятно, что здешние воды пропитаны остаточным дыханием самой Матери-Земли.
«Матери-Земли⁈» Клейн в немом ошеломлении уставился на леди «Отшельник». Юноша с леденящим ужасом осознал, что все его прежние, стройные гипотезы о произошедшей здесь битве богов вот-вот рухнут, разбившись вдребезги!
— О, милосердная Матерь… — Фрэнк благоговейно скрестил руки на груди, имитируя жест баюкающей младенца матери.
Вслед за этим он рухнул на колени, распластался по доскам и принялся с исступленной, слепой преданностью целовать обвивающие корабль лозы.
«Адмирал Звезд» Катлея безмолвно взирала на этот спектакль. Вокруг ее фигуры мгновенно заклубился ореол из ослепительных, мерцающих искр звездной пыли, заставив весь левиафан «Будущее» полыхнуть синхронным, призрачным сиянием.
Пиратка изящно щелкнула пальцами, послав сгусток абсолютно бесцветного пламени прямиком в сплетение лиан подле своего окна.
Огонь тут же жадно набросился на зелень. Лозы загорелись и абсолютно беззвучно, не издав ни малейшего треска, начали осыпаться невесомым пеплом.
Это призрачное, прозрачное пламя стремительно и безмолвно расползалось по всему кораблю, пожирая нечисть, но при этом мистическим образом не обжигая ни единого матроса. А заливающее «Будущее» звездное сияние служило безупречным щитом, не давая огню спалить сам корабль.
Спустя считанные секунды от исполинских джунглей не осталось и следа. Уцелел лишь тот самый арбуз на макушке бедолаги-корсара, хотя связывающая его с палубой лоза, разумеется, тоже выгорела дотла.
— Фух… Да это же… это сущее пришествие демонов какое-то! — тот самый пират сделал пару шагов вперед и нежно, словно хрустальную вазу, обхватил выросший у него на макушке плод обеими руками.
— Не смей вскрывать! — предостерегающий оклик «Адмирала Звезд» Катлеи только-только сорвался с губ, но корсар, снедаемый дикой смесью жгучего любопытства и глухой злобы, уже успел грубой силой разорвать арбуз надвое.
Плод с хрустом раскололся. Внутри, в луже сочной, багровой как свежая кровь жижи, покоился сплошь испещренный извилинами молочно-белый «мозг».