Путешественник (ЛП), стр. 22
— Это ваше судно.
— И по законам моря вы вправе претендовать на долю в трофеях.
Элланд бросил короткий, оценивающий взгляд на Клейна и подростков, после чего с улыбкой заговорил:
— Следующая стоянка для пополнения припасов светит нам лишь через пару дней. А до тех пор вам придется ломать голову над тем, как уберечь эту тушу от гниения.
— Посему предлагаю сделку: уступите ее мне с дисконтом, а разница в цене и станет моей капитанской долей.
— Это самый разумный выход, — Клевис обменялся коротким взглядом с Сесиль и принял предложение капитана. — Сто тридцать фунтов, и туша ваша целиком.
Потусторонние материалы с рыболюда на рынке уходили фунтов за сто пятьдесят, а то и двести. С учетом прочих частей, таящих в себе духовность, цена в сто тридцать монет была откровенной дешевкой… Впрочем, иного выбора у Клевиса с напарницей попросту не оставалось: как-никак, судно принадлежало Элланду, а за его спиной стояла целая орава вооруженных до зубов матросов. Сорви они сделку, капитан мог бы по щелчку пальцев отправить всех присутствующих на корм рыбам… Разумеется, при условии, что я остался бы в стороне… М-да, совершенно очевидно, что эти двое наемников — обычные смертные, ну или по крайней мере не обладают паранормальными талантами в ближнем бою или стрельбе, а вот сам Элланд — фигура весьма подозрительная… Клейн поднялся на ноги, безмолвно наблюдая за торгами.
— О нет, вы, кажется, меня превратно поняли. Я вовсе не пытаюсь на вас давить. Сто пятьдесят фунтов — вот моя честная цена, — произнес Элланд Каг и, подозвав одного из матросов, вручил ему ключ от сейфа.
— Так вы и есть тот самый «Справедливый Элланд»? — Сесиль, казалось, только сейчас припомнила знаменитое морское прозвище капитана.
Элланд издал тихий смешок:
— Истинно так.
В этот момент Донна с Дентоном, до этого сидевшие ни живы ни мертвы от пережитой жестокой схватки и вида настоящего монстра, вскочили на ноги. Разрываясь между диким восторгом и страхом, подростки подбежали поближе к поверженному рыболюду.
— Он… он и вправду сдох? — Донна робко ткнула тушу носком туфельки, после чего, словно испугавшись, что тварь сейчас вскочит, пулей отскочила назад, спрятавшись за спину брата.
— Настоящее чудовище! — судорожно втянув воздух и распахнув от изумления глаза, выдохнул Дентон.
— Морские просторы кишат подобными тварями. По правде говоря, называть его рыболюдом в корне неверно: кроме наличия конечностей и способности ходить на двух ногах, в нем нет ни капли человеческого. Лично я предпочитаю звать их рыбомонстрами, — с мягкой, снисходительной улыбкой просветил их Элланд.
Опустившись на корточки и выудив перочинный нож, он ловко вскрыл щеку чудовища прямо под глазом, обнажив нежнейшую белоснежную плоть, чуть тронутую алыми прожилками крови.
— Самый деликатесный кусок во всей туше, идеально подходит для употребления в сыром виде, — Элланд ювелирным движением отрезал тончайший ломтик и протянул его Донне. — Ты так напоминаешь мне мою дочь… Жаль, она уже совсем взрослая и упорхнула из родительского гнезда, обзаведясь собственной семьей.
— Я… я боюсь это есть… — робко пролепетала девочка, неотрывно глядя на нанизанный на острие ножа полупрозрачный лоскуток мяса.
— Ха-ха, ну а из вас кто-нибудь желает снять пробу? — с усмешкой обвел собравшихся взглядом капитан.
Убедившись, что духовная интуиция не бьет тревогу, Клейн утвердительно кивнул:
— Сгораю от любопытства.
Элланд тут же протянул ему нож:
— Отведайте. На твердой земле даже вельможам голубых кровей нечасто выпадает шанс полакомиться подобным изыском.
— И запомните: никакой это не человек, а монстр, эдакая причудливо мутировавшая рыбина.
Капитан явно старался развеять страхи юных брата с сестрой.
Клейн поначалу хотел поинтересоваться, не найдется ли на камбузе васаби, соевого соуса или каких-нибудь других приправ, но, рассудив, что капитан не стал ничего предлагать, благоразумно прикусил язык, дабы не показаться неотесанной деревенщиной.
Приняв оружие, он стянул зубами с лезвия истекающий соком, розоватый ломтик мяса и отправил его в рот.
Плоть буквально таяла на языке. Едва уловимый, ржавый привкус сырой крови сплетался с идеально выверенной, легкой солоноватостью, безупречно подчеркивая потрясающую, ни с чем не сравнимую свежесть и сладость деликатеса.
Сделав пару жевательных движений, Клейн осознал, что ничего нежнее и изысканнее ему в жизни пробовать не доводилось.
— Воистину божественно, — не скупясь на похвалу, юноша вскинул вверх большой палец.
Донна, всё это время завороженно наблюдавшая за дегустацией, внезапно прониклась жгучим интересом к этому загадочному мясу со щеки рыболюда.
Разбуженное любопытство напрочь смело остатки страха и брезгливости, и девочка решительно заявила, что тоже хочет кусочек.
Элланд охотно исполнил ее каприз, с теплой улыбкой глядя, как барышня, зажмурившись и забавно сморщив носик, откусывает предложенную порцию.
Гримаса на личике Донны стремительно разгладилась. Распахнув глаза, она с искренним, бьющим через край восторгом воскликнула:
— Какая неописуемая вкуснотища!
Воодушевившись ее примером, Дентон, Сесиль и остальные мигом растащили и без того скромные запасы щечного деликатеса. Дегустаторы остались одновременно и на седьмом небе от счастья, и горько разочарованы: вкус оказался потрясающим, а вот порции — до смешного мизерными.
Клевис, дождавшись, пока Элланд проглотит последний ломтик, ткнул пальцем в тушу чудовища:
— Мясо с ребер превосходно пойдет для жарки во фритюре, брюшину лучше запечь на открытом огне, а всё остальное — жесткая, несъедобная дрянь.
— Мои мысли читаете, — добродушно рассмеялся Элланд. — Сейчас же распоряжусь, чтобы камбуз взялся за дело. В такую дивную ночь разделить роскошную трапезу, распить бутылочку-другую доброго вина да потравить морские байки — воистину, что может быть лучше!
«Звучит заманчиво… Вот только с какой стати суровая, леденящая душу охота на монстра вдруг плавно перетекла в клуб изысканных гурманов?..» — Клейн незаметно сглотнул набежавшую слюну.
Глава 495
Легенда о сокровищах
Прямо на палубе установили жаровню, заботливо подложив под нее толстый слой асбеста, дабы шальной порыв ветра не выдул раскаленные угли и не спалил деревянную обшивку.
Тучный кок, облаченный в фартук и белоснежный высокий колпак — еще одно детище неутомимого императора Рассела, — безостановочно орудовал густой кистью. Он щедро смазывал белоснежные, длинные рыбные филе секретным маринадом из базилика, зиры, морской соли, жгучего перца и лимонного сока, попутно то и дело переворачивая куски для идеальной, равномерной прожарки.
Брюшина рыболюда славилась жирностью. Густые капли медленно стекали сквозь железную решетку, с громким шипением разбиваясь о раскаленные угли и заставляя языки пламени жадно взмывать ввысь.
Одуряющий, дразнящий аромат мало-помалу окутывал палубу, заставляя Клейна раз за разом глубоко втягивать носом воздух.
Перед ним уже успели расставить круглый стол и стулья. На столешнице красовалась бутылка диковинной формы, хранящая в себе золотисто-багровую влагу. При малейшем взбалтывании жидкость переливалась с едва уловимой, благородной тягучестью.
— Сунийское кровавое вино. Готовится из сока сладкого дерева, что в изобилии произрастает в окрестностях Золотого источника. На вид — вылитый жидкий мед пополам с кровью. На вкус оно обманчиво сладкое и мягкое, но с ног сбивает в два счета. Заприметите какую-нибудь прелестную леди и надумаете угостить — берите смело. С этой штукой барышни хмелеют, сами того не замечая. Ха-ха, разумеется, при условии, что у вас самого печень луженая, — перехватив изучающий взгляд Клейна, полушутя пояснил капитан Элланд Каг.
«Сразу видно бывалого боцмана, сальные шуточки так и отскакивают от зубов…» — сыщик опустился на стул, сохраняя на лице маску ледяной невозмутимости: