19–19, стр. 3
– Они хотят покорить нас, чтобы хоски стали их рабами и работали на них, потому что мы умеем и знаем много того, чего они не могут и никогда не смогут.
– А чего они не могут, Валли?
Женщина слегка перевалилась с боку на бок, передвинула чуть в сторону затекшие в одном положении ноги и произнесла размеренно, точно раскладывала по полочкам каждое предложение, которое озвучивала:
– Имры не могут долго находиться под водой, а хоски могут на долгое время задерживать дыхание. Имры не умеют слышать голоса прибрежных камней и скал, а хоски умеют. Имры не умеют разговаривать с морем и не знают, о чем говорит оно шумом прибоя, а хоски умеют разговаривать с морем и знают, о чем говорит шум прибоя. Имры не слышат голосов леса, а хоски слышат и умеют разговаривать с деревьями. И многое другое. А все потому, что нашими прародителями были люди.
– А люди тоже это умеют? – спросила Марин.
– Я не знаю. Я никогда не видела их, Марин, – отозвалась Валли. – Когда они прилетели, все вокруг было иначе, никто из нас не мог видеть их. Это было так давно, что никто уже не помнит, как давно это было, и никто не помнит их имен, а также имен тех салавнов, которые первыми увидели людей. Но я думаю так: если народ хосков произошел от людей, то люди умеют все, что умеем и знаем мы, и намного больше нашего.
Установилось молчание. Шум прибоя ворвался в их уши. Волна сильно ударилась о камни, высоко подбрасывая брызги, которые хоть и слабо, но все-таки достали до женщины и девочки, слегка обрызгав им одежды. Но никто из них не обратил на это внимания. Обе продолжали молчать, ибо у Марин больше не было вопросов. Между тем длилось это до того момента, пока в голове у девочки вновь не оживился мозг.
– А с какой планеты прилетели люди, Валли? – произнесла она.
– С планеты Земля, Марин.
– Ты видела ее на небе?
– Нет. Ее никогда не видно, – ответила Валли и посмотрела на солнце. Лучи ослепили ее, и она зажмурилась, прикрыв глаза ладонью, чтобы привести в порядок зрение. И лишь когда в глазах пропали черные круги и они вновь начали различать окружающие предметы, закончила: – Земля с противоположной стороны Солнца. Люди говорили, что с той стороны Солнца кроме планеты Земля есть еще другие планеты.
– На них тоже живут люди?
– Этого я не знаю, Марин.
– Наверно, живут, Валли, – медленно предположила девочка. – Планеты не могут быть пустыми. Ведь наша планета Зойля не пустая, и другие не должны быть пустыми. Если бы они были пустыми, тогда зачем бы они крутились вокруг Солнца?
– Ты рассуждаешь как взрослая, Марин. Я очень рада, что ты становишься взрослой. Да, возможно, на тех планетах тоже живут люди. Раз они прилетали к нам, значит они живут и на тех планетах.
Девочка подождала, когда Валли смолкнет, и напомнила:
– Ты не сказала, чего ты всегда ждешь у моря.
Валли ответила не сразу. Она сначала подбирала слова в голове, чтобы выложить их в той последовательности, в какой надлежало, потом собрала на переносице морщины и только после этого заговорила строгим тоном, какой указывал на то, что все, что сейчас она говорит, очень важно и надо внимательно слушать:
– Есть давнее предание народа хосков, Марин, секрет которого хранят ведуны Высшего Совета Хоскии. Оно гласит, что с Земли на нашу планету Зойля должны прилететь еще такие же лодки с новыми людьми после того, как девочке-хоске с пятью большими родинками под правой грудью исполнится четырнадцать лет. И я ждала, когда это случится. Но и властители имров знают об этом нашем предании. Когда-то им удалось выведать секрет от одного болтливого ведуна. Властители Имрии тоже ждут, когда у хосков появится предвестница прибытия новых людей к нам. Однако ждут не для того, чтобы разделить радость народа хосков, а чтобы помешать этому. Надеюсь, что наши ведуны сохранили от них тайну и они не знают еще, что девочка-хоска с пятью большими родинками под правой грудью уже родилась и живет среди нас.
– Но пять больших родинок под правой грудью – это у меня, Валли! – вдруг громко воскликнула Марин, то ли пораженная новостью, то ли напуганная. Откинула полу одежды и показала родинки.
– Да, Марин, – подтвердила Валли. – И тебе исполнилось четырнадцать лет. А сейчас ты узнала великую тайну о себе, которую хранят ведуны народа хосков с момента твоего рождения. Ты – предвестница, Марин. Я привела тебя сюда, потому что ведуны народа хосков поручили мне сообщить тебе эту тайну, чтобы ты знала, что тебе предназначено стать той, которая встретит новых людей. Теперь это твоя тайна. Ведунам неизвестно, когда после твоего рождения прилетят новые люди и как это случится, но известно, что люди помогут Хоскии в битве с сильным врагом.
– Но, может, предание народа хосков совсем не обо мне, Валли? – Марин часто заморгала большими глазами. – Мне почему-то страшно.
– Я – Первая ведунья в Высшем Совете ведунов Хоскии, Марин, я никогда еще не ошиблась, изучая предания! – Решительный тон женщины остановил испуг Марин, заставил ее замереть и слушать дальше. – Если бы это хоть раз случилось, я не была бы Первой ведуньей! Мое место занял бы кто-то другой. Мне уже скоро предстоит уйти в море, а замены до сих пор в Совете ведунов нет!
– Я простая девочка, Валли, не очень хорошо учусь в школе Проникновений, – задрожал ее голос. – У меня хорошо получаются проникновения, но часто не получается по другим наукам, когда у других это происходит легко. Разве могу я быть предвестницей?
– Не мы выбираем свой Промысел, Марин! – решительно отвергла ее сомнения Валли. – Высшая воля, Провидение дает его нам! От начала ветви хосков у нашего народа не рождалась девочка с пятью большими родинками под правой грудью!
– А если люди не прилетят, Валли? – ухватилась еще за одну соломинку Марин.
– Прилетят, Марин, обязательно прилетят! – последовал бесстрастный ответ. – Верь в это! Если это не случится при моей жизни, то ты обязательно дождешься!
– Но я не хочу ждать, как ты, Валли, сидя на берегу!
– Сидеть на берегу, смотреть вдаль и слушать, слушать, слушать – это дело старой ведуньи, – голос Валли стал мягче, она грустно улыбнулась. – Я уже стара, Марин, и для меня теперь это единственное развлечение – сидеть и ждать. И думать.
– О чем ты думаешь, Валли? – оживилась Марин и завозилась на месте.
– Я вспоминаю то время, когда была такой же девочкой, как ты. Сейчас иногда мне кажется, что я хотела бы вернуться в него, но я знаю, что это невозможно и совсем мне не нужно. Все умирают, когда уходит время жизни и приходит время смерти. В новые времена должны жить новые хоски. Так всегда было и всегда будет, – спокойно проговорила Валли. Лицо было чуть отрешенным, точно она сейчас заглядывала в другую свою жизнь, которая ждала ее после этой, и та вполне устроила ее, не вызвала отторжения, оставила удовлетворенной и безмятежной.
– Почему так бывает? – спросила девочка, стараясь постичь услышанное.
– Потому что Солнце не может светить всем.
– Почему оно не может светить всем?
– Потому что планета не сможет вращаться вокруг Солнца, если все будут живы.
– Почему планета не сможет вращаться?
– Потому что она станет тяжелой и остановится. И тогда закрутится Солнце и перестанет светить.
Марин вскочила на ноги, возбужденно замахала руками, лицо ее раскраснелось, глаза загорелись. Она схватила руку Валли, притянула к себе и прижала к своей груди. Ее тонкий голос дрогнул:
– Но я не хочу, чтобы приходило время твоей смерти!
– Иначе остановится время твоей жизни, – грустно вздохнула Валли.
– И этого я тоже не хочу! – оттолкнула ее руку девочка и обиженно надула губы.
– Вот поэтому я сижу и жду, когда прилетит новая лодка с планеты Земля. По преданию, люди знают, как сделать, чтобы солнце светило всем. – Женщина вновь усадила Марин возле себя на горячий от солнца камень.
– Почему давно-давно люди не остались среди салавнов, а стали жить отдельно?
– Потому что тогда салавны не захотели принять правила людей, а люди не могли жить по правилам салавнов. Люди были намного сильнее салавнов своими знаниями и умением. Поэтому и те и другие стали мирно сосуществовать рядом. С людьми остались только женщины салавнов, которых выбрали люди и которые не отказались пойти с ними.