Колония Альфа (СИ), стр. 23

Кроме того, Альфа строила не цивилизацию, а крепость, порядки которой мне крайне не нравились. Какой вид человечества они хотят тут сохранить — людей, которые ходят строем, сдают Руны и не знают, что происходит за пределами Башни? Это не выживание, это консервация не лучшей версии. Мы во фригольде выживали иначе — грубее, честнее, с потерями, но мы становились сильнее, становились частью Единства…

— И, разумеется, этот центр — вы? — произнес я, когда он сделал паузу.

— В данный момент — это именно так. Альфа — это ядро. Управленческое, научное, стратегическое. Единственная сейчас организация, обладающая достаточными ресурсами и компетенциями, чтобы принимать решения не на сезон с новым небесным знаком, а на поколения вперед. Только так человечество сможет защитить себя и выжить в Единстве. Это наша, если хочешь, принципиальная миссия. Теперь конкретно по поводу коалиции… Это неправильный термин, хотя бы потому, что мы — не равные стороны. С любой точки зрения. Но мы готовы рассматривать все формы жизнеспособной интеграции вашего поселения в общий контур проекта «Космо». Вы не первые и не последние, у нас имеется немалый опыт.

— А что конкретно означает такая интеграция? — решил уточнить я, хотя расклад в принципе был ясен и так.

— Ну, во-первых, никто не собирается вас насильственно переселять в Башню, — продолжил Кондор. — Игг-Древо — ценный актив, ресурсы удаленного Круга — тоже. Мы готовы рассмотреть военную поддержку в случае нашествия Червей. Военные ресурсы, Восходящие нужного ранга, Руны и опыт подобных операций имеются.

Он сделал паузу.

— Однако ресурсы Альфы не безграничны. Операция в вашем октагоне требует планирования, логистики, вывода людей и техники из других задач. Совет принимает такие решения, когда понимает, что вложение оправдано. И вот здесь мы подходим к ключевому вопросу.

Дирк Кондор смотрел на меня спокойно. Он не собирался договариваться — он излагал условия, которые уже были определены — скорее всего, до моего прихода, недаром Аврора и Рашидов молчали как мышки. Похоже, он имел наибольший вес в совете либо контролировал именно то направление, о котором мы сейчас говорили.

— Если фригольд Небо готов к интеграции в наш контур управления — мы готовы говорить о полноценном сотрудничестве. Буду конкретен. Ваши Восходящие получат доступ к нашей материальной базе и системе подготовки. Ваше Древо — статус стратегического объекта. Ваши колонисты — доступ к нашей инфраструктуре, медицине и социальным гарантиям. Если же фригольд Небо настаивает на полной независимости в том виде, каком ты ее описал, то у нас нет никаких оснований тратить ценные ресурсы для вашей защиты. Это просто-напросто нерационально.

— То есть, — сказал я после паузы, — фактически вы предлагаете нам протекторат.

— Ты бы не спешил с выводами, Сигурд. Возможны различные варианты интеграции, — осторожно вмешался Рашидов. — С сохранением вашей системы управления, поэтапно и так далее… Но нам тоже необходимы гарантии.

— При этом, — добавил Кондор, — вне зависимости от вашего решения мы не оставим людей погибать. Если ситуация во фригольде станет критической — мы готовы принять население. Естественно, по согласованным спискам, с проверкой, в соответствии с нашими протоколами.

Он произнес это абсолютно спокойно, словно предлагал разумный выход. Если не подчинитесь — помогать не будем, а когда Черви начнут вас жрать — эвакуируем тех, кто нам полезен, по спискам, согласно протоколам. Я вновь вспомнил маму Розу и ее слова… Тогда это казалось дико, но, черт побери, она была права!

— Понимаю теперь, почему Либерти не хочет к вам присоединяться, — медленно сказал я. — Им предлагается такой же сценарий?

— Условия одинаковы для всех, Сигурд, — ответил Рашидов, — хотя Либерти гораздо крупнее твоего фригольда по всем показателям…

— Это решение насчет Неба, — приговорил Кондор. — Что касается остальных потенциальных союзников, то у нас позиция следующая…

Он коротко взглянул на Рашидова, будто передавая ему слово, и тот заговорил, подтверждая мои подозрения, что решение, по сути, уже принято.

— Тысяча Братьев. Я понимаю, что ты с ними встречался и составил, так сказать, личное мнение, но нам приходится исходить из известных фактов. А они таковы — в Единстве Тысяча Братьев воспринимается как однозначное зло. Тысяча демонов, тысяча масок, тысяча заговоров — много имен, много легенд, но суть одна — злобная, изворотливая, кровожадная сила. Ты извини, Сигурд, но у твоих друзей оч-чень дурная репутация!

— Репутация, созданная теми, кто их уничтожил, — заметил я.

— Возможно, — не стал спорить Рашидов. — Но мы живем в том мире, где она есть. Как говорил мой папаша — с кем поведешься, от того и наберешься. Любые ассоциации с ними автоматически сделают Альфу в глазах многих фракций Единства и, что важнее, в глазах Вечности — откровенно враждебным субъектом.

— А сейчас вы, значит, друзья? — откровенно усмехнулся я. — Вы работаете над Истоком и брахма-симбионтами. Думаете, Вечность будет спрашивать, на какой вы стороне, когда придет в гости?

— Это не значит, что мы должны становиться стороной конфликта, к которому мы не готовы, — отрезал Кондор. — Это не обсуждается. Мартинс, ты хочешь что-то добавить?

— Да, — Аврора вновь посмотрела на меня. — Я не исключаю того, что Сигурд может быть прав. Наши разработки сами по себе — приманка для многих… игроков. Отказываться от полезной информации, кому бы она ни принадлежала, — с научной точки зрения глупо. Союз с Тысячей, учитывая то, что мы о них слышали, это, конечно, слишком токсичный шаг. Но я бы не отвергала возможность неформального контакта… Без взаимных обязательств.

— Аврора, мой папаша говорил — коготок увяз, вся птичка пропала, — зевнул Рашидов, деликатно прикрыв ладонью рот. — Я бы вообще не рассматривал этот вариант…

— Я тоже категорически против, Мартинс, — кивнул Кондор. — Это слишком рискованно.

— То есть предложение Тысячи вы отвергаете, — сказал я.

— Как союз или покровительство — безоговорочно, — ответил Кондор. — Мы не хотим иметь с ними никаких дел.

— С Орденом Истинных — все сложнее, — продолжил Рашидов. — Это кел-структура другого масштаба. В целом то, что ты описал, соответствует нашим источникам. Но вот здесь, исходя из нашего опыта, возникает очень простой вопрос. Чем Орден Истинных принципиально отличается в своих целях от Вечности?

— Мы уже неоднократно сталкивались с кел-шпионами различных фракций, — продолжил он спокойно. — Все они хотят одного и того же — Исток, Кровь Истока, тайну создания Истинных. И во всех сценариях земляне остаются инструментом. Лабораторией. Посевным материалом. Племенным скотом, который растят, пока он полезен.

— Подожди, Олег. Меня интересует другое… — заговорила Аврора. — Если они действительно считают землян новым поколением так называемых Истинных, то почему? Что именно они увидели? Генетическое сходство? Потенциал брахма-симбионтов? Или просто готовый резерв для собственного воспроизводства?

Последнюю фразу она произнесла жестче, чем я ожидал: похоже, к тайне своих разработок Аврора была весьма ревнива.

— Как говорил мой папаша, хороший вопрос — это половина ответа! — усмехнулся Рашидов и снова взглянул на меня. — Но Орден — это не маргинальный культ, это… игрок совершенно другого масштаба.

Будто фокусник, он достал из воздуха рунный Предмет — очень хорошо знакомую Звезду Искателя, застежку в виде странной трехлучевой звезды — стеллы, как ее называл Белый Дьявол. Символ Ордена Истинных. И затем вновь активировал голограмму, вызвав проекцию очень похожего, хоть и несколько другого, более угловатого знака — те же три длинных луча и три засечки между ними.

— Этот знак Истинных, как и материал его изготовления, очень интересен, — сказал Рашидов, пристально глядя на меня. — Потому что он существовал еще на Земле. В проекте, о котором я тебе рассказывал, Сигурд.

Проект «Стеллар». И стелла. Это тоже не могло быть никаким совпадением, конечно. Но я ничего об этом не знал и потому только пожал плечами: