Безликий (ЛП), стр. 447
Клейн, явившийся ровно к назначенному часу, неспешно макал кусок овсяного хлеба в наваристую подливку от тушеной с молодым горошком ягнятины, попутно вслушиваясь в отчет старого Колера о собранных за неделю слухах.
Увы, ни крупицы по-настоящему ценных сведений в них так и не обнаружилось.
Дождавшись, пока старик иссякнет, сыщик немного поразмыслил и, выудив пару банкнот общим номиналом в два фунта, придвинул их через стол.
— Вы ведь уже расплатились! — отпрянув от неожиданности, Колер ошарашенно замахал руками.
Клейн ответил ему мягким смешком:
— На этой неделе я планирую отбыть на юг в отпуск. Вкалывал целый год без продыху, пора бы и кости погреть.
— Боюсь, вернусь я лишь недели через две-три, поэтому выдаю тебе гонорар авансом. Хех, и смотри, не забрасывай сбор новостей в мое отсутствие.
— С-сделаю в лучшем виде! — заикаясь от смеси безумной радости и жгучей благодарности, старый Колер бережно сгреб купюры.
В это самое мгновение он уже кристально ясно представлял, как именно отпразднует грядущий Новый год.
Он непременно купит ту самую отменную вяленую ветчину, на которую раньше лишь пускал слюни, и съест ее вместе со своим хлебом.
«Аж слюнки текут… Премного благодарен вам, детектив Мориарти!» — Колер сам не заметил, как шумно сглотнул.
Клейн подхватил шляпу и, тщательно подбирая слова, произнес:
— Ты и сам наверняка почуял: в последнее время Восточный район изрядно лихорадит.
— Не лезь на рожон ради моих поручений. Запахнет жареным — тут же уноси ноги и не смей совать туда свой нос.
Вся эта свинцовая, закрученная вокруг принца Эдсака чертовщина не на шутку тревожила сыщика, вот он и решил лишний раз предостеречь своего информатора.
— Понял, — старый Колер увесисто хлопнул себя по груди. — Я тот еще трус, так что рисковать шкурой точно не стану.
— Вот и славно, — одобрительно кивнул Клейн.
Внезапно в его памяти всплыла прачка Лив и двое ее обожающих книги дочерей, отчаянно жаждущих вырваться из этой клоаки — Фрейя и Дейси. Погрузившись в недолгие раздумья, он добавил:
— Приглядывай за семейством Лив. Не позволяй всякой швали их обижать. А случись в Восточном районе какой-нибудь бунт или заварушка, хватай их в охапку и веди в безопасное место.
— Бунт… Вы имеете в виду стачки фабричных? — с явным недоумением переспросил Колер.
— Что-то в этом роде, — уклончиво отозвался сыщик.
Это был тот максимум, который он мог себе позволить озвучить вслух. Проболтайся он чуть больше, и его неминуемо взяли бы на карандаш легавые или какие-нибудь запечатанные артефакты.
…………
В спальне, снизу доверху заставленной куклами всех мастей и размеров, выкроивший свободную минуту в обед Эмлин Уайт восседал на стуле, блаженно смакуя густой полумрак от наглухо задернутых штор.
Обведя взглядом свои владения, он решительно сжал кулаки:
— Пожелайте мне удачи!
Бросив эти слова в пустоту, вампир выудил наделенные духовностью материалы и принялся скрупулезно выводить почетное имя «Шута» вкупе со всеми причитающимися сакральными символами и магическими знаками.
Покончив с приготовлениями, он погрузился в ритуал мистического единения. Его духовность хлынула наружу, плавно воспаряя всё выше и выше, словно стремясь к недосягаемым, бесконечным высям.
Сквозь зыбкую пелену транса перед ним проступили мириады неописуемых, гротескных теней. Следом взору предстали семь ослепительных лучей, таящих в себе бездны неведомых знаний, а высоко над всем этим великолепием клубилась бескрайняя, первозданная серо-белая мгла.
А над бескрайней серой мглой возвышался смутно угадывающийся во тьме древний дворец, в недрах которого восседал окутанный туманом силуэт.
Следом Эмлин узрел величественную, пропитанную первозданной святостью золотую фигуру и раскинувшиеся за ее спиной черные крылья, застилающие сами небеса.
Не успел он даже сосчитать, сколько пар этих мистических крыльев скрывалось во мраке, как почувствовал, что стремительно воспаряет ввысь, вступая в прямой контакт с этим золотым видением.
— А-а-а!
Из его глотки вырвался истошный вопль. Схватившись за голову, вампир покатился по полу, а от его тела повалили густые струйки сизого дыма.
Спустя какое-то время агония наконец отступила, и до его слуха донесся низкий, рокочущий голос «Шута»:
— Твое ментальное внушение снято.
«И так каждый раз выжигают ментальное внушение? Какая же адская мука…» — тяжело дыша и сидя прямо на полу, пронеслось в голове Эмлина. Его безупречно уложенная шевелюра растрепалась, а пряди жалко свисали на лицо.
В таинственных чертогах над серой мглой Клейн задумчиво кивнул и пробормотал себе под нос:
— Как и ожидалось, очищающая и изгоняющая аура «Солнечной броши» попутно наносит урон и вампирам.
Юноша еще загодя всё просчитал: той дозы «солнечного света», что требовалась для выжигания уже ослабленного внушения, явно не хватило бы, чтобы покалечить Эмлина. Именно поэтому он не стал заморачиваться с более сложными и безопасными методами, и, как показала практика, расчет оказался безупречным.
Покончив с этим делом, Клейн отцепил спрятанный в левом рукаве цитриновый маятник, намереваясь раскинуть карты на свои дальнейшие планы.
«Сегодня после полудня благоприятно навестить поместье Красной Розы».
Беззвучно прокрутив фразу в уме ровно семь раз, он распахнул глаза и увидел, что маятник намертво застыл в воздухе, не шелохнувшись ни на миллиметр.
«Когда в дело замешаны запечатанные артефакты нулевого класса или сущности сопоставимого ранга, прорицание упирается в глухую стену. Выудить хоть какое-то внятное откровение попросту невозможно…» — тяжело вздохнул Клейн, прекрасно понимая истинную причину этого фиаско.
Следом он попытался выяснить, сулит ли успех завтрашний послеобеденный визит в усадьбу, но результат оказался столь же плачевным.
«Всегда твердил, что гадание не всесильно, и вот очередное тому подтверждение… Придется полагаться на собственный разум… Этот шаг нужно сделать во что бы то ни стало, иначе я так и не смогу незаметно покинуть сцену и уйти в тень… И чем быстрее, тем лучше. Буду тянуть резину — и ситуация сорвется в такое пике, что костей не соберешь…» — в вихре этих напряженных раздумий Клейн наконец-то принял твердое решение.
Молниеносно вернувшись в реальный мир, он облачился в длинный двубортный сюртук, водрузил на голову шелковый полуцилиндр и переступил порог дома номер пятнадцать по улице Минск, взяв курс прямиком на поместье Красной Розы принца Эдсака.
Глава 470
Имя
У ворот поместья Красной Розы Клейн, опираясь на трость, спустился с подножки кареты.
Глядя на вытянувшихся в струнку гвардейцев в алых мундирах, он на секунду прикрыл глаза, заставляя себя сохранить ледяное хладнокровие.
«Раз уж тот предполагаемый запечатанный артефакт „0–08“ раз за разом плетет паутину случайностей, не давая мне пересечься с дамой, носящей сапфировый перстень, то и сегодняшний день вряд ли станет исключением. Тревожиться о внезапной встрече не стоит. Главное — виртуозно отыграть свой спектакль и обвести принца Эдсака вокруг пальца. Тогда никаких проблем не возникнет…» — усмирив бушующие мысли, сыщик уверенным шагом направился к главному входу.
Сдав кобуру и револьвер, он благополучно прошел досмотр. Ведомый лакеем, Клейн миновал вымощенную серым плитняком аллею, обогнул журчащий кристально чистыми струями фонтан и переступил порог главного особняка. Поднявшись на второй этаж, они остановились перед дверью комнаты, которая, судя по планировке, должна была служить солярием.
На протяжении всего этого пути сердце юноши тревожно билось: он до смерти боялся каких-нибудь непредвиденных сюрпризов, опасаясь, что ситуация в любой момент может сорваться в самое гиблое и катастрофическое пике.
Тук-тук-тук. Тихонько постучав в дверь, лакей прильнул к створке и вполголоса доложил: