Безликий (ЛП), стр. 426
— Зарождение «Розы Искупления» неразрывно сплетено с появлением самого «Истинного Творца». В рядах этого ордена некогда состояли такие фигуры, чьи имена вы даже в самом безумном сне не рискнули бы туда вписать. Впрочем, позже они предпочли отколоться от ложи.
— Стоит вам лишь нащупать ниточку к любой секте, истово поклоняющейся «Истинному Творцу», и как следует размотать этот клубок — вы неминуемо выйдете на «Розу Искупления».
«Звучит до боли похоже на „Орден Сумеречных Отшельников“. Словно две стороны одной медали, свет и тьма…» — интуитивно выстроил догадку Клейн.
Видя, что призрак не горит желанием вдаваться в подробности об этой зловещей ложе, юноша усмехнулся:
— И ты всерьез полагаешь, что с нашими силенками подобная авантюра вообще осуществима?
После секундного молчания дух отозвался:
— Можете попытать счастья в городок Бенси.
— Городок Бенси? Это еще где? — засыпал его вопросами Клейн, однако нечисть наотрез отказалась выдать хоть крупицу информации.
Столкнувшись с глухой стеной, сыщик вынужденно сменил тему:
— Во времена Четвертой Эпохи «Темный Император», «Кровавый Император» и «Ночной Император» вели кровавую грызню именно за престол нулевой Последовательности?
Призрак на миг опешил, но тут же осклабился:
— Поначалу — да. А вот потом… стоит признать, после того как Алистер Тюдор слетел с катушек, правила игры изменились.
— Значит, Алистер Тюдор и есть тот самый «Кровавый Император»? — уточнил Клейн, желая получить железобетонное подтверждение.
Дух кивнул:
— Истинно так. «Кровавый Император» был один-единственный, и титул этот безраздельно принадлежал тому безумцу, Алистеру Тюдору. Хех, отпрыски династии Тюдоров в полной мере унаследовали его порченую, сумасшедшую кровь. В обычные дни они до одури изворотливы, коварны и расчетливы, но стоит наступить критическому моменту — мозги мигом закипают, и они прут напролом, плевав на любые последствия. — Призрак ткнул пальцем в искаженное лицо Рафтера Паунда. — Этот идиот — ярчайший тому пример. Впрочем, после такой знатной трепки он наверняка угомонится и долгое время будет вести себя как паинька… Одному богу известно, не является ли он вообще последним из рода Тюдоров. Алистер оставил после себя целую гору бесценных сокровищ, распечатать которые под силу лишь родной крови. Так что пускать этого хлюпика в расход прямо сейчас я бы вам настоятельно не советовал.
Выдержав паузу, злой дух глухо хохотнул:
— Ладно. Как только вызволите меня из этих оков, я поведаю вам все истории, через которые прошел. Хотя нет, точнее будет сказать — поведаю саму историю, которую я пережил на собственной шкуре.
Едва прозвучали эти слова, как глаза Рафтера Паунда внезапно заволокло мутной пеленой, и взгляд потерял осмысленность.
Тело баронета судорожно дернулось пару раз, после чего безвольной куклой обмякло на полу.
Шарон, до этого безмолвно наблюдавшая за сценой, вдруг сделала шаг вперед.
У-у-ух!
Воздух взвыл тугим шквалом. Комья земли и каменные глыбы с грохотом сорвались с места, устремившись в потайной лаз и наглухо замуровывая вход.
Зачистив все следы и покончив с делами, Клейн и Шарон покинули улицу Уильямс. Растворившись в безмятежной ночной тьме, они сделали приличный крюк, добравшись до соседнего квартала.
Как только юноша забрался в наемный экипаж, наемница соткалась из пустоты, бесшумно устроившись на сиденье напротив.
Вперив в него немигающий взгляд, она спросила своим эфемерным, плывущим голосом:
— Ты поможешь ему снять печать?
— Нет, — без малейших колебаний отрезал Клейн, тут же задав встречный вопрос: — А ты?
Девушка покачала головой, без слов подтверждая, что и она не намерена марать руки.
Сыщик с явным облегчением выдохнул и расплылся в улыбке:
— Эта тварь мертва уже добрых две тысячи лет, и сейчас от нее остался лишь жалкий, обозленный огрызок души. Окончательно раствориться в небытии или вернуться в духовный мир — вот ее истинная, заслуженная участь. Сдается мне, как только мы пробьемся в высшие эшелоны, стоит наведаться туда снова и стереть духа в порошок, даровав ему подлинное освобождение.
И пускай посулы нечисти звучали до одури соблазнительно — будь то Карта «Красного Жреца», сокровенные тайны Четвертой Эпохи или иные баснословные награды, — Клейн не доверял этой твари ни на йоту.
В его голове то и дело всплывала та самая леденящая душу картина: бездыханный труп злого духа, безвольно уронивший голову на грудь, восседает в кресле с высокой спинкой. А затем медленно поднимает лицо — лицо, сплошь изуродованное отвратительными язвами и следами гниения.
Шарон лишь коротко кивнула, выдав необходимое подтверждение его словам.
«А разве тебе не следовало спросить в ответ, откуда у меня такая уверенность, что я смогу стать мастером высших Последовательностей?» — не удержался от мысленной шпильки Клейн.
А ведь ответ на этот вопрос прост: человеку полезно уметь мечтать.
Решив больше не зацикливаться на этой теме, Клейн спросил:
— Четвертая Последовательность, следующая за «Мстительным духом», и впрямь зовется «Куклой»?
Шарон едва заметно кивнула.
— У тебя есть формула зелья или нужные Потусторонние материалы? — задумчиво поинтересовался Клейн.
Наемница покачала головой.
Клейн тихонько усмехнулся:
— Я постараюсь разузнать о них в своих кругах.
Шарон всё тем же ровным тоном отозвалась:
— Спасибо.
Клейн скользнул взглядом по оконному стеклу и после недолгого молчания произнес:
— Я вскоре отбываю на юг, на отдых.
Произнося это, сыщик мягко улыбнулся — совсем как перед уходом от адвоката Юргена:
— Поздравляю заранее. Счастливого Нового года тебе и Маричу.
Девушка застыла на пару секунд, слегка прикусила губу и своим плывущим, бесплотным голосом ответила:
— С Новым годом.
Ее призрачный силуэт начал стремительно истончаться, пока окончательно не растаял в полумраке кареты.
…………
Глядя на примостившегося за алтарем мальчугана и внимая его слегка хриплому детскому голоску, Деррик чувствовал себя так, словно столкнулся лицом к лицу с самым кошмарным чудовищем, и едва сдержал порыв обрушить на него свой Топор Урагана.
Согласно всем укоренившимся в Городе Серебра понятиям, существо, способное столь долго выживать в непроглядной, первобытной тьме, по определению не могло оставаться человеком. И даже прими оно в далеком прошлом людское обличие — по прошествии веков от его человеческой природы точно ничего не осталось!
Взгляд Охотника на Демонов Колина Илиада на долю секунды вспыхнул ярче. Мужчина крепче перехватил рукоять меча и ровным, лишенным эмоций тоном спросил:
— Что ты здесь делаешь?
Желтоволосый мальчуган, назвавшийся Джеком, с мученической гримасой на лице ответил:
— Мы ищем святилище Господа.
— Святилище Господа? — требовательно уточнил Колин.
— Да, — маленький Джек скосил глаза в сторону черного креста и перевернутого распятия. — Они твердили мне, что если держать путь в точности туда, куда устремлен взор Господа, и неустанно идти вперед, то рано или поздно мы доберемся до Его святилища.
— Они? Выходит, ты путешествовал не один? — Глаза Колина неестественно, словно у какого-то диковинного чудовища, провернулись в глазницах, мгновенно фиксируя каждую деталь обстановки в зале. — И где же твои спутники?
Услышав этот вопрос, маленький Джек явно опешил.
Внезапно он судорожно схватился за горло, и на его исказившемся от дикого спазма лице проступила маска абсолютной потерянности:
— Мне так хочется есть…
— Так хочется есть…
Глава 458
Древний вампир
— Так хочется есть…
Вторя этим полубезумным, похожим на бред лунатика бормотаниям, маленький Джек вскинул голову и уставился на Джошуа, чьи руки скрывали кроваво-красные перчатки.
— Так хочется есть…
Его рот внезапно распахнулся, разорвавшись в жуткой ухмылке от уха до уха. Идеально ровный строй мертвенно-белых зубов обнажился, а изо рта непрерывным потоком хлынула вязкая, тягучая слюна.