Безликий (ЛП), стр. 406
— Видать, подвернулся другой заработок. Но куда именно они уехали, мне выяснить не удалось, — честно признался старик.
— А родственники? Неужто они тоже не в курсе?
— Кто-то уехал вместе со всеми домашними, у кого-то и вовсе никого не было — обычные бродяги, приехавшие в Баклунд из провинции ради куска хлеба. — Старый Колер явно подошел к делу со всей серьезностью.
«Если судить по выбору целей, дело пахнет нешуточным подвохом…» — Клейн мысленно сделал зарубку и принялся неспешно завтракать, попутно вслушиваясь в дальнейший рассказ о жизни Восточного района.
Условившись о новой встрече, сыщик отложил приборы, промокнул губы салфеткой, подхватил котелок и поднялся:
— Веди на улицу Золотого Плаща.
…………
Внутри единственной дешевой гостиницы на улице Золотого Плаща.
Хозяин ночлежки, прикарманив два пенни, неспешно повел Клейна и Старого Колера по коридору к комнате, где останавливался тот самый таинственный постоялец.
— За последнее время сюда заглядывало немало охотников за головами. Хе-хе, я на них прилично нажился, так что внутри всё оставил как было, — хозяин ночлежки отпер дверь ключом и указал рукой внутрь.
Клейн бегло огляделся и приметил поваленный стул да разбросанные повсюду лоскуты ткани. Если не считать этого, никаких иных следов борьбы в комнате не было.
Положившись на свою незаурядную интуицию, Клейн скосил глаза под кровать.
Вглядывавшись пару секунд, он приблизился, наклонился и слегка похлопал ладонью по матрасу.
Пых! В воздух взметнулось облачко пыли, и из-под кровати пулей выскочила темно-серая крыса.
С виду она казалась совершенно обычной, ничем не примечательной, однако сквозь духовное зрение Клейн отчетливо узрел, что цвета ее ауры сплошь налились гнилостным черно-зеленым оттенком.
Юркнув в сторону, крыса вскарабкалась по стене, подставив взору сыщика свое брюшко.
В этой нежной области плоть позеленела и сочилась гноем, сквозь нее можно было воочию разглядеть разлагающиеся внутренности.
Клейн задумчиво отвел взгляд. Повернувшись к Старому Колеру, который даже не обратил внимания на крысу, он поинтересовался:
— Награду за Азика Эггерса так и не отозвали?
— Нет, — уверенно покачал головой старик.
Клейн еще раз бегло всё осмотрел и зашагал к выходу:
— Идем, здесь нет ничего стоящего.
…………
Улица Минск, дом 15.
Проведя весь день в «кипучих» разъездах, Клейн пораньше юркнул под теплое одеяло и погрузился в мир грез.
Сквозь череду сменяющих друг друга обрывочных и бессвязных видений Клейн внезапно ощутил кристальную ясность рассудка, безошибочно подсказавшую ему: он спит.
«Кто-то вторгся в мое сновидение…» — сохраняя сонную заторможенность и сомнамбулический вид, Клейн принялся незаметно озираться по сторонам.
Он обнаружил себя в пригороде, посреди бескрайних возделанных полей.
Вдалеке несла свои воды река, огибавшая высящийся впереди утес.
Склон этого утеса стоял обнаженным, сверкая чистейшим белым известняком, что придавало всему пейзажу какую-то неземную, святую красоту.
У самого речного изгиба около десятка мужчин и женщин, облаченных в черные пальто и темные куртки и вооруженных разнообразными оккультными приспособлениями, столпились подле скрытого под землей лаза. Среди них Клейн безошибочно выхватил взглядом своего старого знакомого — Иконсера Бернарда.
«Уайтклифф… излучина реки Стеффорд… „Сердце Механизмов“… Неужто они уже приступили к раскопкам усыпальницы семейства Амон? Но с какой стати эта картина явилась мне во сне?» — Клейн впал в полнейшее замешательство.
И в этот самый миг он приметил, как по речной глади побежали водяные разводы, стремительно выстраивая строчку из белоснежных букв:
«Ваш верный и покорный слуга Арродес спешит доложить о ходе раскопок».
…Клейн опешил, приоткрыв рот и напрочь лишившись дара речи, пока в его голове настойчиво громыхал единственный вопрос:
«И с чего это ты, приличное зеркало, решило заделаться двурушником?»
Глава 446
Боевой стиль «Сердца Механизмов»
В одно мгновение Клейн переключился в состояние «Шута» — величественное, загадочное, взирающее на всё сущее свысока, и снисходительно кивнул:
— Неплохо.
Речные воды перед ним мгновенно забурлили, а белоснежные слова зашевелились, меняя очертания и складываясь в новые строки:
«Ниже следует процесс исследования, запечатленный вашим верным и покорным слугой Арродесом. О великий владыка, вы можете в любой момент ускорить ход времени или пропустить некоторые сцены».
Едва эти слова застыли на две секунды, как изображение стремительно приблизилось, и Клейн мгновенно очутился подле Иконсера Бернарда, оставаясь при этом совершенно невидимым для окружающих.
Оглядевшись по сторонам, он почувствовал, что его окружают живые люди и реальные очертания предметов. Не было ни малейшего намека на фальшь — эффект присутствия казался поистине поразительным.
«Ускорить или пропустить отдельные сцены… Да это зеркало по имени Арродес на самом деле портативный домашний кинотеатр с виртуальной реальностью…» — Клейн не смог удержаться от мысленной шпильки.
Вновь окинув взглядом оперативников «Сердца Механизмов», он заметил, что возглавляет их пожилой джентльмен в белоснежной рясе и мягкой шляпе священнослужителя. Его лицо дышало старческой кротостью и добротой, а выражение оставалось спокойным и безмятежным.
— Ваше Высокопреосвященство, все люди готовы к вылазке, — Иконсер приблизился к старцу и вежливо поклонился.
«Архиепископ… Стало быть, это и есть глава Баклундской епархии Церкви Бога Пара и Машин, грозный полубог Хорамик Хайден? „Сердце Механизмов“ и впрямь проявило чрезвычайную осторожность, не став недооценивать противника…»
«Не исключено, что при них имеется и запечатанный артефакт первого класса опасности, да и ритуал гадания они наверняка провели заранее. Как-никак, под их крылом собрано немало Потусторонних из Пути „Тайноведа“. К счастью, я могу быть почти уверен: способность серого тумана глушить прорицания действует по принципу „Карт Богохульства“ — она лишь искажает итог, заставляя его выглядеть максимально естественно, буднично и не вызывая подозрений. Иначе всё могло бы обернуться провалом…»
«Впрочем, сцена моей встречи с мисс Шарон вполне может всплыть, ведь лично для меня в этом нет никакой угрозы. Остается лишь уповать на то, что врожденная способность „Мстительного духа“ искажать прорицания как-то повлияет на попытки „Сердца Механизмов“. Хотя… „Сердце Механизмов“ наверняка полагается именно на Арродеса. И судя по тому, как подобострастно это зеркало лебезит предо мной, оно вполне способно виртуозно наложить пиксельную мозаику ради того, чтобы выказать свое почтение…» — с внезапным озарением прикинул Клейн.
В этот момент Хорамик Хайден очертил на груди Треугольную Священную Эмблему:
— Начинаем операцию. Да защитит нас Господь.
Около десятка Потусторонних один за другим двинулись вниз по лестнице. Клейн последовал за ними, даже не помышляя об ускорении времени.
Он давно испытывал жгучее любопытство к стилю боя Потусторонних низших и средних Последовательностей из Церкви Пара, и намеревался воспользоваться этой редкой возможностью, чтобы всё разузнать.
К тому же вопрос о том, как сражаются истинные полубоги и какие смертоносные тайны скрывает усыпальница семейства Амон, тоже занимал его мысли.
Лестница, высеченная из черного мрамора, с честью выдержала испытание временем длиною в пару тысяч лет. Камень остался прочным, лишенным малейших следов эрозии. Проследовав по нему до самого подземелья, оперативники «Сердца Механизмов» увидели монументальные асимметричные колонны и грубые рубленые орнаменты, столь характерные для зодчества Четвертой Эпохи.
Очерчивая широкую дорогу по обеим сторонам, эти колонны упирались в массивные, тяжелые двустворчатые врата из темно-серого камня.
Тяжелые каменные створки были приоткрыты, оставляя зазор, сквозь который могли беспрепятственно протиснуться сразу два человека, а за ним зияла непроглядная, пугающая бездна.