Безликий (ЛП), стр. 338
Он подозревал, что Уилл Осептин — еще один Ртутный Змей!
Будучи первой Последовательностью, Ртутный Змей не уникален — в мире могут одновременно существовать до трех таких сущностей!
Властвующий над судьбой Ртутный Змей, разумеется, мог играючи, с помощью одного лишь бумажного журавлика, определить координаты астрального тела Аарона в духовном мире, ниспослать ему ложное откровение и без малейших сомнений в одно мгновение изменить чью-то участь.
Уилл Осептин по какой-то причине ослаб и теперь страдал от угрозы со стороны второго Ртутного Змея. Всё, что он делал, затевалось ради одной цели — спастись от своего преследователя.
Что же до причины их раздора, то ответ был предельно прост:
Пока престол нулевой Последовательности пустует, в мире могут одновременно существовать трое мастеров первого ранга. Но стоит появиться Последовательности 0, как все Последовательности 1 исчезнут!
И подлинный смысл этого правила безупречно раскрывал рецепт зелья «Темного Императора».
Одним из стержневых ингредиентов той формулы значились:
Потусторонние характеристики двух «Принцев Разрушения Порядка»!
А «Принц Разрушения Порядка» — это как раз первая Последовательность Пути «Темного Императора».
Чтобы мастеру первого ранга возвыситься до Последовательности 0, ему необходимо прибрать к рукам все Потусторонние характеристики двух других Последовательностей 1 того же самого Пути.
Сделав подобные выводы, Клейн еще сильнее укрепился в решении обходить дела Уилла Осептина десятой дорогой.
«Если мои догадки верны, то это самая настоящая „битва богов“, в которую мне лучше не соваться…» — Клейн позволил своей духовности устремиться вниз, и его силуэт бесследно растаял в древних чертогах над серой мглой.
…………
В Районе Императрицы, в ничем не примечательном по здешним меркам особняке, подпольная сходка Потусторонних, организованная мистером А, проходила строго по расписанию.
Сменив гардероб для конспирации, Форс и Сио сопровождали виконта Глейнта, чье лицо скрывала железная маска глубокого черного цвета. Переступив порог просторного зала, троица выбрала случайные места и примостилась на стульях.
Еще до официального начала собрания виконт Глейнт поспешил набросать свои нужды на листке бумаги и передал его слуге, мысленно моля Богиню, чтобы кто-нибудь откликнулся на его запрос.
Форс сохраняла привычный вид изящной лености, но на этот раз, страхуясь, накинула глубокий капюшон, надежно укрыв лицо в густой тени.
Ее мысли по-прежнему вертелись вокруг недавних событий с мистером Лоуренсом.
Она прекрасно понимала, что представлял собой тот переливающийся кристалл размером с глазное яблоко: это было унаследованное Потустороннее свойство покойного, однако определить ранг Последовательности ей пока было не под силу.
Бегло полистав блокнот, Форс обнаружила, что большая часть листов оставалась девственно чистой. На исписанных же страницах громоздилась целая вязь причудливых, загадочных и зловещих символов вкупе с магическими знаками, разобраться в которых у нее банально не хватало оккультных знаний.
«Что именно он из себя представляет — не столь важно. Куда важнее то, что я обязана сдержать слово…» — мысленно напомнила себе Форс.
В этот момент восседавший в одиночном кресле мистер А, чей глубокий капюшон скрывал лицо, заговорил хриплым, безжизненным голосом:
— У меня есть для вас поручение.
— Помогите мне разыскать тех, кто поклоняется так называемому «Шуту».
— А? — Форс мгновенно вынырнула из собственных размышлений.
Глава 405
«Секта»
— «Шут»? — Потусторонние, пришедшие на собрание мистера А, либо мысленно смаковали это слово, либо перешептывались друг с другом, обсуждая, не доводилось ли им прежде встречать людей с похожими верованиями.
— И когда только успела появиться подобная секта? — озадаченно пробормотал кто-то вполголоса.
В этот момент мистер А приказал стоявшему рядом слуге поднять черную доску, на которой лоэнским письмом было выведено несколько строк:
'Шут, не принадлежащий этой эпохе;
Таинственный Владыка над серым туманом;
Король Желтого и Черного, в чьих руках удача'.
Пока присутствующие внимательно вчитывались в надпись на доске, мистер А заговорил своим сиплым, режущим слух и вызывающим неприятное чувство голосом:
— Ни в коем случае не вздумайте зачитывать эти строки на гермесе, а уж на языке гигантов, эльфов, драконов или древнем гермесе — и подавно. Более того, ими строго-настрого запрещено даже записывать эти титулы, иначе с огромной долей вероятности стрясется нечто поистине чудовищное.
— Помогите мне разыскать тех, кто поклоняется «Шуту». Разумеется, они также могут называть себя последователями «Таинственного Владыки над серым туманом» или «Короля Желтого и Черного, в чьих руках удача». Стоит вам раздобыть хотя бы малейшую зацепку — немедленно сообщите мне, и я одарю вас вознаграждением, которое превзойдет любые ваши самые смелые ожидания!
— Подобное описание… Звучит так, будто речь идет о невероятно могущественном существе! Похожие формулировки я встречал разве что в священных писаниях семи ортодоксальных богов! — восхищенно выдохнул один из присутствующих.
Его сосед, однако, покачал головой:
— У большинства сект объекты слепого поклонения описываются похожим образом.
— Так это действительно какая-то тайная секта? — услышав их спор, изумленно вырвалось у другого гостя.
— Скорее всего. Обычно существа из мира духов, которых мы призываем, тоже имеют трехсложные почетные имена, но в одном из них неизменно фигурирует «благословение такого-то» или нечто вроде «принадлежащий исключительно тому-то». Здесь же мы видим совершенно иную формулу! — привел веские оккультные доводы один из знатоков мистики.
Пока остальные с жаром обменивались мнениями, Форс сидела ни жива ни мертва, окончательно лишившись дара речи.
Да ведь это же почетное имя господина «Шута»! И пусть оно записано на лоэнском, я не сомневаюсь в этом ни на единый миг! С какой стати мистер А вздумал разыскивать верующих господина «Шута»? Неужели за этим стоит воля Ордена Авроры? В голове Форс воцарился полнейший, невообразимый хаос.
Она прекрасно знала, что мистер А состоит в Ордене Авроры — всё из-за недавнего убийства интисского посла Бейкерана, ответственность за которое во всеуслышание взяла на себя эта «террористическая организация».
Немного оправившись от потрясения, Форс инстинктивно замерла, до смерти боясь, как бы кто-то не заподозрил, что она уже является членом Клуба Таро и, в каком-то смысле, благословенной господина «Шута».
«Я всего лишь прочла почетное имя господина Шута на древнем гермесе с того листка бумаги, после чего меня сразу затянуло в чертоги над серой мглой… Об этом никто на свете не знает, так что никакие расследования мне не страшны… Вот только у того листка с именем господина Шута был вполне конкретный источник. Он ведь лежал в книге, которую мы одолжили из библиотеки виконта Глейнта…» — лихорадочно просчитывала варианты писательница.
«Шут, не принадлежащий этой эпохе… Разве не эти же самые слова красовались на том злополучном листке? Из-за них мне потом даже кошмар с каким-то злым духом привиделся!» — в то же самое время Сио тоже вспомнила о том леденящем душу случае, однако богатый опыт охотницы за головами помог ей виртуозно скрыть малейшие признаки волнения.
Сразу после этого ее мысли устремились назад, восстанавливая всю цепочку событий и пытаясь докопаться до происхождения того листка:
«Бумага была спрятана под переплетом „Истории аристократии Королевства Лоэн“… А „Историю аристократии Королевства Лоэн“ я лично одолжила в кабинете виконта Глейнта…»
В этот миг в головах Форс и Сио одновременно вспыхло имя одного-единственного человека:
«Виконт Глейнт!»
Тем временем сам виконт Глейнт, завороженно уставившись на доску, с нескрываемым любопытством пробормотал себе под нос: