Безликий (ЛП), стр. 333
— Господин Вождь, вы как-то говорили мне, что если жители Города Серебра погибают вдали отсюда, в самых непроглядных глубинах бездны, они не перерождаются в злых духов мгновенно — для этого требуется несколько дней. А значит, у уцелевших членов исследовательской группы было достаточно времени, чтобы уйти на безопасное расстояние.
Колин едва заметно кивнул, подтверждая её слова.
Ловия на мгновение прикрыла глаза, и на её губах промелькнула грустная, полная щемящей тоски улыбка:
— Два месяца назад, во время очередного похода во мрак, один из моих бойцов погиб прямо у меня на глазах.
— Я притворилась, будто отстала от отряда, и оставалась подле него целых пять дней, но он так и не переродился в злого духа.
Охотник на Демонов Колин безмолвно взирал на неё, не проронив ни единого слова, пока тяжелая створка с глухим лязгом не захлопнулась, и на ней тут же проступил невидимый узор запечатывающего заклятия.
…………
В таинственных чертогах над серой мглой, под величественными сводами древнего храма.
Клейн немного выждал и, убедившись, что багровая звезда, символизирующая малыша «Солнце», больше не пульсирует и не источает аномалий, наконец-то с облегчением выдохнул.
«Похоже, всё прошло без сучка без задоринки…» — Клейн слегка помассировал виски, плотно укутался собственной духовностью и стремительно низвергся обратно в материальный мир.
Едва вернувшись в собственное тело, он тут же в полной мере ощутил всю прелесть промозглой зимней стужи.
Оглушительно чихнув, парень поспешно рассеял невидимую стену духовности и пулей юркнул обратно под одеяло.
Увы, за время его отсутствия постель успела окончательно остыть.
«Хвала небесам, во время вояжа над серым туманом моя физическая оболочка всё же находится под негласной защитой этого пространства, иначе завтра я точно проснулся бы с жесточайшей простудой…» — плотнее кутаясь в одеяло, со вздохом подумал Клейн.
Нынешнее незавидное положение невольно воскресило в памяти одну забавную шутку из его прошлой земной жизни:
Спасение от холода — дело рук самих замерзающих, а согреваться приходится исключительно методом мелкой дрожи…
Пока постель мало-помалу нагревалась от тепла его тела, Клейну оставалось лишь лениво перебирать в уме самые разнообразные планы и размышлять о насущных проблемах.
«Хм, а ведь на обозримое будущее у меня не предвидится никаких срочных или смертельно опасных дел. „Заповеди Фокусника“ полностью выкристаллизованы, и даже если я перестану бросать вызов невозможному, ограничившись лишь заурядными „представлениями“, эликсир без проблем переварится сам собой аккурат к Новому году. Всё, что мне остается — неспешно собирать ингредиенты для зелья „Безликого“ да копить звонкую монету. Но с этим спешить бессмысленно…» — напряженно звеневшая в его голове струна мало-помалу ослабла, уступив место блаженному желанию устроить себе заслуженный двух-трехдневный отдых.
Постель наконец согрелась, и Клейн сам не заметил, как погрузился в безмятежный сон. А когда он распахнул глаза, до его слуха донеслись мерные, неторопливые удары церковного колокола, возвещающие о восьми часах утра.
Высунув руку из-под одеяла и мгновенно ощутив пронизывающий холод в комнате, парень поспешно убрал её обратно в тепло.
«Похоже, на улице снова похолодало… Спешить мне сегодня решительно некуда, так почему бы не поваляться в постели подольше?» — с этой умиротворяющей мыслью Клейн с чистой совестью вновь закрыл глаза.
Увы, сладкая нега продлилась недолго: желудок предательски заурчал, а в мочевом пузыре образовалась тяжесть, требующая немедленного облегчения.
— И почему жизнь всегда заставляет нас совершать столь мучительный выбор?.. — недовольно проворчал под нос Клейн.
Просражавшись со своими физиологическими позывами добрых десять минут, он всё же позорно капитулировал. Резким движением откинув одеяло, юноша пулей выскочил из спальни и устремился в умывальную комнату.
Приведя себя в порядок и переодевшись в свежий костюм, Клейн спустился на первый этаж и принялся хлопотать на кухне, вознамерившись состряпать себе на завтрак фейнапотскую лапшу.
На этот раз он решил обойтись без покупного мясного соуса, решив пустить в дело обжаренный мясной фарш с приправами, который собственноручно приготовил пару дней назад. Он скрупулезно подбирал специи, пытаясь воссоздать тот самый вкус из своих воспоминаний о Земле. И пусть из-за разницы в продуктах двух миров добиться идеального сходства было невозможно, Клейн, сняв пробу, остался весьма доволен результатом.
Вскоре он уже уплетал за обе щеки дымящуюся фейнапотскую лапшу, щедро сдобренную ароматным соусом и мясным фаршем, и искренне верил, что утро субботы началось просто превосходно.
Свято чтя традиции Королевства Лоэн, он неспешно поглощал завтрак, одновременно пролистывая свежую прессу. Первым делом парень убедился, что почтенный старец Око Мудрости пока не давал в газету никаких объявлений о новой сходке.
Памятуя о вчерашнем решении устроить себе небольшой отдых, Клейн принялся прикидывать культурную программу на сегодня: сходить на концерт классической музыки, послушать оперу или побаловать себя хорошей театральной постановкой?
Цены в Западном районе, Хиллстоне и Джовуде кусались: билет в тамошние престижные залы стоил не меньше шести сулей, а если выступал именитый маэстро, счет шел на фунты. В обычных же заведениях для среднего класса билет обходился от шести до девяти пенни, а в трущобах Восточного района для тех бедняков, у кого водилась лишняя копейка, удовольствие стоило всего один пенни… Клейн вдумчиво перелистывал страницы с анонсами, подбирая культурную программу на сегодняшний день.
В этот самый миг тишину гостиной разорвал заливистый перезвон дверного колокольчика:
Дили-дон, дили-дон.
Глава 402
Раскопки
Кто там? — Клейн резко вскинул голову и посмотрел на дверь.
Ему казалось, что теперь он страдает от странного недуга — панической боязни дверного звонка. Это было точь-в-точь как во времена его жизни на Земле, когда каждый входящий звонок на мобильный телефон вызывал у него инстинктивную тревогу.
Отложив в сторону свежую прессу, Клейн бросил мимолетный взгляд на пустую тарелку, где не осталось даже капли соуса, поднялся из-за стола и направился в прихожую.
Еще даже не коснувшись дверной ручки, он уже благодаря обостренной интуиции догадался, что за порогом стоит доктор Аарон.
«Вам что, в больницу идти не нужно?» — тихонько проворчал себе под нос Клейн и распахнул створку.
— Доброе утро, Аарон. Как видите, сегодня у нас серый туман, — натянув на лицо вежливую улыбку, поприветствовал он гостя.
На обычно холодном и отстраненном лице хирурга сейчас читались нетипичное беспокойство и даже легкий испуг.
Поправив очки в золотой оправе и даже не потрудившись ответить на приветствие, Аарон без лишних предисловий выпалил:
— Шерлок, мне снова приснился сон! Я опять видел Уилла Осептина!
Что? — Клейн от неожиданности едва не застыл на месте.
«Как такое возможно? Настоящий бумажный журавлик надежно спрятан у меня в чертогах над серой mглой, а моя корявая поделка сейчас пылится в сейфе у Ночных Ястребов. Как вы умудряетесь видеть эти кошмары, если у вас в кармане лежит лишь грубая фальшивка от казенных инквизиторов? Это напрочь антинаучно… нет, это совершенно антимистично!..» — Клейн мгновенно посерьезнел и требовательно спросил:
— Тот же кошмар, что и прежде?
— Нет, на этот раз всё было не так жутко, — Аарон немного успокоился. — Мне привиделось Гриннское кладбище. Вы ведь знаете, где оно находится?
— Знаю, — лаконично подтвердил Клейн.
Именно там, у ворот Гриннского погоста, ему в свое время довелось изловить банду подростков, затеявших спиритический танец, и познакомиться с незадачливым любителем оккультизма Копсти, у которого он и конфисковал второй медный свисток для призыва посланника.