Безликий (ЛП), стр. 310

— Дейси, — выдержав долгую паузу, наконец позвал он. — Это твоя тетрадка.

Глаза Дейси мгновенно вспыхнули радостным светом. Однако бросить работу она не смела, и лишь суетливо закончив гладить очередную вещь, подбежала к дверям, без умолку повторяя: «Спасибо, спасибо вам огромное…»

Дождавшись, пока Лив и Фрейя тоже оторвутся от стирки и подойдут выразить свою безмерную признательность, Клейн слово в слово повторил им ту же самую просьбу, что и старику Колеру.

Получив от женщин твердое, искреннее согласие, он выудил из кармана заранее заготовленную горсть мелочи ровно на два фунта и протянул их Лив:

— Завтра к вам наведается журналист, чтобы взять у Дейси интервью. Это его щедрый аванс. Вот только заклинаю вас: не вздумайте благодарить его или упоминать эти деньги при личной встрече. Иначе возникнет уйма щекотливых, неудобных моментов. Хех, не исключено, что завтра он отстегнет еще немного, но уж точно не такую солидную сумму.

— Что вы, нет! Я всей душой желаю рассказать о зверствах этого мерзавца, и мне не нужны за это деньги! — Дейси принялась отчаянно мотать головой.

Клейн лишь мягко усмехнулся:

— Таковы правила, дитя. А правила нарушать нельзя, уяснила?

Переведя взгляд на Лив, он добавил:

— Берите.

— Твои помыслы абсолютно верны. Лишь тогда, когда Дейси и Фрейя выучат новые слова и наберутся знаний, у вас появится реальный шанс вырваться из этой беспросветной нищеты.

Он порывался дать им множество советов — например, предложить Лив перебраться вместе с дочерьми на окраину Восточного района, ведь клиенты, способные оплатить услуги прачки, в этих трущобах всё равно не селились. Однако в конечном итоге Клейн промолчал, так ничего и не озвучив.

Юноша искренне желал оказать этой несчастной семье куда более весомую поддержку, но вовремя подавил этот порыв, удержав себя от безрассудного благодетельства.

В конце концов, таких, как семейство Лив, в Восточном районе было отнюдь не пара тысяч. Их здесь насчитывались десятки, сотни тысяч, а то и миллионы. И ни один человек в одиночку, будь он хоть самым влиятельным банкиром в королевстве, не смог бы переломить этот ужасающий хребет нищеты — его усилия растворились бы без следа, словно капля в океане. А ведь Восточный район — лишь малая часть Баклунда, над которым высилось всё Королевство Лоэн.

— … Спасибо. И передайте мою искреннюю благодарность тому господину репортеру, — выдержав долгую паузу, тихо произнесла Лив и наконец приняла деньги.

Клейн не стал задерживаться ни секундой дольше. Он поспешил уйти, торопливо шагая прочь, словно в этой убогой каморке таился жуткий монстр, готовый сожрать его душу без остатка.

Выбравшись на улицу вместе со старым Колером, сыщик бросил короткий взгляд через плечо, шумно, с облегчением выдохнул и едва слышно прошептал:

— Никогда не было никаких спасителей…

Глава 388

Исследование сна

— Что? — не расслышав, переспросил старый Колер.

Клейн устремил взор на испещренную выбоинами мостовую и самокритично усмехнулся:

— Да так, пустяки.

— Надеюсь, Лив и ее девочки смогут вырваться из этой беспросветной нищеты, и жизнь у них пойдет на лад.

Эти слова действительно сорвались с его губ под влиянием нахлынувших чувств. Будучи преемником новой эпохи Великой Империи Гурманов, он на чистых инстинктах сразу же подумал о революции, сплочении народных масс и свержении старого строя. Однако если отбросить эмоции и трезво проанализировать суровые реалии, Клейн понимал, что одни лишь бедняки спасти себя не в силах. В этом мире безраздельно правила мистическая сила — порой столь коварная и извращенная, что никаким пушкам и ружьям было с ней не совладать, взять хотя бы того же «Мстительного духа» пятой Последовательности из цепочки «Мутанта».

Это была лишь одна сторона медали. С другой же стороны, закон сохранения Потусторонних характеристик и жесткие ограничения на добычу ингредиентов делали невозможным массовое распространение сверхъестественной мощи. Численное превосходство простых смертных попросту не могло перерасти в эффективную боевую силу. Но даже сумей они как-то популяризировать зелья, без решения извечной проблемы потери контроля подобная авантюра неизбежно обернулась бы грандиозной катастрофой.

Будь наш мир лишен могущественных мастеров высших Последовательностей, всё это еще можно было бы как-то уладить. Вот только в суровой реальности существовали не только полубоги-полулюди, но и целая куча запечатанных артефактов, способных стереть тебя в порошок так, что ты и пикнуть не успеешь. К тому же, над всеми ними, сокрытые в недосягаемой выси, незыблемо возвышались истинные, живые божества.

До тех пор, пока беднота ограничивается забастовками и мирными демонстрациями, власть предержащие смотрят на это сквозь пальцы. Но стоит рабочим взяться за оружие и сколотить собственную армию, как на них немедленно обрушится сокрушительный, неодолимый ответный удар. Против мятежников вполне могут пустить в ход разрушительные стихийные бедствия или массовое ментальное внушение.

Единственными же, кто мог бы хоть как-то противостоять официальным карательным отрядам Потусторонних, оставались тайные ложи, которые в подавляющем большинстве своем были насквозь пропитаны ересью и злом. Слияние с ними — верный путь в бездну, где мучительная смерть покажется еще самым милосердным исходом. А значит, единственный жизнеспособный сценарий для победы революции — заручиться негласной поддержкой одной или сразу нескольких ортодоксальных Церквей.

Но на какие уступки пойдут магнаты и аристократы, если ограничиваться лишь мирными стачками? Куда проще банально подкупить зачинщиков… Впрочем, недавнее пришествие «Истинного Творца», едва не состоявшееся в Баклунде благодаря отчаянному положению нищих, похоже, изрядно встряхнуло и Церковь Богини, и знающую знать. Об этом свидетельствовали и расследование, порученное репортеру Майку, и те сведения, коими делилась мисс «Справедливость»… Клейн лениво перебирал в уме безрадостные картины Восточного района, доков и Фабричного квартала.

Под конец он не удержался от горького смешка, мысленно резюмируя:

'Какая ирония: как ни крути, а именно пугающая угроза пришествия злого бога — самый действенный способ вырвать у властей хоть какие-то реформы ради улучшения жизни бедноты.

'Но ведь именно злые божества жаждут пожрать их плоть и поглотить души, неся с собой всеобщую гибель, от которой никому не суждено спастись.

«И воистину, это просто великолепный фарс».

…………

Район Императрицы. Роскошная вилла графа Холла.

Поскольку у мисс Ислант позже намечались другие неотложные дела, Одри была вынуждена провести второй на этой неделе урок психологии чуть раньше обычного.

Золотистая ретриверша Сьюзи изнывала от жгучего нетерпения куда сильнее хозяйки: собака пулей влетела в кабинет, напрочь позабыв о своем любимом резиновом мячике.

На протяжении всего занятия Одри виртуозно разыгрывала сгорающую от любопытства ученицу, то и дело закидывая наставницу вопросами о тех оккультных аспектах психоанализа, о которых та вскользь обмолвилась на прошлом уроке.

Ближе к концу лекции Ислант наконец-то тщательно взвесила слова и заговорила:

— Мисс Одри, у нас есть эдакий академический кружок, где мы проводим дискуссии на стыке психологии и оккультизма. Многие его члены весьма глубоко погружены в эти дебри. Не желаете ли вы присоединиться к нам?

— С превеликим удовольствием! — без секунды колебаний кивнула Одри, безупречно следуя своей роли очаровательной, наивной и увлеченной мистикой юной леди.

На лице Ислант заиграла мягкая улыбка:

— Только уговор: всё должно остаться в строжайшей тайне. Вы же знаете, как предвзято ваши родители относятся к оккультизму. На следующем уроке я возьму вас с собой.

— Договорились! — преисполненная легкого, восторженного трепета, кивнула Одри.

Проводив обладательницу ниспадающей до самой поясницы иссиня-черной гривы до дверей и заперев за ней створку, девушка приблизилась к зеркалу подле книжного шкафа. На пару мгновений она застыла в своей излюбленной, утонченной и безмятежной позе.