Безликий (ЛП), стр. 171
Епископ Утравски извлек из другого кармана древний, отливающий благородной латунью ключ и с улыбкой произнес:
— Эту вещицу величают «Универсальным ключом». Он играючи вскрывает любые затворы, лишенные мистической защиты, и даже пасует далеко не перед каждой сверхъестественной печатью. А там, где нет ни замочных скважин, ни самих дверей, он способен пробить тоннель сквозь саму ткань реальности. Хех, разумеется, при условии, что преграда не защищена паранормальной мощью и не отличается чрезмерной толщиной.
— Вся его духовность надежно заперта внутри. В состоянии покоя даже маститый Потусторонний вряд ли отличит его от куска обычного металла.
Святой отец вновь выпрямился во весь свой исполинский рост, вынудив Клейна высоко задирать голову.
Епископ-«гигант» тяжелой поступью подошел к одной из глухих стен храма и прижал древний латунный ключ прямо к каменной кладке.
Легкий поворот кисти — и фигура священника словно погрузилась в водную гладь. По камню пошла призрачная рябь, и гигант попросту просочился сквозь стену, оказавшись снаружи.
Не прошло и мгновения, как Утравски тем же самым манером шагнул обратно в зал, вновь представ перед изумленным взором сыщика.
— Ну как, определился с выбором? — устремив взгляд вниз, спросил возвышающийся над ним гигант.
— Хм, а в чем кроется подвох «Универсального ключа»? — осторожно забрасывая удочку, поинтересовался Клейн.
Епископ лишь мягко рассмеялся:
— Тот, кто носит его при себе, имеет свойство порой плутать.
— Если верить байкам прошлых владельцев, географический кретинизм накатывает абсолютно стихийно.
«Плутать? Да я же, черт возьми, „Провидец“ с духовной интуицией…» — пробурчал себе под нос юноша, окончательно склоняясь к одному из вариантов.
Выждав пару секунд, он объявил:
— Я беру «Универсальный ключ».
Рисковать собственным рассудком и копить багаж для потери контроля в его планы совершенно не входило.
«Какая досада, что больше всего на свете мне хотелось прибрать к рукам тот самый жуткий огарок свечи… Всё-таки самые темные закоулки чужого разума и дно сновидений — это практически мое родное поле брани…» — с горьким вздохом констатировал парень про себя.
— Договорились, — кивнул епископ Утравски, протягивая сыщику древний латунный артефакт и забирая обратно причудливую свечу, обернутую в подобие человеческой кожи.
Пока Клейн скрупулезно изучал обновку, гигант указал куда-то вглубь храма:
— Формула «Аптекаря» спрятана в моих покоях. Обожди здесь, я мигом.
Юноша согласно кивнул. Едва массивная спина епископа скрылась за дверями, он проворно выудил медный пенни и наскоро раскинул гадание, проверяя, не утаил ли святой отец чего скверного об «Универсальном ключе».
Получив вполне обнадеживающий ответ, парень подошел к стене, вдоль которой выстроилась вереница свечей, и приставил древний латунный артефакт прямо к каменной кладке.
Щедрый влив духовности, легкий поворот ключа — и мир перед глазами Клейна внезапно поплыл, чтобы в следующую долю секунды обрести кристальную резкость.
Больше не было ни мерцающих огней алтаря, ни строгих рядов деревянных скамей, ни глухих стен. Взору предстала лишь чахлая, пожухлая трава да усеянная случайным мусором грязь, а чуть поодаль сиротливо возвышался газовый фонарь.
— И впрямь оказался на улице, — удовлетворенно кивнул сыщик. Круто развернувшись, он вновь пустил в ход «Универсальный ключ» и благополучно шагнул обратно под своды храма.
Прождав еще с десяток секунд, он услышал тяжелую поступь Утравски. Исполин вернулся, сжимая в руке свернутый в трубку желтовато-бурый пергамент.
— Можешь отдать его на проверку экспертам. Если всплывут нестыковки — я всегда здесь, в Церкви Урожая, — с этими словами епископ-«гигант» вручил рецепт «Аптекаря» Клейну.
«Стержневые ингредиенты: рог взрослого рогатого пегаса, три грамма ядовитых кристаллов венценосной медузы…» Бегло пробежавшись взглядом по строчкам, юноша с легкой улыбкой отозвался:
— Непременно удостоверюсь в его подлинности.
«К примеру, раскину карты над серой мглой…» — мысленно добавил он.
Епископ Утравски едва заметно кивнул и, не проронив больше ни звука, развернулся, неспешно направляясь прямиком к Священной Эмблеме Жизни Матери-Земли.
Широко раскинув руки, он затянул низким, рокочущим басом:
— Благодарю Тебя, о Источник Жизни!
— Хвала Тебе, о Матерь всего сущего!
……
Пряча «Универсальный ключ» и формулу «Аптекаря» по карманам, Клейн дождался, пока Утравски закончит свою молитву, и с легкой усмешкой бросил:
— Неужто и мой визит сюда был подстроен по воле Матери-Земли?
«А иначе с какой стати вы возносите Ей такие благодарности?» — мысленно, с долей иронии поцокал языком фальшивый прихожанин Богини Вечной Ночи.
— Воистину так. Всё это — ниспосланный Матерью замысел. Иначе слухи о моих поисках ни за что не достигли бы твоих ушей, я бы никогда не ступил на земли Баклунда и не разжился бы той самой «Свечой душевного кошмара», — мягко, без малейшей тени недовольства отозвался епископ Утравски.
Безупречная, непробиваемая логика истинного фанатика, вот только… Клейн внезапно осознал, что дискутировать с подобными людьми попросту бессмысленно. Приложив руку к груди, он учтиво поклонился:
— Премного благодарен за вашу щедрость. Мне пора откланяться.
Выпрямившись, сыщик стремительно попятился назад, в мгновение ока растворившись сначала в сумраке церковного зала, а затем и на улице Роз.
Спустя добрых десять минут он вновь вынырнул к фасаду, упершись взглядом в до боли знакомые золотистые стены Церкви Урожая — только уже с совершенно другой стороны. Уголок его губ предательски дернулся.
«Неужто без гадания я теперь вообще домой не доберусь?» — беззвучно пробурчал юноша, всем своим упрямством желая доказать, что способен побороть этот топографический кретинизм своими силами.
Однако руки оказались куда расторопнее голоса гордости: они уже успели отломить ветку от ближайшего придорожного дерева, соорудив из нее импровизированную лозу.
«Метод лозоходства» ведь годится не только для поиска людей или утерянных вещиц, но и для нахождения верного пути!
На этот раз Клейн наконец-то без приключений добрался до дома, после чего немедленно воспарил в чертоги над серой мглой, дабы железобетонно удостовериться в подлинности рецепта и оценить масштаб скрытых изъянов «Универсального ключа».
…………
На следующее утро, аккурат на рассвете воскресенья.
Проснувшийся и посвежевший Клейн с аппетитом расправился с завтраком. Достав бумагу и перо, он настрочил весточку Айзенгеру Стентону с просьбой дернуть связи в полиции и пробить свежие данные по тем самым подозреваемым из дела о серийном маньяке четырехлетней давности — того самого, чьими мишенями становились падшие женщины-одиночки с одним ребенком.
Аккуратно свернув письмо и запечатав его в конверт, юноша наклеил черную почтовую марку достоинством в один пенни. Накинув верхнюю одежду, водрузив на голову шляпу и перехватив трость, он шагнул за порог, намереваясь сбросить корреспонденцию в почтовый ящик на углу улицы.
В этот самый миг его взгляд зацепился за соседку, миссис Старлин Саммер, которая в компании своего супруга, мистера Люка, как раз выходила из дома при полном параде, щеголяя откровенно роскошными нарядами.
У их парадного крыльца уже дожидался наемный экипаж.
— Доброе утро. Спешите на светский прием в столь ранний час? — с легким, искренним недоумением поинтересовался Клейн.
Люк добродушно хохотнул:
— Не столько пировать, сколько подсобить с организацией.
Миссис Старлин, слегка вздернув точеный подбородок, поспешила внести ясность:
— Наша Мэри с триумфом вошла в состав Комиссии по расследованию загрязнения атмосферы Королевства. В честь этого события сегодня вечером закатывают грандиозный бал, вот мы и едем пораньше, чтобы помочь с хлопотами.
«Значит, мадам Мэри всё-таки добилась своего? А у нее воистину бульдожья хватка…» — мысленно восхитившись, Клейн расплылся в вежливой улыбке: