Дракон, которого я разлюбила (СИ), стр. 21

Я киваю и остаюсь одна.

Медленно иду вдоль сверкающих окон, стараясь держаться уверенно.

Роскошное пальто кузины Эдмара и аккуратная шляпка делают меня своей в этом мире роскоши.

Улыбчивый продавец из салона аксессуаров почтительно распахивает передо мной дверь, предлагая взглянуть на новую коллекцию перчаток из тончайшей замши. Я вежливо отказываюсь и прохожу мимо.

Взгляд цепляется за ценник на крошечном флаконе духов, и внутри все болезненно сжимается.

Моего жалованья дознавателя-стажера едва хватит на то, чтобы купить здесь кружевной воротничок. Или просто подышать одним воздухом с этими беззаботными людьми.

Я выгляжу как богатая наследница, но под дорогим сукном скрывается девчонка из Долины Туманов, у которой в кармане звенят лишь медные монеты.

Могу ли я осуждать Лиз, которая решила остаться в этой сверкающей сказке любой ценой?

— Валери!

Голос Эдмара раздается совсем рядом. Он возвращается абсолютно бесшумно, как и положено хищнику, и встает за моим плечом.

— Нашел что-то интересное? — спрашиваю я, поворачивая голову.

— Скорее кого-то, — он кивает в сторону широкой мраморной лестницы, ведущей на нижний ярус пассажа. — Посмотри туда, рядом с витриной с ювелирными украшениями. Узнаешь? Это Селен. Один из наших бывших однокурсников.

Я хмурюсь, выуживая из памяти нужный образ.

Напыщенный, самодовольный дракон из старинной семьи, который всегда смотрел на нас, студентов из низов, как на досадную пыль под ногами.

Кажется, он входил в ту самую боевую группу, перед которой Эдмар хвастался моей артефакторной связкой.

Я оборачиваюсь и смотрю в указанном направлении.

Селен сильно изменился за пять лет. Теперь это импозантный, лощеный мужчина в дорогом сером сюртуке, опирающийся на трость с тяжелым серебряным набалдашником. Он стоит у витрины, снисходительно улыбаясь.

А затем он поворачивает голову, и я вижу ту, с кем он разговаривает.

Девушка рядом с ним одета в нелепо яркое, слишком легкое для зимы платье, явно купленное на скорую руку. Она восторженно прижимает руки к груди, глядя на сверкающие за стеклом колье, и громко, заливисто смеется.

Пол уходит у меня из-под ног.

Это Лиззи.

Я делаю шаг вперед, ослепленная гневом.

Мне хочется подойти, схватить Лиз за плечо и вытрясти из нее всю эту столичную дурь прямо здесь, на глазах у напыщенного Селена и любопытной публики.

Эдмар перехватывает меня поперек талии и резко, но абсолютно бесшумно втягивает в нишу между колоннами.

— Решила пойти устроить Селену допрос?! — удивляется он.

— Пусти, — шиплю я, пытаясь вырваться. — С ним моя сестра! Я должна увести ее немедленно!

— И что ты сделаешь? Устроишь истерику посреди пассажа? — голос Эдмара звучит у самого моего уха, пробуждая совсем неуместные мурашки. — Посмотри на нее, Валери. Что ты видишь?

Я выглядываю из-за мраморной колонны.

Моя глупая сестра смотрит на Селена снизу вверх, и в ее глазах читается абсолютно слепое, щенячье обожание. Он что-то говорит ей, снисходительно поглаживая по руке, а та буквально светится от счастья.

— Она влюблена, — безжалостно констатирует Эдмар. — Ну, или ослеплена его деньгами и вниманием, что, в принципе, одно и то же.

Я судорожно вздыхаю. Как бы мне ни хотелось думать иначе, но Эдмар прав.

— Если ты сейчас выскочишь и потащишь ее за собой, она взбунтуется, — продолжает он. — А потом Селен увезет ее туда, где мы их уже не найдем.

Злость душит меня, но логика Эдмара безупречна.

— Нам нужно проследить за ними и узнать, где он ее прячет, — я соглашаюсь, но не бездействовать тоже не могу. — Возможно, я смогу поговорить с ней позже, без свидетелей.

Мы ждем в своем укрытии, пока Селен расплатится за какую-то безделушку в ювелирном, и медленно идем следом.

Немного побродив по торговым рядам, парочка покидает пассаж и садятся в свободный экипаж. Я с некоторым мрачным удовлетворением отмечаю, что богатый покровитель был не таким уж и щедрым. Он показывал моей наивной сестре все это великолепие, но не стремился тратиться на нее.

— Дружище, следуй вот за тем экипажем, — говорит он водителю, когда мы находим свободный транспорт.

Несколько тяжелых монет делают водителя сговорчивым и немногословным. Мы мчим следом, но сердце мое так колотится, что, кажется, что мы еле плетемся и вот-вот потеряем Лис и Селена из виду.

Слежка уводит нас вглубь престижных кварталов, туда, где за высокими коваными заборами скрываются элитные доходные дома. Улица Роз. Тиана из общежития была абсолютно права.

Экипаж Селена замедляется.

— Заверни за угол и подожди немного, — Эдмар указывает водителю на поперечный проезд и отдает еще монету.

Мы с Эдмаром выпрыгиваем из своего экипажа практически на ходу и бросаемся назад к перекрестку, чтобы успеть разглядеть, куда войдет парочка.

Внезапно Селен замирает у парадной двери и медленно оборачивается, словно почувствовав чужой взгляд.

Эдмар реагирует молниеносно. Он дергает меня за руку, втягивая в узкую щель между двумя кирпичными зданиями. Места здесь катастрофически мало. Моя спина впечатывается в холодную стену, а Эдмар оказывается вплотную ко мне, прижимая своим телом, чтобы полностью скрыть нас в темноте.

Мы замираем. Я невольно задерживаю дыхание. Расстояния между нами катастрофически мало.

Я чувствую твердость его груди и чувствую кожей ровный, сильный стук его сердца. Аромат его терпкого парфюма окутывает меня, будто парализуя. Бедро дракона плотно прижимается к моему, а лицо находится так близко, что я чувствую на своей щеке его дыхание.

Пять лет назад я могла безошибочно даже в темноте найти его губы. И сейчас, в темной подворотне, предательская физиология берет верх над рассудком, заставляя кровь пульсировать быстрее.

Я поднимаю глаза. Эдмар смотрит на меня. В полумраке его зрачки расширены, дыхание на секунду сбивается.

Напряжение между нами становится почти осязаемым, тяжелым, вязким. Мы уже давно не начальник и подчиненная. Прямо сейчас мы снова мужчина и женщина, между которыми слишком много невысказанного.

Где-то на улице раздается стук закрывающейся дверцы экипажа. Наваждение спадает.

Эдмар чуть отстраняется и осторожно выглядывает из-за угла.

— Он оставил ее и уезжает, — произносит он, и его голос звучит заметно глуше, чем обычно. — Запомни этот дом, Валери. Третий этаж, крайнее окно справа. Там только что зажегся свет.

Я делаю глубокий вдох, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце, и выхожу из нашего укрытия на свежий воздух.

— Я иду к ней, — решительно говорю я. — Второго шанса может не быть.

— А я за ним, — Эдмар поправляет воротник плаща, возвращая себе привычную собранность дознавателя. — Возможно, Селен и есть наш подозреваемый.

Я киваю. Мы впервые за долгое время разделяемся, и от этого становится немного не по себе.

— Будь осторожна, Валери, — бросает он напоследок, задерживая на мне долгий, внимательный взгляд.

— Ты тоже, Эдмар, — отзываюсь я.

Он быстро садится в наш экипаж и следует за Селеном.

А я поворачиваюсь к парадной двери доходного дома. Хватит ли мне аргументов для разговора с сестрой?

Я решительно толкаю тяжелую дубовую дверь доходного дома.

Швейцар в тяжелой ливрее делает шаг наперерез, собираясь преградить мне путь. Я даже не сбавляю шага. Вскидываю подбородок, поправляю на плече дорогую сумочку кузины Эдмара и смотрю ледяным, надменным взглядом.

Швейцар тут же тушуется и почтительно отступает в сторону, принимая меня за важную гостью одного из жильцов.

Я поднимаюсь на третий этаж. Сердце колотится где-то в горле, будто я не к сестре иду, а на экзамен.

Дверей на этаже всего две, так что я без труда определяю нужную и требовательно стучу.

За дверью слышатся торопливые шаги. Щелкает замок, и на пороге появляется Лиззи.

На ее лице за долю секунды сменяется целая гамма чувств. Сначала испуг, потом огромное удивление, следом мелькает глухая вина, и наконец губы растягиваются в неуверенной, но все же радостной улыбке.