Чужая невеста для босса (СИ), стр. 35

— Я буду плохой женой, — тихо заверяю я Марка. — Я твою жизнь превращу в ад.

— А я тебя перевоспитаю.

Щелкает кнопкой, и вибратор в его руке едва заметно жужжит. Я нервно сглатываю и вздрагиваю, когда Марк подносит игрушку к моей груди. Соски твердеют под вибрацией, что мягкими волнами расходится по телу.

— Марк, я прошу… Успокойся…

— Я спокоен, — ведет вибратор к другому соску, с улыбкой вглядываясь в лицо.

Спускается к животу, рисует треугольник вокруг пупка и меня охватывает мелкая дрожь. Я такие игры не люблю, потому что совершенно не владею ситуацией.

— Я буду кричать.

Кажется, я уже однажды кидалпсь подобной угрозой и никого она не испугала.

— Я только за, — неторопливо ведет вибратор к лобку. — Я соскучился по твоим крикам. Не сдерживайся.

Я закусываю губы, когда теплый и бархатный силикон касается промежности. Лоно изнутри полнится мягкой вибрацией, и Марк поднимается чуть выше, ближе к клитору. Вздрагиваю, и по ногам прокатывается легкая волна.

— Марк…

Щелкает на кнопку и вибрация становится интенсивнее и глубже. Новая волна, и я судорожно выдыхаю. Зажмуриваюсь. Мягко давит на клитор и под мой стон убирает игрушку. Жужжит в нескольких сантиметрах от напряженной горошины. Я возмущенно распахиваю веки. Марк сладко улыбается и игриво проводит вибратором по опухшим складкам, рисуя круги вокруг ноющего и затвердевшего клитора.

— Марк…

— Да, дорогая?

Отвечаю ему стоном. Вибрация проходит по моему женскому средоточию и опять жестоко отступает.

— Ты хотела что-то сказать, Ди.

Он не дает мне слова вымолвить. Играет, подводит к всплеску спазмов и бесчеловечно обрывает ласки, чтобы опять толкнуть к громким стонам и лишить разрядки. Я выгибаюсь в спине, поджимаю пальцы на ногах, дергаю веревки, но Марк продолжает меня пытать и не позволяет прийти к финалу.

— Марк…

Я почти рыдаю и захлебываюсь в стонах.

— Я тебя слушаю.

— Прошу… Марк…

Меня трясет, ноги сводит и на груди выступает мелкая испарина. Нет ни злости, ни возмущения, только черное желание нырнуть в бурлящий и освобождающий экстаз.

— Я дам тебе кончить, — проводит вибратором по внутренней стороне бедра, — но при одном условии. Я могу часами с тобой тут играть.

Я не выдержу. Либо умру, либо у меня мозги поджарятся. Желание обратилось в боль и лихорадку.

— Ты должна мне кое-что сказать, — вибратор поднимается к пульсирующему лону. — Признаться, — бежит по ноющим половым губам и перескакивает на лобок, — в любви. Четко и громко. Я жду, Ди.

Изверг, садист и чудовище. Ни стыда, ни совести. Мои губы искусаны, по щекам, стянутым остатками семени, текут слезы, а мои стоны обратились в сиплое поскуливание. Глаза застилает пелена, мышцы свело и тянет, и меня колотит в жаркой и сильной дрожи.

— Ди…

Вибрация бежит по кругу, но не достигает раскаленной точки между влажных и горячих складок. Я тону в черном омуте безумия и вожделения.

— Я…

— Да? — вибрация чуть ближе к клитору.

— Тебя…

Еще ближе, и в истерике и острых спазмах, что рвут мои внутренности, кричу:

— Люблю!

Повторяю и повторяю это слово в приступе ослепляющих и оглушающих судорог, что охватили все мое тело и плавят мышцы. Кровь кипит, кожа расползается, кости идут трещинами. Меня лихорадит, и лишь через несколько минут я затихаю, слабо вздрагивая на матрасе. Белый потолок идет волнами перед глазами. Вибрация смолкает, и я плыву в густой тишине кусочком желе. Без мыслей и эмоций.

Марк наклоняется ко мне, всматривается в лицо и ласково смахивает со лба спутанные локоны. Развязывает руки, ноги и молча покидает комнату. Закрываю глаза. На кровать прыгает Витязь и забирается мне на живот, на котором сворачивается в урчащий клубок, а у меня нет сил его даже погладить.

— Так, дружочек, — Марк возвращается и сгоняет Витязя на пол, — ты нам мешаешь.

Приподнимает мою голову и подносит к губам стакан с холодной водой. Делаю несколько глотков, пара капель стекает по подбородку и шее. Отворачиваюсь. Все. Я лишена желания спорить и ругаться с Марком. Его воспитательный процесс дал плоды уже после первого сеанса.

— Так, — Марк отставляет стакан на тумбочку. — Я не приемлю измены. Нам стоило это обсудить до заключения брака, но…

— Да я к мужикам теперь на пушечный выстрел… — я медленно моргаю и всхлипываю, — ни за что… вы же… а да к черту… я хочу в женский монастырь.

— Я против, а слово мужа — закон.

— У тебя ведь отец такой же, — я накрываю лицо рукой, — как твоя мама не сошла с ума?

— Мама любит папу, как и ты меня, — Марк пропускает сквозь пальцы мой левый сосок.

— Он ее заставил, — издаю нервный смешок. — Вынудил.

— Вот, — Марк ложится рядом, — у тебя будет у кого спросить совета в семейной жизни. Ты маме очень понравилась, а отец уже ждет внуков.

Глава 42.

После внуков подозрительно замолкает и медленно поглаживает мое бедро. Я поворачиваю лицо к Марку, и он многозначительно мне улыбается. Он меня пугает, потому что походит на безумца, который дорвался до любимой игрушки.

— Каких внуков? — сипло спрашиваю я.

Я реально потеряна во времени и пространстве и слова не несут для меня никакого смысла. Мне бы полежать в тишине. Мне стоило вернуться домой и там забиться в темный угол и дождаться, когда Марк ко мне остынет.

— Правильный вопрос, — он улыбается еще шире, — скольких. Я единственный сын и от меня ждут как минимум трех.

Марк какой-то слишком болтливый сегодня. Почему бы ему не дать мне вздремнуть после его воспитательного процесса? Я ведь заслужила, разве нет? Как же там? Кнут и пряник?

— Кого трех? — мозги у меня, похоже, реально спеклись, потому что я потеряла нить беседы.

— Трех внуков.

Я недоуменно причмокиваю. Почему Марк так на меня смотрит? С ожиданием, предвкушением и восторгом. Садится и скидывает пиджак, расстегивает пуговицы на рубашке. Нехорошо. Вряд ли он собрался в душ.

— Желательно погодок, — скидывает рубашку на пол и снимает часы. — И мама бы была рада девочке. Уж очень она хотела в свое время девочку, а родился я.

Я отползаю к краю кровати, а Марк тем временем разоблачается из брюк. Стягивает носки, и я с коротким смешком скатываюсь на пол, потому что встать не в состоянии. Подумываю спрятаться в шкаф, так как до входной двери не добегу и не доползу.

— Ди, — Марк ласково смеется и обходит кровать. — Куда ты?

На что я рассчитывала, когда решила заглянуть в гости к Марку? На адекватный разговор двух взрослых людей, и моя наивность будет мне дорого стоить.

— Я хочу домой.

Если честно, я хочу в любое место, где нет Марка с его сюрпризами. Можно и на Северный Полюс, но меня и туда не пустят со старым паспортом.

— Твой дом там, где муж. И кот.

Витязь согласно мяукает из-под шторы у окна. Миленький, укуси Марка за пятку и отвлеки его от меня. Давай работать в команде.

— Мы, кстати, переезжаем, — он подхватывает меня на руки.

— Куда?

— В частный дом.

Валит на кровать, подминает под себя, голодно целуя в искусанные губы, требовательно разводит ноги коленом и, вглядываясь в глаза, входит. Мягко и глубоко. Даже я бы сказала нежно, без спешки и агрессивного напора. Вжимается в меня, влажно и неторопливо целует, и между ног разливается требовательный жар. Отвечаю на поцелуй Марка объятиями и стоном. Он еще не был со мной таким ласковым, и это возбуждает, но иначе.

Нет желания скорее рвануть к вершине. Хочется насладиться процессом и утонуть в поцелуях, объятиях нежных и умелых рук. Я уже забыла, что злилась на Марка и раскрываюсь его движениям с пылкостью и женской покорность. Я чувствую каждую скользящую фрикцию, вдыхаю выдохи и запрокидываю голову, упиваясь поцелуями в шею.

Его руки поглаживают бедра, подныривают под колена и рывком поднимают ноги. Возмущенно охаю. Я тут на волнах ласки и неги покачиваюсь! Марк уже стискивает лодыжки, распрямляет и широко разводит мои конечности. Затыкает рот своим и яростными толчками вколачивает меня в матрас.