Едукарь, стр. 35

— Что это? — поинтересовался Ракийн у гаррона.

— Это самое интересное, — просиял тот. — Давры назвали его Адам.

— Большой урк? — глаза Дуарка заблестели, потому что ему хотелось увидеть наконец что-то более значительное, чем эти коротышки.

— Правильно, — кивнул хозяин станции и поправил сбившийся пучок косиц. — Это останки прародителя нынешних урков.

— То есть? — Дуарк прищурился и изучающее посмотрел на экран.

Камера подлетела ближе и сняла полупрозрачную часть желтого контейнера. Из темноты на инспектора смотрел пустыми глазницами огромный череп с рядом кривых клыков.

— А?.. — хотел было спросить он.

Однако Ал-Каис телепатически воспринял вопрос и, усмехнувшись, ответил:

— Остальные урки — клоны Адама... строго говоря, расходный материал.

Я ВЕРНУСЬ

В этой части планеты довольно прохладно и почти нет атмосферы, по сути, ее и нет. Абсурдная ситуация. Район небольшой, но вещи там творятся бесконтрольные. И потом... сюда повадился враг.

Не первый кварт шла совершенно беспощадная и вместе с тем необъяснимая война. Началось все с того, что соседи по измерению вторглись за границу своего мира. Маленький, но губительный катаклизм. Идея познания сыграла злую шутку и с нами и с ними. Чего хотелось от первого проникновения за грань, никто, скорее всего, уже не помнил.

То, что я вам расскажу, раскрылось в памяти ярким образом, породившим сначала недоумение, а затем щемящую душу тоску. И я не могу сказать, что понял то, что со мною произошло, однако... надеюсь, что пойму и через это понимание обрету возможность возвращения.

Так вот. Мы шли низким ходом по отчужденной территории. Внизу только камни и пыль. В третьей четверти этого кварта неподалеку от первичной зоны мы поставили атмосферную цитадель, дабы хоть как-то следить за вспышками, проходящими в квантовый тоннель десантов наших незваных гостей. Большая часть десанта разрывалась на входе точечными торсионными полями, однако те, кто успевал вваливаться в наше пространство, вели себя весьма активно. Здесь и шли основные военные действия. Будь они неладны!

— Хосор! — пилот оглянулся и кивнул руководителю рейда. — Цитадель не отвечает на наши запросы... Да и мутно там как-то... много атмосферных шумов... Будто там есть чем дышать.

— Просканируйте всю площадь между холмами, — ответил Хосор. — Может, там поменялась структура полей?

Пилот помолчал, вглядываясь в показания датчиков, и с раздражением в голосе как бы вскользь заметил:

— Квантовый тоннель в опасной близости к месту посадочной полосы... Как бы нам самим не попасть под раздачу.

— Мы даже не будем пробовать... — начал было руководитель.

— Вот! — воскликнул мой приятель Прээ.

Он стряхнул на себе снаряжение и встал с места. Прээ, почти сорвав шлем с головы, прижался к обшивке.

— Наружный сигнал!

— Сипп, включи динамик... послушаем, — Хосор присел на корточки рядом с креслом пилота.

Акустика нехотя заработала, и палуба наполнилась мягким звенящим звуком.

— Похоже на музыку, — прочистив горло, резюмировал босс-рейдер.

— Только несколько тональных сигналов, — возразил я. — Скорее, звук чем-то искажен.

Пилот снова посмотрел на показания приборов и удивленно мотнул подбородком.

— Погляди!

Действительно, это было странным. На пятачке, где стояла основная башня, клубилась атмосферная водяная взвесь.

— И что? — Хосор сам пробежался по панели. — Там теплее, чем в округе?

Наш корабль завис в нескольких корриеррах от посадочного кармана цитадели. Экипаж в 25 единиц приготовился к высадке.

— Оккол! — Хосор вызвал пограничную станцию. — На Цитадели что-то случилось, рядом с базовой башней — атмосфера. Ответа на запрос посадки до сих пор не получили. Тоннель смещен в сторону базы. Стоим. Ждем!

— Это Оккол! Просканируйте термоактивность.

Хосор пару раз провел пальцами по бортовой панели, включая несколько термомониторов. Цитадель была полна. Яркие силуэты спецперсонала перемещались по экранам.

— Персонал на месте! — удивленно отрапортовал босс-рейдер.

— Что-то, значит, с вашим сигналом, — отозвался дежурный погранчасти.

— А зачем они транслируют наружный сигнал? — я чувствовал какое-то несоответствие в рапорте босса.

— Есть наружный сигнал, — поправился Хосор.

— Это музыка, — Оккол подергал себя за мочку уха. — Мне даже отсюда понятно.

— Ерунда... — запротестовал мой помощник. — Зачем она им?

— Рискните, — вздохнул дежурный. — Надо же узнать, в чем дело.

Я почувствовал, что мы заглотили свою лень, словно наживку. Эта работа навевала скуку на патрульных и дежурных по сектору. Последние ни разу сюда не наведывались и видели происходящее только на мониторах центрального пульта.

— Надеюсь, вы включили запись, — пробурчал Хосор. — Больно беспечно с нашей стороны в это влезать. Хотя... мы и при исполнении.

— Запись ведется автоматически, — было видно, как дежурный поднял обе руки и поправил визер на висках. — Давайте! Если что, армия всегда спасет...

— Тоннель исчез! — воскликнул пилот.

— Заходим на посадку, — босс встал и похлопал Сиппа по плечу. — И, действительно, что-то мы уж слишком боязливы! Ставим ядерную оболочку на выход и садимся.

Вспыхнул яркий свет, и посадочный блок разжал свои бортовые «челюсти». Нам в лица ударил коктейль из свежего воздуха и искаженного вибрацией звукового сигнала.

— Не толпимся на выходе! — громко сказал босс-рейдер.

В посадочном кармане было мирно, только странный тональный сигнал.

Прошли первый отсек. Никого. Группа рассеялась по базовому периметру.

— Хосор! — раздавались возгласы патрульных. — Здесь никого!

— Тьфу! — босс занервничал. — Где же они все?!

Вдруг все услышали визг пилота:

— Босс, их тьма! Они по правому борту! Подходят к базовой башне с другого края!

— Сиди! — рявкнул в ответ руководитель рейда.

Однако тут возник дикий беспорядок. Весь отряд рванул вниз, к энергетическим отсекам, а я — к базовому пульту управления, чтобы поднять энергетические щиты. Но когда я подключился к внешнему обзору, то увидел нечто невообразимое. Толпы «гостей» сыпались откуда-то из темноты на ближайший к башне холм, словно орехи с дерева.

Щит подымался, сжигая этот бесконечный поток. Проверив энергетическое напряжение в щитовой структуре, я побежал вниз, к отряду.

У входя в отсек я поскользнулся и рухнул на пол, почувствовав под собою что-то мягкое. Подняв голову, я онемел от горя. Все были мертвы. Все до одного.

Вспомнив о Сиппе, я вскочил и с разворота ударился о внезапно сошедший с места блок сенсорной двери...

Видимо, удар пришелся прямо в висок, потому что потерял сознание я надолго. Поднявшись, я увидел, что картина не изменилась, за исключением того, что рядом с моей ногой лежал пульт дистанционного измерителя. Он светился странным голубым светом. На таких пультах обычно была громкая связь с мобильной частью отряда, то есть с пилотами.

Я нажал несколько кнопок и крикнул:

— Сипп! Отзовись!

Вместо этого я увидел и почувствовал что-то из ряда вон выходящее. Мое тело куда-то исчезло. Испарилось все, что я только что считал своей реальностью. Я оказался в теле ребенка лет двух. Перед глазами проплыло круглое оконце... «Иллюминатор», — догадался я.

«Черт! Черт! Это же тонкая телепортация! — я был взбешен, мне хотелось разрыдаться. — Твою мать! Это ж как же так?!»

Я почувствовал, что сознание чрезвычайного помощника боссрейдера гаснет, уступая место чему-то бессвязному.

«Я должен... вернуться... мне... надо вернуться... Но как?.. Как, черт побери, я вернусь в свое тело?.. Черт! Черт! Этого не может быть... Господи, какая глупость!..»