Развод в 43. Не прощу и буду счастлива (СИ), стр. 40
— Пап.
— А?
— А ты для мамы кто?
Замираю на мгновение.
В точку.
Философствуешь, Володька, а сам…
Так стыдно перед сыном, перед собой… хуже, чем в грязи вымазался.
— Я для мамы предатель.
Сын вздрагивает.
— Я ошибся, сын. Очень и очень серьезно. Я отступил и не сделал в отношении твоей мамы того, о чем даю советы тебе.
— Почему пап?
Вздыхаю. В груди сжимается.
— Наверное, я зациклился на себе и оказался слишком слаб. Вот и оступился.
Молчим.
Опять запрокидываю голову и смотрю в небо.
— Оказался слаб, оступился и предал ее. Самого дорого мне человека. А так, сынок, мужчина поступать не может.
Горько признавать ошибки. Да еще и перед сыном.
Во рту вкус пепла, а внутренности будто перекручиваются.
— Теперь все потеряно?
Молчу.
На этот вопрос я не могу ему ответить.
— Пап, — зовет Максим. — Па-па.
Поворачиваюсь.
— Ты же не отступишься? Ты же не совершишь эту ошибку во второй раз.
— Нет, сын. Не отступлю.
Привлекаю его к себе и прижимаю к груди.
Целую в макушку и часто моргаю.
— Я верю в тебя, пап. Я на твоей стороне.
— Спасибо, сынок. Спасибо.
Украдкой промакиваю уголки глаз рукавом.
— Беги домой, а то замерзнешь.
Он кивает, поднимается.
— Спасибо, пап.
— Нет, сын, это тебе спасибо, — протягиваю ему руку, и он крепко пожимает ее.
Как настоящий мужчина.
Идет быстро к подъезду, а я спохватываюсь:
— Максим, подожди!
Подбегаю:
— Скажи-ка мне фамилию того, на майбахе…
Глава 56
Владимир
Звоню Сереге. Это мой знакомый в органах.
Ну, как знакомый — деловой партнер, если так можно выразиться.
На определенном этапе карьеры у любого серьезного управленца волей-неволей появляются такие знакомые.
Через Серегу можно было решить некоторые вопросы, скажем так, неформально, и сейчас его помощь мне была необходима.
— Сергей Саныч? Приветствую, Абрамов.
— Здорово-здорово, Володя.
— Серега, я знаю, ты человек занятой, поэтому не буду ходить вокруг да около — помощь твоя нужна.
— По-омощь? — тянет Сергей, и внутри все недобро сжимается.
Знает уже, что я не директор в ближайшем будущем, вот и сомневается — дружок-то он не мне был, а должности моей.
— Ну, выкладывай, что там у тебя.
Подавляю вздох облегчения.
Сергей Саныч не дурак — понимает, что директор вчера, легко станет директором завтра. Просто в другом месте. И дружить по полной можно будет снова.
Так зачем ломать выстроенную коммуникацию?
— Человечка одного пробить надо. Кто такой, чем живет…
— Глубоко копать? — хмыкает Серега.
— Да нет. Так, общую инфу дай мне, да и все.
— Ну давай, бомби, что там за человечек тебя так заинтересовал?
Не нравится мне цепкая ехидная интонация работника общественной безопасности — как бы он мою заинтересованность не использовал против меня, но обратиться мне больше не к кому.
— Волынский Антон Николаевич, бизнесмен какой-то, ездит на черном майбахе…
— Понял, — хмыкает Серега. — Как срочно надо?
— Вчера.
— Жди звонка, — говорит Серега и, не прощаясь кладет трубку.
Прислоняюсь к своей машине и запрокидываю голову.
Ледяной вечерний воздух обжигает кожу.
Засовываю руки в карманы.
И что дальше? Ну, узнаю я кто это. Ну, поговорю — отстанет от Веры.
Это важно. Бесспорно.
Но мы с ней как дальше? Мне уехать и все?
Смотрю на нашу панельку, на теплый желтый свет из окон и чувствую себя песчинкой.
Кленовым листом на дороге.
Мое место там, с ними. Рядом с женой и сыном.
Достаю телефон и набираю сообщение HR-партнеру:
«Добрый вечер. Вынужден отказаться от вашего предложения».
Не колеблясь, отправляю — без них никуда я не поеду. Не смогу.
Не смогу я без Веры жить.
Сажусь в машину.
И надо было честно ей во всем признаться, а не пытаться манипулировать отъездом.
Что за позиция тоже такая детская? Она что ли за мной должна бегать и упрашивать не уезжать?
Злюсь на себя. Противен я себе.
Завожу авто и выруливаю со двора.
Но как исправить то, что уже сделано? Подарками? Цветами? Словами?
Поступками? Да, но какими? Как я могу доказать ей, что безумно, все также сильно люблю ее, и в моей измене нет ее вины — только моя?
От напряженного обдумывания голова начинает раскалываться.
Скажи ей хотя бы правду, твою мать! Вспыхивает мысль в сознании, и тут же вибрирует телефон.
Протягиваю руку — Серега.
— Да, Сергей Саныч, слушаю.
— Пробил я твоего человечка…
— Что? Уже?
— Да человек он видный, так что не сложно было… — усмехается Сергей. — Так что за эту услугу обойдемся банькой с шашлыком-коньячком, да девочками.
— Без проблем. Скажешь, когда — организую досуг.
— Человечек твой — бизнесмен крутой. С такими я бы дружить хотел…
Пауза.
— А ты? — задает вопрос.
Не понимаю куда клонит.
— У меня к нему личное дело, и только. Никакого бизнеса.
— Ну да, ну да, — вздыхает Серега. — Понял-понял. Ну в общем кратенько инфу я тебе скину сообщением. А баньку ты на следующей недели в субботу организуй, лады?
— Заметано. Спасибо, Серега.
— Обращайся, — и опять не прощаясь кладет трубку.
Чуть погодя прилетает смс.
Притормаживаю на остановке. Начинает сыпать то ли дождь, то ли мелкая ледяная крупа уже…
Проглядываю информацию: учредитель того-то, владелец сего-то, связан с тем-то и тем-то…
Да, серьезный человек — знатная шишка.
Но это только придает мне решимости провести с ним беседу.
И тут меня пронзает мысль: а вдруг Вера предпочтет меня ему? Что если так?
Осознание это просто ошарашивает.
Словно дубиной по голове.
Сжимаю губы.
Я буду бороться. За Веру, за семью, но она… она имеет после всего выбор. И это справедливо.
Только, Володька, это не имеет большого значения, потому что ты в лепешку расшибешься, но как и много лет тому назад, сделаешь так, что она выберет тебя!
Читаю дальше и…
Да он женат!
Стискиваю корпус телефона до жалобного скрипа.
Этот козел подкатывает к моей жене, имея законную… какую там по счету? Третью супругу!
Бросаю телефон на панель.
Резко выруливаю и надавив на газ мчу к его дому.
Самое время поговорить с этим Антоном Николаевичем по-мужски.
Глава 57
Владимир
Адрес в центре города, но без навигатора я не доберусь. Достаю телефон, вижу, что он почти сел и шарю руками в поисках зарядки.
— Да твою мать! — рычу я.
Зарядка никак не находится.
Ладно, прорвемся и так — заряда хватит на путь туда, и это главное.
Забиваю адрес в навигатор и мчу по вечернему городу.
Улица, на которой живет Антон Николаевич считается одной из самых дорогих в нашем городе.
Въезд перекрыт шлагбаумом. Установлена будка охраны — так просто туда не попадешь.
По обе стороны виднеются роскошные дома местной элиты.
Торможу перед шлагбаумом и давлю на сигнал.
Стая воронья взметается в небо черно-серой тучей.
В окошке будки показывается мордатый секьюрити. Даже наружу ленится выйти.
Оглядывает мою машину, сверлит глазками меня, и с легким презрением холуя бросает:
— К кому?
— К Волынскому, — называю адрес.
Лениво опускает лицо, проверяет что-то у себя там в бумажках.
Нетерпеливо постукиваю пальцами по рулевому колесу.
Сердце бьется чуть быстрее, чем обычно, но, в целом, я спокоен и настроен решительно.
— У меня нет информации о вашем визите.
— Позвони и скажи, что приехал Абрамов, муж Абрамовой.
Охранник причмокивает, и выводит меня этим из себя:
— И давай в темпе — я спешу.
Привычный приказной тон благотворно действует на него. Он снимает трубку внутренней связи и захлопывает окошко.