Проклятый Врач. Том I (СИ), стр. 39

«Старик» молчал. Видимо, даже ему было не до шуток. Информационный вирус. ДНК-модификация. Энергетический конденсатор. Моё тело — та же батарейка. Интеграция — двадцать два процента. Что будет на пятидесяти? На семидесяти?

И ещё — кто-то опередил меня. Он забрал осколок из трупа без лица. Он знал, что делать. У него была система? Или он просто сборщик трупов, который знает, где лежат ценности?

Таймер в углу зрения издевательски мигнул:

«Срок: 38 часов 12 минут».

Через полтора дня я помру. Моё сердечко остановится — и всё. Пиши-пропало.

И что делать-то дальше? Ту девушку не вылечить. Точнее, я пока не знаю, что с ней можно сделать. Думаю об этом регулярно, но даже мозговой штурм не помогает.

— Заколебали, — честно сказал сам себе под нос. — Одни проблемы…

Я закрыл глаза, начал думать о Вике и её «чуме», как вибрация в кармане прервала размышления.

Я лениво достал телефон, предполагая, что это Дима будет орать, что я свалил раньше времени, или Лёха шлёт панические смайлики.

Экран телефона мигнул. Номер не определялся: сплошные нолики, а под ними короткий сухой текст.

«Ким, оставь девушку и её осколок в покое, иначе твое сердце остановится ещё раньше. Нам нужно встретиться. Сегодня, в 23:00, на крыше твоей клиники».

Я перечитал. Раз. Другой. Третий. Пальцы сами сжались, а пластик корпуса жалобно, но вполне отчётливо скрипнул. Твою же мать… Откуда? Кто вообще в курсе про Вику? Про эту несчастную девчонку, которую я, по сути, замуровал в искусственной коме в карантинном боксе?

Охотник? Тот самый, кто уже почистил труп без лица в канализации? Но каким макаром он пронюхал и про неё, и про моё чёртово сердце с его идиопатической хренью⁈ Это уже не интуиция, это какое-то тотальное наблюдение.

«Аше худо, сосуд?» — голос Старика в голове прозвучал на редкость тихо. Без привычных издёвок, даже с долей сочувствия, что ли.

— Отстань, — выдохнул я шёпотом, не отрывая расширенных зрачков от экрана.

Взгляд скользнул на часы. 22:15. Сорок пять минут до встречи. А до клиники, если без пробок, минут десять ходу.

— Эй, командир, — я подался вперёд, цепляясь за подголовник. — Жми на газ. Очень надо.

— Очередной торопыга, — хмыкнул таксист, даже не повернув головы. — Дождь на улице, пробки, куда я гнать-то буду?

— Пять тысяч сверху, если через семь минут высадишь меня на месте.

Волшебная сила денег, что говорить. Машина резко рванула с места, агрессивно врезаясь в поток, а меня впечатало в спинку сиденья.

Я закрыл глаза, откидываясь на подголовник. Перед внутренним взором всё ещё стояла жуткая картинка: труп с чёрными линиями и абсолютно пустой, выжженной грудной клеткой. Кто-то уже прошёл по этому пути до меня. Кто-то очень хорошо знал правила игры и умело собирал урожай. И теперь этот кто-то решил, что я путаюсь у него под ногами. Что ж… посмотрим, кто кого.

Глава 13

Консилиум на крыше

Мы приехали на парковку перед «Медисферой» ровно за шесть минут! Правда, при этом я вдоволь наслушался нецензурной брани от водителя. Не про мою честь, разумеется. А самый жёсткий отборный мат прозвучал в адрес припаркованного «лехуха», причём по диагонали.

— Твою мать да за ногу! — начал верещать таксист в опустившееся стекло. — Тебя какой леший водить учил, ты, размалёванная…

В общем, он от души прошёлся по девушке, которая просто выбрала не то время и не то место. Клиника-то уже была закрыта, да и парковка перед входом — практически пустая. Так что… водитель перегнул палку.

Девушка в «лехухе» реагировала абсолютно спокойно. Она даже не повернула головы — просто плавно, с ленивой грацией кошки опустила зеркальце, проверила помаду, а затем… выдала мастер-класс.

Её рука скользнула к клаксону. Гудок был такой мощности, что таксист аж подпрыгнул на сиденье, едва не проглотив очередного «лешего».

А потом она высунула в окно наманикюренный средний палец и томным голоском пропела:

— Не надо так со мной, красавчик. Я ведь могу и разволноваться!

И после этой странной фразы просто поехала, высовываясь из окна и показывая всё тот же жест.

Я, если честно, охренел. Наблюдая за этой сценой, не мог не восхищаться девушкой!

Ни единой эмоции на лице, пока какой-то потный мужик поливает тебя отборным матом. Умничка, честное слово!

«Вот бы мне так с системой», — подумал я мрачно.

Просто показать средний палец таймеру смерти и уехать без поворотника.

Таксист тем временем сидел с открытым ртом. Молча переваривал услышанное. Потом медленно обернулся ко мне и выдавил:

— Ну… хитрая, да?

— Ох, не то слово, — хмыкнул я, расплачиваясь.

И вывалился под дождь, оставив его наедине с разбитым эго и полезным жизненным уроком: никогда не матерись на женщину за рулём. Особенно если она на «Лексусе».

Я влетел в холл на одном дыхании. «Рулетка» не работала, так что пропуск прикладывать не пришлось. Охранник, деловитого вида старик, лишь коротко кивнул, узнав меня.

На ресепшене, как и ожидалось, никого не было, ну, из пациентов. Только Инна, которая вздрогнула, как только увидела меня.

— Александр Сергеевич! А я думала… — она осеклась, глядя на мою физиономию. Наверное, вид у меня был ещё тот: мятый, небритый, с безумными глазами. — Вы… в порядке?

— Капец как в порядке, — бодро соврал я. — Подскажи-ка мне, Инн, никакой пациент не приходил?

— В такое время? — она выпучила глаза. — Нет, ну вы что…

Хм, значит, гость попал в клинику каким-то другим путем. Я коротко кивнул ей и прошагал к лифту. И тут встала дилемма: лифт был на техническом обслуживании, а второй — на последнем этаже. Лифты в клинике ездили медленно, а у меня оставалось…

У меня тридцать восемь минут до встречи с неизвестным. И хрен его знает, кто он вообще такой. Псих? Или такой же, как и я, с таймером собственной смерти? Больше всего мне хотелось встречи. Поэтому, в стиле Лёхи, я рванул по лестнице. Мне было плевать на одышку.

На третьем этаже я чуть не вписался в Лизу. Она выходила из ординаторской с чашкой остывшего кофе и стопкой историй болезни. Увидев меня, она замерла. Буквально застыла с поднятой ногой, как цапля. Глаза округлились, а губы вытянулись в трубочку.

— Саша? — она окинула меня взглядом сверху вниз.

Ну, вид у меня и правда был так себе. Я проследил за её взглядом, опустил голову: мокрый костюм, грязные ботинки — как будто по грязи гулял. Лиза тем временем продолжила:

— Ты… где ты был? На тебе лица нет!

— В морге, — буркнул я, пытаясь обогнуть её. — Консилиум с покойниками проводил.

— Очень смешно, — Лиза сделала шаг в сторону и перехватила меня за локоть. — Ты же вроде домой ушёл? Я звонила, ты не брал трубку.

Ох, Лиза. И когда ты успокоишься? Но я кое-что заметил в её лице. Оно не выражало кокетливости, как это было всегда. Я бы назвал эмоции на её лице заботой и волнением. Не знаю, как их правильно описать, но, в общем, я это почувствовал. Она явно переживала.

Блин, а она сегодня на ночном дежурстве разве? Странно… ну ладно, мне не до этих пустяков!

— Лиз, отпусти, — я мягко высвободил руку.

— Да что с тобой происходит? Саша, ты меня пугаешь!

— Это взаимно, — я вымученно улыбнулся.

Она хотела что-то сказать, может, опять про заботу или про то, что я совсем свихнулся, но я уже взлетел на пролёт выше. Оставалось надеяться, что она не увяжется за мной. Мне для полного счастья только её истерик не хватало.

Дверь на технический этаж оказалась открыта. Примечательно, что замок на ней висел, но был срезан. Следы от болгарки свежие, стружка блестела в свете тусклой лампочки. Ну что ж, значит, меня ждут. Очень гостеприимно, ничего не скажешь.

Я протиснулся в щель, прошёл по узкому коридору между трубами вентиляции и открыл люк, ведущий на крышу.

Ветер ударил в лицо со всей дури. Я выбрался на рубероид, прищурился и огляделся.