Черные лабиринты. Книга 1, стр. 3

– Люблю тебя, – прошептал он, прижимая её к себе и жарко целуя.

Туён обвила его шею руками и позволила себя целовать, немного смущаясь его разгорающейся страсти.

– Туён, У-Джин! – раздались возгласы со стороны двери.

На пороге стояло трое бесцеремонно ввалившихся молодых людей: Лино, Ми-Су, Кан-Ми.

– Это правда? У тебя первое задание? – спросила Ми-Су. Туён кивнула.

– Отлично! – воскликнул Лино. – Тогда соберу наших! Сегодня ночью будем гудеть!

– Нет. У меня на ночь другие планы, – усмехнулся У-Джин. – Так что отставить, бойцы.

– Ничего не знаем, это первое задание, надо отметить, иначе удачи не видать! – поддержали Лино двое друзей.

Все уставились на Туён, ожидая её вердикта. Девушка примерно догадывалась, какие планы были у У-Джина, но и расстраивать друзей не хотела. Внутри боролись разные чувства, понять из всего этого клубка одолевавших её эмоций, что именно хотела она сама, – не могла. Не сейчас. Поэтому выбрала то, что было безопаснее для её душевного равновесия.

– Хорошо, – согласно кивнула Туён друзьям. – Встретимся ближе к вечеру. А теперь идите, мне пока нужно вещи собрать.

Шумная троица удалилась, оставляя Туён наедине с У-Джином.

– Детка… – он обнял её, заглянул в глаза. – Ты точно хочешь шумной компании?

– Нам не обязательно быть там всю ночь, – примирительно сказала девушка. При виде того, как снова загорелись надеждой его глаза, Туён улыбнулась. – Иди, тебе пора на службу. Вечером увидимся.

Глава 2

Империя Азуриан. Северная провинция Когурин. Черные лабиринты. 22 год Нового мира.

– Даин, дежуришь первый! – грозно рыкнул Мирэ, крепкий, рослый мужчина, возомнивший себя главарем их отряда, и уставился на него с вызовом, ожидая возражений.

Даин бросил на него безразличный взгляд, давая понять, что услышал, и продолжил лениво шевелить угли, больше не поворачиваясь в сторону своих спутников. Они о чем-то ещё негромко переговаривались, периодически глумливо посмеиваясь и посматривая в его сторону, а потом один за другим все ж улеглись спать.

Пару минут и лагерь окутала тишина. От этого казалось, что темнота стала ещё более плотной, практически ощутимой на физическом уровне, тревожной, скрывающей в своих недрах чудовищ. Собственно, так и было. Чудовища всё ещё где-то там, в глубине. Мужчина у костра зябко поежился и снова разворошил почти погасшие угли.

Кто-то из спящих всхрапнул. От неожиданности Даин вздрогнул, оборачиваясь. Полноватые губы презрительно скривились, а карие глаза одарили брезгливым взглядом спутников. Преступники: воры и убийцы, да просто недалекие, жадные до монет мужчины… Сколько их сменилось за то время, что он провел при крепости Андерин и в черных лабиринтах? А сколько ещё будет. Расходный материал. Кого не загрызет монстр в черных лабиринтах, того со временем отправят на испытания. Их конец уже предрешен. Так стоит ли их запоминать, общаться с ними, пытаться отстоять своё место во главе, доказывать что-то? Всё равно они сгинут, а он останется. Ему дадут новых спутников. И всё зайдет на очередной виток.

Рука потянулась к собственному затылку, собираясь взъерошить короткие колючки черных волос, но тут же опустилась вниз. Не было коротких колючек волос. Давно уже. Лет пять как. А привычка осталась. Теперь его черные, жесткие волосы, отросшие ниже плеч, были связаны внизу в хвост. Пару раз Даин, пребывая в большем раздражении, чем обычно, порывался снова вернуть прежний облик, но так и не решился. Не хотел возврата к прошлому, которое и без того мучило его, призывая забыть о гордости, умоляя бежать, искать встречу с ней… с той, которую так и не смог забыть спустя долгие пять лет.

Второе имя, Даин, под которым его теперь все знали, позаимствовал у своей приемной семьи, в которой вырос. Не совсем подходящее для империи Азуриан, но взять распространенное Ли, Чо, Хан, Пак, Ким… не хотел. Лучше так.

Горькая усмешка вырвалась наружу, громко прозвучав в тиши мрака. На родине он заметно отличался от остальных, был, так сказать, единичным представителем азуров во Вланвии и Азимаре, в связи с этим имел немало проблем в юности. Часто мечтал, что было бы… если б родился среди «своих», азуров… или если бы внешность была как у обычного азимарца… А попав к азурам, Даин понял, что хотел отличаться и от них. Он не чувствовал свою принадлежность к этому народу. Их нравы, устои, их внешность… всё не нравилось и вызывало внутренний протест. Женщины империи… Он не находил их красивыми, отдавая предпочтения всё ж привычным чертам жительниц королевства.

И тем не менее он остался именно в этой стране. Сам запер себя в крепости Андерин.

Язык империи учил долго и старательно, пытался подражать их манере речи, но избавиться от акцента не смог. До сих пор встречались слова, которых не знал. Его это огорчало. Да и крайне неудобно, если вдруг захочешь зайти за «своего».

Ветер гулял по черным ответвлениям подземных ходов, прорытых неизвестно кем, а может сотворенных бурлящей много сотен лет назад реке, и доносил едва слышный рокот, заставляя смотрящего у костра человека периодически касаться рукой висящих на поясе кинжалов. Когда звуки раздались совсем рядом, Даин затаил дыхание, до рези в глазах всматриваясь во мглу.

Спустя какое-то время звуки повторились. Даин вскочил на ноги, быстро растолкал своих спутников. Мужчины поняли без слов, схватились за оружие и приняли боевые стойки.

– Ты говорил, что здесь безопасно, что сюда они не суются, – зло прошептал Мирэ.

– Так и было, – спокойно ответил Даин, а спустя мгновение задумчиво добавил: – раньше.

Шли долгие минуты ожидания, но ничего не происходило. В какой-то момент Даин подумал, что те звуки ему показались, очевидно, спутники решили так же, потому что взгляды на него устремились весьма недовольные, не предвещающие ничего хорошего.

Звериное рычание раздалось сразу со всех сторон. Даин бывал в лабиринтах чаще, чем на поверхности в крепости Андерин, откуда и шло начало этих смертельных туннелей, поэтому грозные, леденящие душу звуки он воспринял только как сигнал начала боя. А вот его спутники, четверо крепких, коренастых азуров, заметно струхнули и стали пятиться назад.

Огромные, под два метра, твари стали быстро заполнять небольшую округлую площадку, на которой расположился лагерь людей. Отдаленное сходство с человеком делало их ещё более устрашающими. Мощный мускулистый торс; крепкие длинные руки с непропорционально большими пальцами, способными легко разорвать человека на части; не менее сильные ноги, что могли раздавить упавшую в бою жертву; звериная челюсть с клыками; черные глазницы, скрывающие где-то очень глубоко то, что можно было считать глазами; и большие остроконечные уши.

– Мы не можем вернуться ни с чем, – напомнил спутникам Даин, перестраиваясь за спины мужчин. Сражаться на передовой не входило в его планы, да и его оружие не подразумевало удержание долгой обороны, скорее оказывало необходимую поддержку.

Мирэ грязно выругался, крепче сжал булаву в руке и с громким воплем бросился наперерез приближающейся массе. Остальные последовали за ним, вклиниваясь в ряды монстров, неся за собой смерть. Даин цепко следил взглядом за противниками, добивая раненых и прикрывая тыл неумело, но отчаянно сражающихся за свою жизнь людей.

Твари постоянно перестраивались, словно собираясь взять людей в кольцо, но наносить смертельные раны не спешили, как будто убийство не самоцель. Это настолько отличалось от привычного поведения монстров, что Даин впервые за долгое время по-настоящему запаниковал.

Крикнуть «отступаем» он не успел. Всё произошло слишком быстро. Монстры отрезали двоих из людей от остальных, окружая. У одного из мужчин оружие просто выбили из рук, попутно ломая кисть, а у второго вырвали его меч и отбросили в сторону. Затем обоих людей схватили за ноги, опрокидывая на спину, и поволокли за собой. Остальные монстры стали отступать, громко, предупреждающе рыча, прикрывая отход тех сородичей, что утащили людей.