Роковой секрет кэльпи (СИ), стр. 66

Кэл недовольно уставился на Лейлара и, подумав, расхохотался. Его испытывающий взгляд с интересом скользнул по Лили, но она затравленно молчала и с самой настоящей мольбой продолжала смотреть ему в глаза. Заметив это, он резко оборвал смех и вдруг прикрыл веки, не проронив ни слова. Помедлив, Кэл сдержанно кивнул в пустоту и откинулся назад, без особой симпатии рассматривая местами затянутое неподвижными перистыми облаками небо.

— Воспоминания о событиях прошлого столетия всё ещё вызывают боль в моей груди, однако я заставлю себя начать рассказ. Мне пришлось судить кэльпи за самое зверское убийство, свидетелем которого я когда-либо становился… Тогда мой старший брат, Тэнсин, погиб: пусть светлая память о нём навеки останется в наших сердцах. Его правление длилось недолго. В то время, когда у Проклятого озера жили два водных духа, он сбежал на охоту в одиночку и сумел подчинить Лили, став её господином. Тэнсин никого не предупредил об опасной затее, а Чёрной смерти такое своеволие пришлось не по душе… Зверь, таившийся в нём, показал истинное лицо и утопил эльфийского правителя в озере. Лили, освободившись, бежала в лес, но её спасения, по мнению цареубийцы, было недостаточно. Кэльпи… вспорол живот королю, выпустив кишки, и развесил их на ближайших кустах. Теплившейся кровью вывел на песке единственное слово на эльфийском, гласившее: «Смерть». И когда мы обнаружили тело, он уже начинал обгладывать охладевшую плоть…

— Мы всегда питались мясом ради забавы, Лейлар, — рассмеявшись, вдруг перебил Кэл и с нарочитым вызовом обернулся к притихшей толпе. — Люди, эльфы… Что с того? Это было весело. Правда, Лили?

Она побледнела под сотнями осуждающих взглядов и медленно покачала головой, сложив руки на подоле алого, точно кровавые ягоды паслёна, платья.

Виолетта лишь сделала глубокий вдох, не отводя глаз от кэльпи, и едва слышно спросила: «Зачем ты их провоцируешь?..» Он вскинул брови, с неожиданным презрением прочитав выражение её лица, и ответил лёгким вызывающим оскалом: «А разве это не весело?» Даже Джей, вздрогнув, опустил голову, чуть поёжился и покосился на Ви, но Лейлар хладнокровно продолжил:

— За убийство Неприкосновенного — существа, подчинившего кэльпи, — ему грозила смертная казнь по древнему ритуалу. Я уже молчу о том, что Тэнсин был нашим правителем, и не беру во внимание сугубо личного гнева… Однако существование Чёрной смерти сохранил обряд обмена жизней.

— За него вступилась Лили, которой вы позволили явиться на Суд, — вдруг подал голос один из самых старых сгорбленных эльфов, стоявших на почётнейших нижних местах. Его и без того тонкая бледная кожа паутиной морщинок собралась в уголках глаз и рта, иссохла прямо на черепе, а крылья настолько загрубели от старости, что жёсткими неподвижными лопастями царапали землю и оставляли на ней глубокие борозды.

— Верно, Ледор… Она добровольно принесла себя в жертву ради него и отдала свою судьбу в мои руки. Наказание чёрного кэльпи было смягчено согласно стоимости полученной нами жизни, что оказалась высока. Таким образом, он остался лишь прикован к когда-то дарованному ему озеру. Я ограничил свободу его передвижения до берегов водоёма и запретил эльфам приближаться к нему или пытаться подчинить Чёрную смерть. Ради нашего же блага. Да и люди инстинктивно остерегались ходить в лес с давних времён, храня память о некоторых опасностях…

— Но почему мы не казнили белую кэльпи? — вдруг робко уточнила юная эльфийка с выразительными янтарными глазами, напоминавшими кошачьи; её лёгкие, но сильные крылышки быстро-быстро колыхались за спиной, выдавая жгучий интерес. Несмотря на мирный сбор, на поясе девушки висел лук, и кончики пальцев иногда ложились на его изящную древесную рукоятку, словно поглаживая любимого питомца.

— Это было бы бессмысленно, — нехотя пояснил правитель, чуть подперев голову ладонью, и пропустил прядь сиявших золотом волос сквозь пальцы. — Казнь — не всегда лучший выход, леди Фелис. Оставив её в Рэгнуме, мы, тем самым, заполучили покорного дикого зверя с интересным даром. Она послушна моей воле, не имея никакой свободы, и верна эльфам, сохранившим ей жизнь. Распорядившись судьбой кэльпи, мы решили, что смерть этого существа нам невыгодна. Так, Лили?

— Да, мой король. Я всегда буду помнить вашу доброту, — юная кэльпи почтительно склонила голову, пряча взгляд за густыми локонами, выбившимися из-за ушей, и украдкой вцепилась всё ещё дрожавшими пальчиками в собственные плечи.

— Тебе следует быть благодарной нам за всё, что имеешь, — добавил Лейлар, с горькой улыбкой выслушав её ответ. — Таким образом, Лили получила нового владельца, уже человека, и стала приносить пользу нашему народу, искупая тяжкий грех Чёрной смерти. Конечно, ничего дурного не произошло бы, не найди он себе хозяйку. Их договор разрушил мои ограничения — и вот к чему это привело… Надеюсь, теперь, Виолетта и Джейсон, вы понимаете, почему я даже не пытаюсь разыскать виновного? Он и так перед нами. Количество людей, убитых им, также исчисляется десятками… И сейчас мы решим, когда прольётся его кровь в отместку за тех, кто был частью моего народа, — мрачно закончил король.

Эльфы, внимавшие его решительным словам, возбуждённо загалдели: они определённо жаждали казни после всего произошедшего и услышанного. «Ну конечно… Примерно такою историю я и ожидала: слишком уж Лейлар нетерпим к Кэлу! Только вот Джей заметил правильно. Каким бы негодяем ни был кэльпи раньше — теперь он с огромной натяжкой, но всё-таки стал нашим другом. Хотя бы потому, что спас меня. Потому, что это Лили пыталась подставить нас обоих. И потому, что, в конце концов, Кэл явился в Рэгнум для мести Лейлару, но никак не Майклу!» — достаточно трезво подумалось Ви.

— Секундочку, пожалуйста, выслушайте меня! Понимаю, у вас есть веские причины для того, чтобы ненавидеть Кэла, но всё же! Я не верю, что он — убийца. Во всяком случае, не этой ночью. Если кэльпи правда навредил Майклу, зачем бы ему понадобилось маскировать его под Джея? В этом смысла просто ноль! По крайней мере, Лейлар, расскажите, почему вы решили осудить именно Кэла! Дело только в ненависти или нет? Дайте нам реальную причину его винить, и когда нам с Джейсоном окажется нечего возразить, мы перестанем мешать вам проводить казнь. В конце концов, если Кэл правда убийца, я буду презирать его вместе со всеми. Но если вы откажетесь разобрать это дело более подробно, люди никогда не признают Эльфийский Суд по-настоящему справедливым!..

От этой пламенной речи Виолетта, пытавшаяся перекричать взбудораженную толпу, окончательно сорвала себе голос. Пульсирующая боль в горле начинала проявляться при каждой попытке издать хотя бы один звук, и каждый раз её подпитывала новая волна судорожного кашля. Ви в который раз пришлось опереться о свою стойку, чтобы удержать равновесие, когда она услышала тихий шёпот Джея:

— Осторожнее… Ты как себя чувствуешь, котёнок? По-моему, тебе очень паршиво. Стоять хоть можешь?

— Со мной всё нормально, — выдавила она сквозь кашель, уже немного начавший утихать. А больше Ви ничего сказать и не успела, потому что шум мало-помалу смолк, выкрики сменились шепотками, и Лейлар, поразмыслив, всё-таки ответил на её просьбу:

— Не думаю, что объяснения что-либо изменят. Впрочем, раз вы так сражаетесь за кэльпи, будь по-вашему…

— Скажите, Виолетта, зачем вы вообще попытались дать этому жалкому существу человеческое имя? Кэл… Какая глупость, — вдруг послышался очередной бесцеремонный выкрик, и тихий хохот эльфов волной пронёсся по рядам, заглушая речь короля.

— Потому что он — моя собственность, — сипло прорычала Виолетта с неожиданной для неё самой яростью. Она не могла объяснить, почему, но, выбирая между двух зол, Кэлу ей определённо хотелось верить больше, чем таким искренним на первый взгляд слезам Лили. — Даже если это ничего не изменит, ответьте мне, Лейлар.

Краем глаза Ви заметила, что кэльпи всё это время неотрывно смотрел прямо на неё. Она готова была поклясться: после её слов, сорвавшихся сгоряча, на его губах заиграла самодовольная усмешка, так и говорившая: «Всё-таки моя ненависть к тебе была оправдана, девочка. Вполне оправдана».