Бродяга (СИ), стр. 61

Это не была засада. Стечение обстоятельств, перекрёсток, на котором жизни и судьбы разлетелись в разные стороны, как от взрыва снаряда. Один точный удар рока, сыгравшего против них. Два имперских крейсера — два патрульных подразделения. Кьяра с ужасом успела заметить, как имперские солдаты заволокли бесчувственные тела Тана и Ровера на один из кораблей. Даже будь она безумно отчаянной — она бы не справилась одна с двумя крейсерами. Как бывший офицер девушка это очень ясно понимала, что шанс спасти Ровера сейчас равен нулю. В смертельном оцепенении Кьяра наблюдала, как крейсер взмыл в небо. Сердце оглушало её своим биением, тело онемело, осознание масштаба её потери зарождало внутри безумный вопль.

Вторая команда что-то искала. Патрульные тщательно исследовали ущелье. И Кьяра встрепенулась — не хватает Яра! Это был момент окончательного выбора, когда безнадежная ситуация заставляет принять сторону, только чтобы перейти невозможно не испачкаться в крови. Бывший снайпер подняла оружие, переключив его на ликвидацию. Она была в более выгодном положении, благодаря своему укрытию сверху. Её меткие выстрелы застали солдат врасплох. Не думая о том, что это её соотечественники и может быть даже бывшие сокурсники по академии, с хладнокровным сердцем Кьяра убила их всех, всех шестерых. Перед глазами у неё стояла картина как тело Ровера волокут по земле.

Глава 29

Пилот второго крейсера не смог поднять корабль, потому что Кьяре удалось вовремя выстрелить и повредить турбину. И тогда пилот, который оказался женщиной открыла огонь. Их так обучали — сражаться до последнего, не сдаваясь в плен. Но горе и ярость сработали в пользу Кьяры — она стреляла лучше пилота. Оглушив её парализующим разрядом, Кьяра бросилась на поиски Яра.

— Ярос!!! — эхо разнесло её голос по всему ущелью, многократно ударяясь о голые камни. Какое-то внутреннее чувство подталкивало её бежать, подсказывало, что он всё ещё жив. Она заметила его в расщелине. Яр был серьёзно ранен и без сознания. Вся его одежда напиталась кровью, а в боку зияла ужасная дыра. Надавив на рану одной рукой, а второй хлопая скворанина по щекам, не позволяя своей истерике взять верх, Кьяра затараторила:

— Боже мой, я нашла тебя! Нашла! Яр, не смей умирать! Я запрещаю тебе, слышишь? Очнись, умоляю тебя, очнись!

Тихо застонав, скворанин приоткрыл глаза, потерявшие свою колоритность, теряющие жизнь:

— Кьяра … где …

— Молчи. Нужно попытаться встать и дойти до крейсера. Прошу тебя собери силы. Ты не представляешь, как безумно я мечтаю, чтобы ты выжил. Ты мне нужен Ярос Ким. Нужен, чтобы спасти Ровера. Поднимайся, я помогу, — еле устояв под грузом его повисшего на её плече тела, сцепив зубы, Кьяра потащила скворанина к крейсеру, зажимая его рану, продолжая болтать с ним, лишь бы он только не отключился. Когда они почти добрались до корабля, от большой кровопотери Яр снова был на грани потери сознания. Комплектацию таких крейсеров Кьяра знала исключительно хорошо, уложив раненого Яра на пол, она быстро вскрыла пакет первой помощи, засыпав рану кровоостанавливающим и обезболивающим порошком, специально разработанный военными медиками для оказания помощи во время сражения. Но действие такого порошка было ограничено, рану нужно было зашить, а так как Кьяра не была специалистом в области хирургии — им срочно нужен был врач.

Код-чип в запястье оглушенного пилота помог Кьяре активировать пульт управления и послать экстренный сигнал о помощи.

— Яр, смотри на меня, только не засыпай. Осталось подождать совсем немного, — она продолжала тормошить угасающего парня с почти нечеловеческой верой, что у неё получится всех спасти. Всех, кого любит.

— Где … Ровер?

— Его и Тана забрали. Мы найдём их. Ты поправишься, и мы прорвёмся напарник. Ведь так? Теперь только ты и я, и мы с тобой обязательно найдём выход.

— Что … ты сделала? — с трудом выговаривая слова, постоянно балансируя между обмороком и слабым сознанием, выдавил Яр, поймав её за руку.

— Вызвала медиков. Тебя спасёт имперский доктор, и у тебя нет выбора, как не будет и у него. Я всё продумала, если нам повезёт — сюда направится только бригада спасателей, я оглушу их всех кроме одного. Затем он сообщит на свой корабль, что остаётся сопровождать раненого на этом крейсере. Санитары улетят, а мы тихонько переберёмся на наш корабль и смоемся. Врача придётся взять в плен, он нам ещё пригодится. Не смотри на меня так, даже в умирающем состоянии ты смотришь на меня как на идиотку!

— Если … я сдохну, … я не хочу, чтобы ты … оставила здесь моё тело…

— Ты будешь жить! Ты не бросишь меня Ярос!

— Не перебивай. … Ты знаешь … о скворанском ритуале погребения?

- Да. Это ещё один жуткий обычай, и я не стану этого делать. Я не буду снимать с тебя кожу и сушить её! … Яр, — Кьяра обняла ладонями его лицо. — Ты должен захотеть жить, поверить в это! Я знаю, смерть много раз перебегала вам дорогу, ты устал прятаться и скитаться, но несмотря на все трудности в жизни можно найти и преимущества.

— Например … тебя?

— Да, вот видишь, ты уже шутишь! — улыбнувшись, она с нежностью поцеловала его в уголок рта. — Ради тебя я уложила всех патрульных этого крейсера, и я бы не остановилась даже если бы их было гораздо больше. Я девушка, которая родилась и выросла на одной из планет Империи, которой с детства прошивали ненависть к скворанской расе. Я убила своих соплеменников ради тебя скворанин. И вот поэтому ты не посмеешь умереть!

Помня о том, как скворане легко подстёгиваются эмоциями, девушка решила пойти на крайние меры:

— Давай заключим с тобой сделку? Ты выживаешь и поправляешься, а я за это выполню любое твоё желание. Абсолютно любое, даже если оно покажется мне гадким и неприемлемым. По рукам?

— Идёт, — губы Яра чуть дрогнули в усмешке. — Зелень … на моей планете … много зелени … как твои глаза… я люблю…

— Нравятся мои глаза? — Кьяра изо всех сил пыталась удерживать его в сознании, хотя Яр начал откровенно заговариваться.

— Да, — у него даже не хватало сил на шепот, он отвечал одними губами.

— А я просто тащусь от твоих, и ты это знаешь. Темно синий это мой любимый цвет — цвет грозовой тучи.

— Ты … не понимаешь…

— Я понимаю, что мы обязаны с тобой выжить, я понимаю, что твержу это как ненормальная, я понимаю, что мы в полной заднице, но я не могу оставить надежды. Ладно, я применю последнее средство, — сжав его за руку, Кьяра наклонилась к нему как можно ниже. — У нас на Аресе тоже есть свои обычаи. Один из них — когда аресцу исполняется пятнадцать и он достигает своего совершеннолетия, он выбирает себе второе имя. Второе имя необходимо для общения с всевышним, мы произносим его лишь оставшись наедине с создателем. Его не знают ни родители, ни друзья, никто. Это личное, что есть между тобой и богом. Раньше религия занимала важную роль в жизни моего народа, но со временем, с разрастанием Империи духовность стала терять свои позиции. Я сама не очень-то верила. Но сейчас я очень хочу верить, что он существует, что он простит меня за мои чудовищные поступки, разглядев в них истинные мотивы того, что я спасала тех, кого люблю. Сейчас я хочу верить, что, если я произнесу своё второе имя — бог услышит меня. Он услышит меня и заметит тебя. И ты не умрёшь. И мы вытащим Ровера и Тана. Моё второе имя Эйвери! — и вспомнив слова молитвы, глядя в глаза Яру, Кьяра начала молиться. — Я взываю к тебе всеобъемлющий и неприкосновенный дух, просветляющий и наставляющий. Склонив голову, я Эйвери, прошу твоей защиты и благости. Я прошу показать мне мой путь и удержать на нём всех, кто дорог моему сердцу. Сбросив тяжесть вины — дух воспарит, сбросив тяжесть гнева — дух очистится, сбросив тяжесть печали — дух наполнится любовью. Моя душа вышла и вернётся в источник. Я лишь путь длинною в жизнь. Я частица всеобъемлющего, и он во мне.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Слушая бормотание девушки, глаза Яра начали наполняться синевой, его сознание становилось чётче, словно её молитва действительно возвращала его к жизни, либо это был последний всплеск.