Свита короля (ЛП), стр. 103

Четверым сёстрам Дэниэль удалось выбраться к ней на игру. Они приехали в практически одинаковых белых сарафанах с нарисованными оранжевыми буквами, которые вместе складывались в слово «Лисы». У последней девушки вдобавок к букве красовался отпечаток немного стёршейся лисьей лапки. Вместо слов приветствия они сразу же налетели на Дэн, сжав её в групповом объятии. Следующей под раздачу их радости попала Элисон. И судя по тёплым непринуждённым улыбкам, раньше они уже были знакомы.

Стефани Уокер заняла место по соседству с девушками. Она сразу же обняла Рене, и их объятия длились практически вечность. Рядом со Стефани сидели родители Мэтта. Коса его матери оказалась выкрашена в ярко оранжевый, как и всё, что было на ней надето. Мэтт говорил о маме достаточно часто, поэтому Нейл не сомневался, что он её просто обожает. И всё же Нейл немного растерялся, когда увидел настолько откровенное ответное проявление любви к сыну. В улыбке Рэнди Бойд проскользнула какая-то свирепая гордость за своего ребёнка, и именно этим женщина напомнила ему Дэниэль. В следующую секунду она без зазрений совести ласково потрепала Мэтта по тщательно уложенным волосам. Его отец оказался более сдержан; тепло улыбнувшись, он похлопал сына по плечу в качестве приветствия. Девушка, которую он привёл с собой на игру, казалась ровесницей Мэтта, и они с Мэттом старательно делали вид, что вообще не замечают друг друга.

Бетси Добсон зашла последней. Эндрю не бронировал для неё билет, поэтому Нейл предположил, что её пригласили Дэвид и Эбби. Заметив её, Миниярд совсем не удивился, однако, когда она села, подошёл к ней. Она улыбнулась и махнула рукой на свободные места вокруг, предлагая присесть. За всем шумом толпы Нейл не мог расслышать, о чём они разговаривали, но предполагал, что Добсон как обычно делится своими наблюдениями и задаёт общие вопросы. Нейл отвернулся прежде, чем она смогла поймать его взгляд, и вернул всё своё внимание толпе на трибунах.

— Вы двое могли бы хотя бы поздороваться, — с непонятной грустью в голосе заметил Ваймак.

— Не вижу смысла, — отозвался Кевин. — Это отвлекающий фактор.

— Это называется круг поддержки, почитай как-нибудь на досуге.

— Тея смотрит из Южной башни, — произнёс Кевин, переводя взгляд на вип-зону, к которой ведёт лифт. Помещение находилось слишком далеко и высоко, поэтому Джостен не мог разглядеть лиц присутствующих, однако было видно, что у панорамных окон уже собралась толпа наблюдателей. Понимание того, что за их игрой будут следить профессиональные игроки и влиятельные люди, несколько напрягало. По венам разлился неприятный холодок. Дэй перевёл взгляд обратно на тренера и закончил: — И мой отец ходит на все мои игры. Это достаточная поддержка.

Эбби стояла по руку от тренера, её взгляд заметно смягчился. На мгновение челюсть Ваймака сжалась, а затем он сказал ровным тоном:

— Мама гордилась бы тобой.

— Не только мной, — тихо, с не характерной человечностью в голосе, ответил Кевин.

Либо их разговор становился слишком личным, либо острый укол в груди Нейла был результатом его собственного ощущения одиночества и былых потерь. Оставив их наедине, Джостен присоединился к команде.

Рукопожатие Эрика оказалось крепким, а его улыбка ослепительно широкой. Нейл запутался в сёстрах Дэниэль практически сразу после того, как услышал их имена. Терпеливая улыбка Стефани оказывала такое же успокаивающее действие, как когда-то мирное поведение Рене. И Нейл был уверен, что своими крепкими объятиями Рэнди напрочь отдавила ему пару жизненно важных органов. Отец Мэтта пропустил ненужные приветствия, чтобы сразу же рассказать Нейлу об одном знакомом пластическом хирурге, на случай если Джостен захочет подправить лицо.

— Пап, — с ужасом вмешался Мэтт. — Какого хрена?

— Нейл Джостен, — неожиданно заговорил один из охранников, — вас хочет видеть Стюарт Хэтфорт.

Нейл проследовал за сотрудником безопасности. Прозрачная стена отделяла предыгровую зону от фанатских трибун, и в углу секции, с той стороны, его уже ждал Стюарт, сложив локти поверх ограждения. Он отпустил охранника простым кивком и перевёл изучающий взгляд на давно потерянного племянника.

— Я думал, ты уже в Англии, — вместо приветствия сказал Джостен.

— Успел съездить туда и вернуться, — пояснил Стюарт. — Хотел проведать тебя раньше, но нам приказали не вмешиваться, пока он не примет решение.

Нейлу не пришлось уточнять, о ком идёт речь. Хэтфорт дождался кивка Джостена и продолжил:

— Смерть твоего отца оставила за собой пустоту, которую не так-то легко заполнить. Молодой босс подчищает людей на местах и избавляется ото всех, кто может повлечь неприятности, начиная с Калифорнии и до самой Южной Каролины. Копов, докторов, стукачей – всех без исключения. Если есть хоть мизерный шанс, что они могут навредить установившемуся порядку, то этих людей уже нет. Интересное это дело – перестройка целой империи. Интересное и очень кровавое.

— Есть люди даже с Южной Каролины? — переспросил Нейл. И после этих слов его сердце на секунду замерло. — Ты говорил про врачей, так? Больничные врачи или психотерапевты? Можешь назвать имена?

— Не интересуюсь такими подробностями, пока они меня не касаются, — признался Стюарт. — Ищешь кого-то конкретного?

— Психотерапевт из Колумбии, Пруст. Работал в Истхевен, второй брат подкупил и использовал его в своих интересах. Я уже рассказывал... молодому боссу о нём, — с небольшой заминкой пояснил Нейл.

— Наведу справки, — пообещал Хэтфорт, а затем небрежным взглядом окинул стадион. — Ты ведь понимаешь, что они следят за тобой, правда? Они ждут, пока ты оступишься или пока кто-нибудь безгранично тупой не проглотит наживку. Ты для них удобная приманка и тёмная лошадка в одном лице. Не делай глупостей, ладно? Ты сам подписался на это, поэтому я не смогу защитить тебя, если всё снова пойдёт наперекосяк.

— Я буду осторожен, — кивнул Нейл. — Спасибо тебе.

— Выше нос, — выпрямившись, приободрил Стюарт, — и будь начеку. Молодой босс уже здесь. Не заставляй его пожалеть о своих инвестициях в тебя.

Джостен был не настолько глуп, чтобы обернуться на восточную башню. Коротко кивнув, он взглядом проводил спину дяди, исчезающего в толпе. Вернувшись к Ваймаку, Нейл решил, что лучше не рассказывать Кевину о высокопоставленном госте. Тренер дал команде ещё пару минут на общение с группой поддержки, а затем согнал их в раздевалку. Они бодро переоделись, воодушевлённые энтузиазмом своих гостей, и успели сделать несколько кругов по стадиону, пока не появились Вороны.

Раньше Нейлу казалось, что толпа была предельно громкой, однако, когда на поле вышла домашняя команда, в ушах буквально зазвенело от приветствия фанатов. Лисы вернулись обратно в раздевалку, чтобы закончить растяжку и уберечь перепонки от нежелательных повреждений. Они без спешки надели оставшуюся экипировку и снова встретились в общей комнате. Ваймак дал им минутку, чтобы перевести дух и собраться с силами, а затем опять отправил их разогреваться на внутренний круг. Судьи сегодняшнего матча уже распределились по разным концам поля и в ожидании начала стояли у дверей, чтобы впустить команды. Вороны передвигались сплошным, практически бесконечным потоком чёрного, Нейл старался вообще не смотреть в их сторону. Разминка ещё никогда не казалась такой короткой; едва он встал в подготовительную позицию, их пригласили на предматчевое приветствие команд.

Как только главный комментатор принялся перечислять имена Лисов, выездной оркестр университета Пальметто «Рыжие тона», расположившийся в специально выделенном месте, с нескрываемой искренней гордостью заиграл командный гимн. Дождавшись окончания композиции, диктор перешёл к списку Воронов. Гимн сборной Эдгара Алана звучал так же враждебно и угнетающе, как и всегда. А барабаны продолжили отбивать тяжёлый ритм даже после окончания гимна. Фанаты топали ногами, вторя барабанам, и казалось, что весь стадион слился в этой злой, мучительной мелодии. Нейл не понимал, в чём заключалась причина неожиданно накатившего удушья: в низких басах, доносящихся отовсюду, или в ускорившемся сердцебиении, от которого буквально сжимало горло.