Свита короля (ЛП), стр. 104

Дэн встретилась с Рико на поле, чтобы подбросить монетку и выбить Лисам первую подачу. Толпа всё ещё выстукивала ритм Воронов, словно собиралась продолжать так до конца игры. У Ваймака оставалась пара минут перед началом построения на поле, поэтому он быстро подозвал к себе свою маленькую команду.

— Как вы знаете, у меня не очень с напутственными речами, но Эбби пригрозила мне мучительной смертью, если я хотя бы не попытаюсь. Вот результат моей часовой умственной активности. Я не успел ничего отрепетировать, поэтому просто сделайте вид, что речь получилась складная и крайне вдохновляющая, ладно?

Тренер окинул их медленным взглядом, успев заглянуть в глаза каждому хотя бы на секунду.

— Я хочу, чтобы сейчас вы закрыли глаза и задумались о том, почему сегодня находитесь именно здесь. Не говорите мне, что всё дело в мести или реванше, потому что ваше присутствие здесь это уже реванш.

— Теперь дело не в Рико, — продолжал Ваймак, — и не в Воронах. Теперь это касается только вас самих. Тех усилий, которые вам пришлось приложить, чтобы добраться до этой точки, тех жертв, которые вам пришлось принести на пути сюда, и тех людей, которые смеялись над тем, что вы замахнулись на такую большую и яркую мечту. Вы здесь потому, что отказались сдаваться, и потому, что не сломались. Вы здесь, хотя все они говорили, что вы никогда не сможете этого добиться. А теперь никто из них не сможет сказать, что вы не заслужили эту игру.

— Сегодня всё внимание только на вас. Пришло время показать им, чего вы стоите. Больше нет места сомнениям, нет места сожалениям и нет права на ошибку. Это ваша ночь. Это ваша игра. И это ваш момент. Вцепитесь в него так крепко, как только можете. Отбросьте в сторону все внутренние ограничения и барьеры, выложитесь изо всех сил. Сражайтесь, потому что вы не умеете сдаваться без боя. Выиграйте, будто для вас не существует поражения. Этот король правил слишком долго... Пришло время снести его замок.

И в этот момент над головами раздался предупреждающий гудок. Хлопнув в ладоши, Ваймак произнёс:

— Вперёд!

— Лисы! — хором крикнули они в ответ, и основной состав направился к дверям.

Вороны вышли на поле первыми и чётко разошлись по своим позициям. Сначала объявили Рико; вероятно, он будет играть как в прошлый раз: первые и последние пятнадцать минут. Среди Лисов первым объявили Кевина, сразу после него назвали имя Нейла. Они направились к середине поля на линию нападающих. Нейл не мог оторвать взгляд от Рико, прекрасно понимая, что тот уже в курсе новой татуировки Дэя. И он оказался прав. Едва они подошли ближе, Нейл смог разглядеть холодную ярость, застывшую на лице Мориямы.

Рико молчал ровно до тех пор, пока Нейл с Кевином не заняли свои позиции. Когда они встали и замерли, Морияма разразился потоком злобных, ядовитых ругательств на японском. Дэй спокойно игнорировал его до какой-то конкретной фразы, после чего кинул в его сторону ровный взгляд и ответил. Нейл не знал, что он сказал, однако Рико сжал кулаки вокруг древка так крепко, словно представлял на месте клюшки шею Кевина. Выбесить Рико прямо перед важным матчем казалось самоубийственной и одновременно вдохновляющей затеей. Теперь тяжёлый гул крови в ушах полностью перекрывал шум, доносящийся с трибун.

Нейл вскинул взгляд на табло, когда последний из Лисов занял своё место, и не отводил глаз, пока отсчёт не показал последние десять секунд. Он посмотрел за спину второму нападающему Воронов на подающего игрока, а затем на того, кто будет преследовать и мешать лично ему, продолжая отсчёт в голове. За две секунды до начала он кинул взгляд на их вратаря, представляя, как ворота зажгутся красным в пользу Лисов. На последней секунде прозвучал гудок, и Дэн сделала первую подачу сегодняшней ночи.

Прошло почти семь месяцев с последней игры Лисов и Воронов. И Вороны очень быстро осознали, что перед ними уже не та команда. Осенью Лисы поверили в собственное поражение ещё до того, как вышли на поле. Они играли просто потому, что должны были сыграть, и в глубине души надеялись, что весной получится лучше. Сегодня, воодушевлённые поддержкой и решимостью напополам с отчаянием, Лисы заложили сильнейшее начало за все свои годы.

Лисы бились яростно, Вороны – по-настоящему зло. Нейл чувствовал, как их яд буквально отравляет атмосферу на поле, до предела накаляя его инстинкты самосохранения. Вечное посмешище высшей лиги не должно было пройти так далеко, не должно было стоить им так дорого. Они уже потеряли Жана, с трудом переживали последствия внутреннего расследования и терпели яростную скорбь Рико по отцу. Нападения их фанатов на Пальметто и смелые заявления Кевина натравили на них полчища жёлтой прессы. Ходили слухи, что Эдгар Алан даже планировал расселить Гнездо в общий кампус для психологической безопасности игроков. Кевин вышел на их поле с ухмылкой и новой татуировкой, а Лисы бились против них так, словно ни на секунду не сомневались в собственной победе.

Лисы стали совершенно другой командой, то же самое пришлось сделать и Воронам. Осенью они не воспринимали Лисов всерьёз. Сегодня у них не было другого выбора, они не могли позволить себе играть вполсилы.

Игра началась не слишком жестоко, однако достаточно быстро дошла до этого градуса. Тела игроков врезались в стены, падали на пол; клюшки сталкивались со свистом, едва не задевая шлемы. Грохот, с которым клюшку силой выбивали из рук, и звук, с которым она секундой позже скользила по полу, отдавался глухим эхом в ушах Нейла. Подстёгивал его бежать быстрее. Защитники и подающие Лисов закрывали ворота не жалея себя. Изо всех сил старались выбить мяч и отдать его своим. Однако их рвение и желание не могло вечно спасать положение. Они просто-напросто были недостаточно быстрыми в сравнении с Воронами. Рене выкладывалась на полную, но ничего не могла противопоставить Рико и Энглу, которые обходили её серией быстрых и точных передач. Нейл невольно вздрагивал каждый раз, как ворота Лисов загорались красным.

До окончания первого тайма Лисы уже были выжаты, истощены и полностью разбиты. На перерыве Ники едва доковылял до раздевалки, валясь с ног от сильного обезвоживания.

Эбби отвела его в сторону и принялась отпаивать водой и витаминными растворами. Рене с побелевшими от переутомления губами и напряжённая, как струна, остановилась в центре комнаты. Они ушли на перерыв со счётом семь к трём, и, когда прозвенит гудок, на поле выйдет свежий состав Воронов. Здесь не было надежды отыграться как в случае с Троянцами. Всё неминуемо шло к проигрышу.

Рене открыла рот, но не смогла выдавить из себя ни звука. Судя по вине в её взгляде, Нейл решил, что она собирается извиниться. Он ещё никогда не видел её такой расстроенной, хотя ни в одной предыдущей игре они не выкладывались так, как сегодня.

Уокер закрыла рот, прокашлялась и попыталась снова. Но в итоге она не сказала «Простите», а спросила: «Ты уверен?».

Нейл не понял, но Эндрю ответил:

— Да.

— Хорошо, — согласилась Рене и добавила: — простите меня.

Она вышла из комнаты и направилась в женскую раздевалку. Едва дверь закрылась, Дэн собралась пойти следом. Но Ваймак качнул головой и жестом приказал ей вернуться к растяжке.

— Ей надо просто побыть одной, — подавленно пояснил он. — Она не хотела стоять на воротах после матча с Троянцами. Это мы уговорили её, — Ваймак сказал «мы», но при этом смотрел на Миниярда. — Эндрю пообещал, что сможет контролировать разрыв, если успеет посмотреть, как они играют.

— Ты должен был позволить ей отказаться, — вмешался Аарон, обращаясь к брату. — Она была бы полезнее как четвёртый защитник. А теперь у нас очень херовый разрыв.

— Чья же это вина? — уточнил Кевин.

Аарон и Мэтт заметно ощетинились, однако промолчали. Ники неровно выдохнул и вступился:

— Как, по-твоему, нам их останавливать, если они практически не несут мяч?

— Вы должны их оттеснять, — настаивал Кевин. — Держать их подальше от ворот, чтобы они не могли делать скоростные передачи. Заставлять их бросать издалека, чтобы у Эндрю появилась возможность отбивать.