Приворот от ворот (СИ), стр. 29

– Поля! – В дом вбежал Венька.

И как он узнал, что я здесь? Он влетел в комнату и, перепрыгнув приходящего в себя изувера, сжал меня в объятиях. Варька, уже получившая приглашение на свадьбу, с облегчением выдохнула, когда увидела мужика, который защитит, если что.

– Э, а меня чего никто не обнимает? – Донеслось с дивана.

Вениамин тут же бросил быстрый взгляд на пострадавшую.

– Где прокололась? – Спросил он ее, не отпуская меня от себя.

– Позвонила не тому человеку. – Догилева скривила губы. – Зато теперь знаю, кто крыса.

В комнату вошел Артем, пнул носком ботинка заскулившего бандита.

– Я Шулетову позвонил. Этих сейчас заберут. – Кивнул он на мужика. – А тебя бы в больницу. Опять, наверное, ребра сломаны.

Он шагнул к Машке и без каких-либо усилий подхватил на руки. Мы с Венькой быстро направились за ним.

– Варь, присмотришь? – Спросила сестру, которая взяла упавшее на пол ружье.

Она кивнула. Зря я переживала, во дворе дома мы встретили перепуганную маму и дядю Мишу, который перебросился с Венькой парой слов и поспешил в дом.

– Я поведу. – Предложила.

Артем кивнул и с помощью Вениамина забрался на заднее сиденье своего внедорожника. Ключ был в зажигании, видимо парни очень торопились нам на помощь.

– Как ты догадался? – Спросила своего жениха, который сел рядом на пассажирское сиденье.

– Слишком тихо было. – Пожал он плечами. – Я предполагал, что она на месте не усидит.

Уникальный человек.

Машина была для меня непривычной, поэтому вела я очень аккуратно. К приезду в больницу Марья уже потеряла сознание. Я очень боялась, что у нее внутреннее кровотечение, а потому сразу побежала к Николаю Ефремовичу. Мужики поспешили за мной.

– Оперировать нужно. – Хирург после пальпации приказал медсестре готовить операционную. – Очень похоже на разрыв селезенки. Лапароскопию нужно делать.

Мы остались во внешнем коридоре, так как в операционную нас никто не пустил бы. Вскоре к нам присоединились Виталик с Надей и Александра Алексеевна.

– Что случилось? – Прибежала Наташка. – Мне в регистратуре сказали, что ты здесь.

Я вполголоса рассказала все, что знала.

– Вот коза! – Выругался Виталик, когда дослушал рассказ. – Говорил же ей, что могу счета закрыть. Нет, самостоятельная слишком.

Надя положила руку на его плечо, и он замолчал.

– Она крысу искала. – Напомнила я.

– Она сейчас на операционном столе, откуда может встать инвалидом. – Строго посмотрел на меня Догилев. – Поведение, как у подростка. Ремня бы ей всыпать.

– И так сегодня всыпали. – Принялась я ее защищать. – Дайте ей хоть немного свободы.

– Я ее и не ограничиваю, просто интересно, что она еще от нас скрыла, и кто ее в следующий раз придет убивать. Эти явно были профессионалами. – Вспылил Виталий. – В следующий раз будут киллеры.

– А Якову позвонили? – Принялась отвлекать мужа Надя.

Догилев надулся, но телефон достал. Набросал сообщение и отправил. Из операционной вышла медсестра.

– Первая отрицательная группа есть? – Просканировала она пространство.

Артем встал и вместе с медсестрой зашел за дверь.

– Это плохо. – Александра Алексеевна прижала руки к груди. – Кровотечение сильное, значит.

Мы с Наткой переглянулись.

– Николай Ефремович и не таких вытаскивал. – Возразила я.

– Все хорошо будет. – Сказал Венька, и почему-то его слова успокоили окружающих больше, чем мои.

Подсела к Кулаеву и положила голову ему на плечо. Устала я что-то, как не знаю кто. Через десять минут в коридор вбежал лысый рыжебородый мужик.

– Где она? – Кинулся он к нам.

– На операции. – Мрачно ответил Виталик.

Лысый протяжно выдохнул и с облегчением выматерился.

– Живая, значит. – Вынес он вердикт и как-то хищно посмотрел на дверь.

– Яш, чтобы Машку добить, нужен отряд, как минимум. А тут всего пара уродов. – Тихо хмыкнул Догилев.

– Оклемается, я ей устрою. – Кровожадно оповестил нас этот самый Яков. – Месяц на задницу не сядет.

– В очередь вставай. – Проворчал Виталик.

Еще через пять минут в коридор, где и так ужен было полно народу, широким шагом вошел Евгений Лаврентьевич и жестом позвал меня на пару слов. Вениамин вышел со мной.

– Тебя бы допросить по форме, – проговорил командир, когда мы зашли в пустой кабинет главврача. Венька сверкнул глазами. – Но не будем усложнять процесс. Рассказывай, зачем размозжила череп одному бандиту, а второго расстреляла мелкой дробью?

Я опешила.

– Там же соль быть должна была. – Принялась оправдываться.

Шулетов покачал головой.

– Дробь. У мужика болевой шок. Ты хоть знаешь, что стреляла в бывшего губернатора соседней области? Мужик жутко интересный был. Столько всего за ним тянулось….

– Был? – Побледнела я. – Он что, того… этого…?

– Лида ему там вколола что-то, он в сознании, но шансов мало. Его сейчас допросят, а там видно будет. Она пока мужика с проломленной башкой в чувство приводит. Это надо же полголовы снести. Прикладом била?

Я кивнула.

– Я не хотела так сильно. – Села на ближайший стул. – Но они же…. Они же Машку убивали. Пытали. Она в ножевых вся, разрыв селезенки, на теле живого места нет.

Венька подошел и обнял меня за плечи.

– Ты все правильно сделала. – Подбодрил он меня. – Мы могли не успеть.

Я вздохнула.

– Но ведь люди умереть могут.

Евгений Лаврентьевич внимательно посмотрел на меня.

– Это не люди, Полина. Эти уже давно всю свою человечность в унитаз слили. Не дергайся из-за этого. – Посоветовал он мне. – А теперь детально расскажи мне, вплоть до разговоров, что там произошло.

Я зажмурилась, переводя дыхание, и принялась рассказывать. Венька убежал в аптеку, купить воды и успокоительного для меня.

– А потом Веня с Артемом приехали. – Закончила я рассказ.

– Теперь ясно, почему нас встречала девушка с ружьем наперевес. Сестра, значит. – Я кивнула. – А по поводу счетов Марья больше ничего не говорила?

Я помотала головой.

– Нет. Только этот, в кого я стреляла, орал, что она точно все знала про счета, где его деньги лежат. А у Машки в это время лицо такое… загадочное было.

В это время Вениамин вошел в кабинет и протянул мне бутылку с водой и таблетку пустырника.

– Машка не снимала ничего со счетов. У нее денег даже на машину не было. – Отозвался Кулаев.

Евгений Лаврентьевич побарабанил пальцами по столу.

– То есть она из чистого альтруизма вызвала огонь на себя, чтобы оставшиеся на свободе жулики клюнули на нее. – Вынес вердикт командир. – Да я ее в карцер на месяц посажу, будет знать, как жизнью рисковать!

Мы с Венькой переглянулись. Мда, сколько народу переживает за одну взбалмошную Машку. Спрятать ее, что ли, от праведного гнева? У мамы. Та ее хоть одна пилить будет, а не вся деревня сразу.

– Машка хорошая. – Вступилась за нее.

– Угу. – Проворчал мужчина. – Дура только.

Когда мы вышли из кабинета, все Догилевы, включая Анжелику с Андреем, уже толпились в холле больницы. Артем тоже был тут. Даже Корсаровы пришли.

Николай Ефремович вышел и был слишком хмурым.

– Так, девушку спасли, селезенку ушил, на порезы наложил скобки. Но скажите мне, откуда у нее признаки нескольких сотрясений, неправильно сросшиеся ребра, трещина в кости таза? И почему у нее вырезана матка в столь юном возрасте? Ее что, всю жизнь пытали?

Глава 17

Полина

Из больницы все вышли слишком молчаливыми. Особенно бледен был лысый Хохриков. Мне показалось, что даже братья не знали о столь серьезных повреждениях у Марьи. А мне стало понятно, почему Машка так яростно отбрыкивалась от матримониальных предложений Якова. Если матка удалена, то и детей не будет.

Александра Алексеевна выглядела очень подавленной. Лишь неунывающая Анжелика пыталась всех приободрить.

– Домой? – Тихо спросил Венька.

Я вздохнула.

– Машину нужно забрать от маминого дома.