Приворот от ворот (СИ), стр. 28

– Поехали. – Сбежал с крыльца.

– Куда? – Спросил он, но последовал следом.

– К Ворониным. Скорее всего, ее отследили. – Признался я.

Глава 16

Полина

Пациентов сегодня практически не было. Всего двое с утра и те дети. Огороды начались, не до зубов сейчас. В больнице все время шутят, что в весеннюю пору посадок ни одна бабулька еще не умерла. Зато после….

– Ты чего такая хмурая сегодня? – Спросила я задумчивую Наташку.

Она бросила на меня быстрый взгляд.

– Мать свою спроси.

Я насторожилась.

– Чего она опять вычудила?

Подруга тяжело вздохнула.

– Она вчера поздно вечером пришла ко мне, притащила какую-то светло-желтую тряпку и объявила ее моим свадебным платьем. – С обидой рассказала она.

– Поссорились? – Сочувствующе спросила.

Натка передернула плечами.

– Петька ее во двор выставил и отчитал. Вот чего ей неймется?

Я, поморщившись, представила, прущую напролом маму. Наверняка, она неимоверно давила на интеллигентную Наташку, если даже брат родительницу выставил. Кстати, почему она Машкой не занимается, а что попало делает? Заехать к ним что ли? Покосилась на телефон. Если позвонить, мама будет меня ждать и эту тряпку начнет мне впаривать. Пусть неожиданность будет. Посмотрела на часы. Одиннадцать. Вряд ли мама меня ждет в такое время.

– Нат, если кто-то придет – обезболь, и пусть меня ждут. Если что-то сложное – звони мне сразу. – Я быстро переодевалась.

– Да вряд ли сегодня кто-то будет. Сама ведь знаешь….

– Мало ли. – Пожала я плечами и выбежала из кабинета.

Уже пробегала мимо регистратуры, как меня окликнула санитарка-соседка.

– Поль, ты домой, аль к матери?

Я остановилась.

– К маме. Вас подвезти?

Она тут же засобиралась. Действительно, чего в больнице в такой день сидеть, коли можно на огороде возиться. Довезла за пять минут.

– Дай бог тебе здоровья. – Соседка тяжело вышла из машины. Суставы бы ей подлечить.

Я огляделась. У маминого дома стояла какая-то незнакомая машина. Мне там не развернуться, а ехать до конца улицы не хотелось. Потому оставила машину у дома санитарки и отправилась к маминому дому пешком. Не сахарная, не рассыплюсь. И вообще, чего я все на машине катаюсь, вон как ходить пешком хорошо.

Зашла привычным путем, через сарай и аккуратно, чтобы не зацепить хозяйственный инвентарь, стала пробираться к дому. Я уже была готова завернуть за последний угол, как меня что-то остановило. Я стояла и несколько секунд думала о том, что не так. Потом поняла: пахнет дорогим мужским парфюмом. Так как Венька не пользуется ничем, кроме детского мыла и пены для бритья, то от таких запахов я отвыкла. Поэтому мозг и среагировал на резкий аромат, как на что-то чужеродное.

Осторожно подкралась к повороту и выглянула. Спиной ко мне рядом с дверью, ведущей в дом, стоял огромный лысый мужик. Причем, стоял расслабленно, но под расстегнутой ветровкой я заметила кобуру. Из дома послышался громкий женский вскрик. Мама бы молчала, как партизанка, при любом случае. Значит, орет Машка.

Осторожно попятилась и проверенным маршрутом принялась отступать. Где-то в предбаннике у отца ружье хранилось. Мама несколько патронов давным-давно солью зарядила на всякий случай. Кажется, случай представился.

До бани добралась за пару минут, так как в нее тоже был вход из пристройки. Отец людей не любил, и показываться им на глаза лишний раз не имел никакого желания, потому и настроил тут переходов и лабиринтов. Зашла в предбанник, открыла стальной сейф и вытащила старенькую двустволку. Нашла коробочку с надписью «Соль», запихнула в карман, проверила наличие патронов в ружье и поторопилась обратно.

Мужик стоял на месте и явно не ожидал посетителей со стороны построек. Он следил за главным входом в дом. В доме был слышен грубый мужской голос, а значит их, как минимум, двое. Если выстрелить сейчас, то подельник услышит, и дома останутся заложники. Придется действовать по обстоятельствам. Мне всегда говорили, что рука у меня твердая, а потому в своих действиях я не сомневалась. Схватила ружье за ствол, замахнулась и со всей дури опустила приклад на голову незваному гостю. Послышался глухой удар и мужик, как в мультике, медленно развернулся ко мне. Увидев растерянную меня (я-то думала, что он должен сразу упасть), закатил глаза и тяжело осел на крыльцо. Я протяжно выдохнула, взвела курок и поторопилась в дом, где орал второй мужик.

Порадовалась, что Петька недавно смазывал дверные петли, потому что дверь не скрипнула, когда я вошла.

– Где мои бабки? – Верещал второй гость. – Только ты, кроме шефа, знала, номера счетов. Ты не могла их не снять. Говори, где деньги?

– Да пошел ты, – прохрипела Марья сорванным голосом.

– Убью ведь сучку. – Ухмыльнулась бандитская рожа.

– Ты и так убьешь. – Машка это явно осознавала.

Я заглянула в комнату, где они расположились, и заставила себя не издать ни звука. Машка сидела привязанная к стулу, избитая и полуголая. На лице живого места не осталось, а груди имелись несколько тонких ножевых порезов. Видно, что плакала, но взгляд у нее был несломленный. Она меня заметила, но виду не подала. Мужик шагнул к ней, схватил за подбородок и ткнул ей дуло пистолета в щеку. Я разозлилась. Издеваться над девчонкой может только садист со стажем. Такой жить не должен, не то что устраивать пыточную в доме моей матери.

Места для полноценного замаха в маленькой комнатке у меня не было, поэтому я решила стрелять. Прицелилась в спину придурку и, зажмурившись, нажала на курок. Раздался оглушительный выстрел и меня отдачей откинуло спиной на дверной косяк. Черт, синяк будет на плече и на спине, кажется, тоже. Мужик заорал, как резанный, и выронил пистолет из руки. Машка, до этого выглядящая, как жертва автоаварии, вдруг с улыбкой поднялась вместе со стулом и заехала ногой дезориентированному мужику по уху. И как только дотянулась? Мужик что-то прохрипел и повалился на пол.

Я бросила ружье в сторону и подбежала к Догилевой. Ее руки были стянуты веревкой. Нашла на полу нож, который был весь в крови, и принялась пилить им веревки, так как руки девушки уже посинели.

– Вовремя ты. Я как раз все вытянула из него. – Прохрипела она, морщась от боли в руках.

– Мама где? – Спросила я, глядя, как она растирает запястья.

– Этот, – она пнула валяющегося на полу мужика, – в подпол ее закрыл.

Я прикинула, что если мама расконопатила выход в огород, то ее там давно нет. Помогла Марье связать обессилевшего мужика, второго мы так же связали и оставили на крыльце, а потом я отправилась на кухню и вытащила монтажку, которую продели в петлю и зафиксировали. Открыла западню и с удивлением уставилась на Варьку, сестру двоюродную, которая сидела на ступеньках с крайне скучающим видом.

– А мама где? – Подозрительно спросила выбирающуюся на свет белый сестру.

– Так она к дяде Мише побежала. Встретила меня в огороде, попросила посидеть здесь вместо нее. – Пожала она плечами.

– Значит, скоро помощь прибудет. – Выдохнула я и отправилась в комнату, где сидела бледная Марья. – Ты как?

Она поморщилась.

– Кажется, внутренние органы отбиты. Сейчас братья приедут, отвезут меня куда-нибудь.

Я кивнула и помогла ей улечься на диване. Мы с Варькой никуда Машку не дотащим на себе, а ее дергать лишний раз смысла нет. Посмотрела на живот девушки и ужаснулась. Тот был одной большой гематомой.

– Маш, он не успел… ну… изнасиловать? – Спросила ее.

Машка хмыкнула и тут же скривилась от боли. Видимо, преступников она помогала связывать на голом энтузиазме и адреналине.

– Нет. Я его раньше довела, чем он решился. Поэтому, бил только. Такие, как он размножаться не должны. Вот Веньку бы твоего размножить, или Корсарова. Я даже на Артура согласна….

– А на Хохрикова? – Попыталась отвлечь ее от боли.

– Э-нет. Ему детей и семью подавай сразу. Мне бы кого-нибудь… без особых надежд и обязательств. Страдальца за правое дело. – Пояснила она. – Я б утешила.