Сделка (СИ), стр. 4

— Паш, — хмыкнул Виктор. — Ты, конечно, можешь сейчас на меня обидеться. Но только твои знаки внимания и мои — две большие разницы.

Парень понуро опустил голову:

— Да что уж там… На правду не обижаются.

— А я тебе давно говорю — учись ухаживать за девушками. Главное — манеры.

— Да тут и без того всё понятно. Если поставить тебя и меня рядом совершенно очевидно, кого из нас выберет любая женщина.

— Внешность ещё далеко не всё. Манеры — вот, что важно. По-моему, по этому поводу назревает спор? — приподнял одну бровь Виктор.

— Почему бы и нет? — пожал плечами Павел. — Я больше чем уверен, что у тебя ничего не получится.

— А я уверен, что получится. И более того, Елена Орлова станет моей женой!

— О-о… Очень самоуверенно, — покачала головой князь. — Её мать, помешанная на репутации, никогда не отдаст Елену за тебя. Да и девушка не сладкий сахар, поверь. Я-то её знаю подольше.

— Посмотрим, — сверкнул глазами молодой ловелас. — Что на кону?

— Хм… — задумчиво потёр подбородок студент. — Помнишь, мне у тебя один жеребец нравился? Из южных стран, кажется.

— Помню.

— Он всё ещё у тебя?

— У меня. Значит если я проиграю, ты заберёшь моего арабского скакуна?

— Именно.

Виктор задумался, подперев рукой подбородок.

— А если я выиграю, то заберу ружьё из твоей коллекции. — произнёс он спустя время.

Павел внимательно посмотрел на друга, оценивая, стоит ли овчинка выделки. Павел — хороший стрелок. Он любит оружие и собрал довольно занятную и дорогую коллекцию.

— Договорились, — кивнул Орлов.

— Сроки?

— Цель довольно сложная. Даю тебе… месяц.

— По рукам, — мужчины взялись за руки, заключая спор. — Через месяц княжна Орлова будет носить фамилию Гинцбург.

Виктор разбил руки. Игра началась.

***

В гостиной накрыли стол на четыре персоны. Две девушки и два молодых человека пили чай, играли в настольные игры и мило беседовали.

Маша была удивлена внезапным предложением брата спуститься к ним вниз и выпить чаю, но согласилась присоединиться. Елене ничего не оставалось, как выйти вместе с ней. По лицу девушки было заметно, что такой компании она вовсе не рада. Орлова строптива и не скрывала своего отношения к кому бы то ни было. С Павлом и Машей она общалась довольно дружелюбно, а на Виктора кидала колючие взгляды.

Мужчина быстро отвоевал место подле неё и услужливо подавал то печенье, то вазочку с вареньем, ненароком касаясь нежных тонких пальцев. Казалось, если Орлова сейчас надумает чихнуть — барон заранее приготовит платок для её хорошенького носика! Павел наблюдал за ними с усмешкой, в то время как Маша принимала ухаживания Виктора за чистую монету, и только и делала, что умилялась и подавала сигналы подруге.

Раздалось звяканье железа — Елена выронила ложку… Маша уже приготовилась попросить слуг принести другую, как Виктор молча встал из-за стола. Он сделал шаг в сторону Елены и присел на колено возле. Поднял ложку и, достав ослепительно белый платок, принялся вытирать прибор. Закончив, мужчина протянул его Елене. Та молча за ним наблюдала со смешанными чувствами — то ли это было странно, то ли прекрасно… Ложку, кстати, не взяла.

— Я, пожалуй, всё же попрошу принести новую, — сказала Маша, пока двое молодых людей смотрели друг на друга.

— Не нужно, — сказала Елена, не отрывая взгляд от барона. — Мне пора.

Она встала и направилась к выходу.

— Павел Николаевич, — обернулась она, — Поможете мне?

Молодой человек взял шубу в руки и накинул на плечи юной красавице. Предвидя то, что Виктор наверняка захочет ей помочь, она попросила сделать это Павла — ход конём, так сказать.

— Спокойной ночи, — пожала руку Павла.

На Виктора даже не взглянула.

— Мария Николаевна, проводите меня до кареты, будьте добры.

— Конечно, — рыжеволосое Солнце на скорую руку накинула шубку и вышла вслед за подругой на морозную улицу.

Чуть отойдя от двери. Елена сказала княжне Волконской:

— Маша, пока Павел здесь я приезжать не буду.

— Что такое? Он что опять… тебя обидел?

— Нет, это в прошлом. Я говорю о Викторе. Пока твой брат здесь — у него есть повод приезжать. Я не хочу опять с ним столкнуться.

— А кстати, да. Что у вас с ним происходит?

— Я не знаю, что и где у Гинцбурга происходит, но наше чаепитие наверняка было с его подачи.

— Мы заметили, что он просто окружил тебя вниманием. — с некоторой завистью в голосе сказала наивная Маша.

— Так вот, его внимание мне неприятно. И чтобы этого избежать — милости прошу к нам в гости. Туда он точно никак не проникнет.

— Он правда тебе не нравится? — с удивлением спросила подруга.

— Правда.

— А я уж было подумала, какая красивая пара получится.

— Ну, уж нет. Ни за что на свете я не буду с этим… щеглом! Пусть и не надеется.

Маша усмехнулась — это же Елена Орлова. Себе она может позволить такое… В открытую отвергнуть того, о ком мечтали все дамы света разных возрастов. На это была способна только её строптивая подруга. Виктор, держись!

Девушки обнялись на прощание, и Елена уехала, помахав ручкой.

Глава 4

Виктор приезжал к Волконским несколько раз, пока Павел находился на каникулах. Каждый раз он с огорчением узнавал, что Елена не приедет. Павел хитро ухмылялся — ведь прошла уже целая неделя с их спора, а дело не продвинулось ни на шаг.

Барон провёл активную разведку, чтобы выяснить, где ещё бывает красавица. Результаты его вовсе не порадовали: девушка вела довольно скромный образ жизни, из домов бывала только у Волконских, а балы посещала очень редко. К Орловым в дом, как верно заметил Волконский-младший, у него с такой репутацией вход заказан… Сделка была под угрозой срыва. Похоже, Павел прав — цель слишком трудно-достижимая, и скакать молодому князю от дома Гинцбурга на его лучшем коне!

Однако, судьба благоволит к своим героям…

***

Виктор Гинцбург, одетый во фрак с иголочки, вошёл в бальную залу.

Репутация его была безнадёжно им же и испорчена, что не мешало ему стопками получать приглашения на балы от красавиц разных возрастов. Несмотря на его тёмную славу, барона хотели видеть в каждом доме. Почти…. Орловы — исключение из правил. По иронии судьбы, конечно же.

Сегодня был дан благотворительный ужин в честь открытия нового госпиталя одинокой графини Вронской. Её муж давно погиб, и женщина посвятила себя благотворительности. Казалось бы, падшему ангелу Виктору нечего здесь делать, но даже графиня не упустила возможности полюбоваться на самого завидного жениха их столетия.

Мужчина со скучающим видом оглядел зал. Он не планировал оставаться надолго. Такие вечера всегда были без танцев и довольно целомудренными, что само по себе было уже неинтересно.

Взгляд выцепил знакомый силуэт. Она стояла спиной к нему, рядом со своей матерью и одной из знатных дам. Но даже со спины Виктор узнал девушку — это была Она. Видимо, маменька решила, что такой ужин Елена не имеет права пропускать. Возможно, Виктор останется подольше. Кажется, вечер обещает быть не таким уж и скучным…

Будто почувствовав его взгляд, девушка обернулась. Мгновение смотрела, потом сдержанно отвернулась. Мужчина заметил лёгкую тень, мелькнувшую на красивом лице — не рада.

Весь вечер барон бродил подле неё, словно кот вокруг кадки со сметаной. Подойти ближе повода не было, да и мать Елены вряд ли бы обрадовалась такой компании. Вон уже смотрит как строго — заметила его преследование.

— Виктор Альбертович, составьте компанию старой даме, — его под руку взяла немолодая женская рука.

Графиня Вронская, собственной персоной. Молодой человек уважительно поклонился и поцеловал руку женщины.

— Что вы такое, говорите, Екатерина Николаевна. Вы ещё фору дадите любой молодой красотке!