Три "Н" (СИ), стр. 59

Представляя, как женщина придерживает телефон плечом, отмыкает дверь, я даю ей десять минут и решительно направляюсь к 539-й. Дабы популярно объяснить Пегги, как её поведение выглядит со стороны.

Позвонив, отступаю в сторону, чтобы меня нельзя было разглядеть в глазок и опять вдавливаю кнопку. Заготовленная фраза, «Вам посылка» не пригождается так же, как и остальные. Дверь распахивается и стоит узреть мою красавицу в длинном, до пола, платье цветасто-травяной расцветки как умные мысли испаряются из головы оставив одну единственную, которую я и озвучиваю:

- Пег, ты воплощение весны, — произношу я, оглаживая взглядом её заметно постройневшую фигуру. Прежде, куртки и пальто скрадывали линии, сейчас же я воочию вижу, что преображение коснулось не только лица и прически Джонсон. — Ты прекрасна.

— Я просила не приближаться ко мне, — рассерженной фурией шипит Пегги, отойдя от первоначального шока вызванного моим появлением.

— Прости, это невозможно, — наступаю я на женщину, тесня её в квартиру.

— Что вы себе позволяете? — пятится она, подобрав подол, и я готов застонать от открывшегося вида её ножек.

— Пегги, те молокососы тебя не достойны, — несу я откровенную ересь и, сомкнув пальцы на предплечьях Джонсон, притягиваю её к себе.

— Как ты смеешь? — всхлипывает она, понизив голос почти до шепота, и мне передаётся её дрожь.

— Не бойся, — прошу умоляюще. — Я так люблю тебя, а ты… с ними, — возвожу глаза к потолку, намекая на соседей сверху. — Иди ко мне, — ловлю прерывистый вздох Пег и накрываю её подрагивающие губы своими.

— Да отпусти меня, — вяло трепыхается женщина.

— Не убедила.

— Да нельзя же так.

Тонкие руки ложатся мне на плечи.

— Угу…– целую прикрытые веками глаза и окрасившиеся румянцем скулы. — Где у тебя спальня? — вбираю в рот золотой трилистник сережки и аккуратно сжимаю зубы на мочке.

Очередное возмущение, «да как…» сменяется на «ммм…» и перерождается в:

— Давно бы так.

Сердце заходится в бешеном темпе, и я подхватываю свою фею на руки, совсем не ощущая её веса. Вскрикнув, Пегги вцепляется в меня и, одарив шальным взглядом, взмахом указывает направление.

— Погуляй, киса, нам с твоей хозяйкой кровать нужнее, — говорю я ужасающе округлой кошке, ссадив её на пол, и тянусь к рукаву платья Джонсон.

— Спенс, — Пег перехватывает мои пальцы, и я выжидающе замираю. — Н-нет, ничего, — мотает она головой, тем самым разрешая мне продолжить.

— Ты прекрасна, — целую обнажившее плечо. — Лучше всех, — повторяю процедуру с левой рукой, после чего стягиваю лиф платья ниже, добираясь до кружевного белья. Рот наполняется слюной, и я судорожно сглатываю, глядя на налитые полушария, кокетливо прикрытые белой тряпочкой.

— Сними, — хрипло прошу я, когда не удаётся нашарить застежки.

— Замок спереди, — смеётся Пегги, щелкая продолговатым камешком, украшающим ложбинку груди.

— Я тупица, — винюсь, склоняясь к открывшимся красотам.

После минутного облизывания соска Джонсон отстраняет мою голову и садится на кровать.

— Ноги… не держат, — произносит она, переводя дыхание, и ерзает по покрывалу. Это движение воспринимается мной как готовность двигаться дальше. Расстегиваю пояс и, не отрывая взгляда от Пегги, вытаскиваю его из шлеек. Затем петельку покидает пуговица и… на вздыбившую ширинку ложится рука. Не моя. Её.

Прикусываю губу, чтобы не опозориться, но поглаживания полученного от любимой оказывается достаточно, чтобы я содрогнулся и перед глазами расцвел фейерверк.

— Ты… всё? — смущенно и разочаровано удивляется Джонсон, разглядывая мокрое пятно, расплывшееся на трусах.

— И не надейся, — мягко толкаю Пег, заставляя лечь. — Пока у меня есть пальцы и язык, обиженной ты не останешься.

Я максимально быстро освобождаюсь от излишков одежды и окончательно стягиваю с ног Джонсон платье.

— Красавица.

— Я перестала ею быть после тридцати пя… О, Боже… — Пегги выгибается стоит мне провести рукой по нижней части её живота.

— Кажется, я нашел крайне чувствительную зону, — повторяю ласку и ловлю губами тихий вздох. Фее явно нравятся мои действия. Она перекрещивает ноги, непроизвольно сжимая, то расслабляя их. — Не прячься от меня. — Спускаюсь поцелуями вниз по шее, и немного задержавшись на холмиках груди, двигаюсь дальше. Вылизываю трепещущий от частоты дыхания живот, пока не утыкаюсь носом в самое сокровенное, и глубоко вдыхаю запах желания. За что мигом получаю коленом по уху от отползающей прочь Джонсон.

— Мне в ванную надо.

— Обойдешься, — хватаю её за лодыжку, пресекая попытку сбежать. — Никакой химии, — наваливаюсь на Пегги, прижимая к кровати. — Мне нравится, что от тебя пахнет женщиной, — провожу губами по линии напряженной шеи. — Возбужденной, — добавляю я, потирая пальцами комочек затвердевшего соска. — Отбрось условности и наслаждайся, — добавляю в голос мурлыкающих ноток и пробираюсь рукой под резинку трусиков. — Мокрая, — плавно двигаю рукой. — Горячая, — совершаю обратное движение, задевая клитор. — Для меня.

— Зам-молчи, — всхлипывает Пег подаваясь на пальцы и сама тянется ко мне, чтобы поцеловать. Поникший было боец, заинтересованно приподнимает голову, и я вжимаюсь членом в ногу Джонсон, сигнализируя ей, что всё будет по-взрослому.

Доведя Пегги до оргазма пальцами, снимаю с неё последний клочок одежды и временно переключаюсь на грудь. Облизываю, посасываю и покусываю, чем довожу женщину до исступленных стонов, а себя до крепкого стояка.

— Спенс, не могу больше. — Пег закидывает мне правую ногу на поясницу, а левую отводит в сторону максимально открываясь. — Давай, ну! — острые зубы впиваются мне в предплечье, и я рывком задвигаю по самые яйца, после чего по комнате прокатывается сдвоенный крик:

- Да!

Кажется, нам вторит мяуканье, но оно мигом отходит на десятый план. Самая идеальная, самая прекрасная женщина царапает мне спину, подстроившись под ритмичные выпады. Она щиплет губами и прикусывает кожу у меня возле ключиц, гладит лопатки и плечи. Мечтая, чтобы это длилось вечно, я меняю глубину и частоту вхождения, тем самым растягивая удовольствие. Но долго отсрочивать финал мне не позволяет Пег, она обхватывает меня ногами и срывающимся голосом просит, чтобы я ускорился. Пару минут спустя Пегги вскрикивает и сжимает меня в себе. По телу пробегает сладкая судорога и глубоко вбившись в горячую, пульсирующую глубину я выплескиваю скопившееся во мне огненное желание.

— Сто лет не трахалась без резинки.

Грубость выражения царапает слух и дабы не ответить в таком же стиле я целую и без того измученные губы.

— Прости, забылся, — говорю я, сместившись в сторону. — Беру всю ответственность на себя, каким бы ни был результат.

— Я чистая, — Джонсон поворачивается на бок и прикрывается свободным углом покрывала. — Трудно подцепить венеричку имея в партнерах силиконовую безделушку.

Успел! Майкл просчитался, я его опередил. Мимо воли расплываюсь в улыбке и прижимаюсь грудью к влажной спине Пег.

— Что успел?

Сердце делает кульбит. Я сболтнул лишнего.

— Ладно, без разницы… Просто уйди, — Джонсон садится и накидывает на себя халат, взятый со стула. — Не знаю, что на меня нашло, — она опускает голову, пряча лицо в ладонях. — Спенс, где выход знаешь.

— Эй-эй, ты чего? Плачешь? — паникую я и, переползя по кровати на сторону Пег, обнимаю поникшую женщину. — Чего ты разошлась, моя хорошая? — сдержанные слезы переходят в рыдания. Убираю мешающие волосы и целую Пегги в висок. – Тшш, моя девочка.– Тихонько покачиваюсь, не выпуская её из рук. — Воды принести? Нет, так нет, — отвечаю я на отрицательное мотание головой. — Всё хорошо, не расстраивайся. Или я был настолько отвратительным? — спрашиваю полушутя и осторожно отнимаю её руки от лица, чтобы заглянуть в покрасневшие глаза. – Пег, пожалуйста, не молчи, что я сделал не так?

— Всё не так, Спенс, — она отстраняется и, достав с тумбочки пачку салфеток, вытирает нос. — Я уже смирилась… — её глаза опять наполняются влагой, — … что останусь одна. — По щекам побежали мокрые дорожки. — А тут ты… и я… я не знаю, как мне жить дальше. Ты сломал выстроенную мной систему. Я всегда мнила себя сильной, а теперь расклеилась как… как не знаю кто.